Готовый перевод Reborn Master Becomes Cultivation World's White Moonlight / Возрождение наставника: Свет, сияющий во тьме: Глава 3

Линь Чанцы внезапно подал голос.

Наконец-то хоть кто-то заговорил. Помощник правителя подобострастно подхватил: Именно так! Чудовище всякий раз сбегает в юго-восточном направлении, бессмертный мастер поистине обладает божественным даром предвидения!

Не успел он закончить, как кто-то насмешливо хмыкнул: Рассчитать направление — невелика наука. Если это всё, на что ты способен, лучше не позорься и не лезь вперед.

Помощник правителя знал этого человека — его фамилия была Сюй, и он слыл самым именитым из местных заклинателей. Градоначальник ранее велел обходиться с ним как можно почтительнее, поэтому помощник правителя, натянув примирительную улыбку, попытался сгладить углы: Все присутствующие бессмертные мастера обладают великими способностями...

Монах Сюй не принял его любезности и бесцеремонно бросил Линь Чанцы: Раз ты не гадаешь и не чертишь знаки, пришел сюда просто нахлебничать?

На его лице промелькнуло брезгливое выражение. Линь Чанцы не удостоил его взглядом, продолжая осматривать комнату.

Здесь аура демонов становилась всё явственнее, но постепенно сквозь неё начала просачиваться гнетущая Ци демонов. Уже стемнело, и хотя в доме пылал огонь, снаружи, за порогом главного зала, было холодно как в ледяном склепе. На земле образовался слой инея, однако никто этого не заметил.

Подул ветер, и пламя свечи дрогнуло.

Линь Чанцы не выносил сквозняков, прикрыл рот рукой, закашлявшись, и скользнул взглядом к окну.

Чудовище уже здесь, — тихо произнес он.

Этой мелкой твари не требовалось гаданий, чтобы ощутить, как демоническая аура стремительно сгущается у входа.

Прошло несколько мгновений, но вокруг ничего не изменилось. Заклинатели переглянулись, и монах Сюй с сомнением проговорил: Мои гадательные знаки ясно указывают, что оно ещё далеко, не смей молоть чепуху.

Верно, мы бы и сами почувствовали, будь здесь хоть намек на демоническую ауру.

Давайте просто выставим этого больного нахлебника за дверь, чтобы он нас не сбивал с толку.

В зале было много людей, и поднялся шум — все наперебой галдели, с неприязнью поглядывая на Линь Чанцы.

Вдруг у кого-то из них лицо стало белее мела. Тот сложил пальцы в духовное заклинание и воскликнул: Нет, он не лгал! Мой Массив Тридцати Шести Духовных Дворцов разрушен!

Не успел он договорить, как изо рта у него брызнула кровь. Лица присутствующих вмиг изменились, каждый поспешно извлек свой магический артефакт, готовясь к бою.

Помощник правителя первым делом выхватил талисман изгнания демонов и принялся нелепо размахивать руками, боясь, что чудовище сейчас выскочит из какого-нибудь темного угла. Со стороны это выглядело донельзя комично.

Однако в течение следующего часа один за другим заклинатели начинали харкать кровью — это означало, что возведенные ими массивы и ловушки были уничтожены. Все были ошеломлены: чудовище оказалось невероятно сильным.

В возникшей суматохе кто-то вдруг вскрикнул: Погодите! А где тот человек?

Только тогда заклинатели заметили, что юноша в белом, первым предупредивший их об опасности, исчез.

Они на мгновение примолкли, но монах Сюй быстро нашелся: Неужели он и есть то самое чудовище? Заманил нас сюда, чтобы мы сражались, а сам, воспользовавшись отвлекающим маневром, проник в особняк, чтобы учинить беспорядки?

Хоть это и звучало абсурдно, версия идеально объясняла подозрительные странности в поведении юноши. Многие тут же поверили. Кто-то поспешно добавил: Может, он очень могущественен и уже отправился ловить тварь? Не будем же мы обвинять невиновного, лучше пойдем по его следу.

На самом деле этот человек и сам был не на шутку напуган: если тот «больной» действительно является чудовищем и у него есть сообщники, то не станет ли их преследование самоубийством? Лучше сделать вид, что они доверяют ему, — это поможет сохранить лицо.

У многих заклинателей возникли те же мысли. Это чудовище могло играючи разрушать один массив за другим — его уровень культивации был весьма высок. А они пришли сюда лишь ради наживы и вовсе не собирались расставаться с жизнью.

Юноша в белом не скрывал своего следа, и его ауру было легко отследить. Все бросились за ним следом и, выбежав из особняка, увидели, как демоническая аура сплелась в единый хаотичный вихрь, источающий губительную ярость.

Слуга внезапно вытаращил глаза и, дрожа, указал на помощника правителя: Г-господин! Позади вас...

В тот же миг помощника правителя охватил леденящий душу ужас. Поняв, что дело плохо, он выхватил талисман изгнания демонов и приклеил его себе за спину. Однако это не помогло — чудовище когтями разорвало бумагу в клочья, которые разлетелись, словно снежинки.

...Почему не сработало! — в панике закричал помощник правителя, чувствуя, как у него подкашиваются ноги. Он поднял голову и завопил: Мастер Сюй, спасите меня!

Монах Сюй как раз стоял рядом. Не успев толком разглядеть чудовище, он по одному лишь движению когтей понял, что та почти стала истинным бедствием, и убить его для неё — пара пустяков. Монах Сюй побледнел и попятился назад.

Помощник правителя застыл в полном недоумении. Он в отчаянии кричал: Мастер Сюй! Мастер Сюй!

Чудовище полоснуло когтями, и в нос ударил тошнотворный смрад. Помощник правителя, перебирая руками и ногами, пополз назад, но сил в теле уже не осталось. В голове билась лишь одна мысль: «Моя жизнь оборвется здесь».

И тут краем глаза он заметил, как плавно скользнуло нечто белое.

Чудовище внезапно замерло, словно кто-то нажал на него неведомой силой, и в его глазах впервые промелькнул страх.

Полы белых одежд, подобно плывущим облакам, пронеслись мимо. Одна рука легла помощнику правителя на спину, помогая удержать равновесие, а другая сложила пальцы в форме меча и легко провела в воздухе.

Эта рука не была широкой или грубой — напротив, изящная и тонкая, с запястьем, белым, как лунный свет.

Однако именно эта слабая и хрупкая рука одним лишь жестом заставила чудовище замереть, не смея сделать и шага вперед.

Существо, которое так свирепо расправлялось с заклинателями, задрожало всем телом, словно предчувствуя свой конец. Оно отчаянно пыталось вырваться из невидимых пут, сковавших его.

Замри.

Тихо произнес человек позади.

Чудовище рухнуло на землю. Все застыли в немом изумлении. Прошло несколько мгновений, прежде чем самые храбрые из заклинателей пришли в себя, бросились вперед и крепко связали тварь освященной веревкой.

Чудовище лежало на земле, сплошь уклеенное талисманами, и не могло пошевелиться. Остальные наконец перевели дух и захотели отблагодарить спасителя. Но стоило им разглядеть его лицо, как монах Сюй залился краской, а затем, убедившись, что никто не смотрит, стыдливо скрылся в соседнем переулке.

Помощник правителя наконец обрел силы. Слуги помогли ему подняться, но пальцы все еще мелко дрожали. Он обернулся, желая увидеть того великого мастера, что усмирил чудовище одним взглядом.

Он услышал знакомый сухой кашель, и рука спасителя отстранилась.

Помощник правителя повернулся и увидел, как юноша надрывно кашляет. В лунном свете его фигура казалась болезненно хрупкой, словно порыв ветра мог унести её прочь.

Несмотря на явную усталость и болезненный вид, несмотря на слегка опущенные глаза, в нем ощущалась такая пронзительная, леденящая аура меча, что никто не посмел бы отнестись к нему с пренебрежением.

Божество... спустилось на землю.

http://bllate.org/book/38983/4915426