— Генерал Шэ, Великий Жрец, взгляните сами! Куэйн признался, что бил людей! — Жрец Хасан, выслушав слова Диши, пришел в такой восторг, что едва не захлопал в ладоши. Толстый коротышка радостно тыкал пальцем в сторону Диши, выкрикивая это так громко, словно боялся, что окружающие не поймут, как сильно он жаждет смерти Куэйна. — Его нужно немедленно бросить в Висцеральный Трибунал, чтобы смыть его грехи! Срочно заточите его туда!
Стоящий рядом жрец Йелу искоса взглянул на безмолвного Генерала Шэ и слегка нахмурившегося Великого Жреца. В его глазах мелькнула тень усмешки. Приняв величественный вид, он обратился к свите помощников жреца:
— Чего вы застыли? Хватайте жреца Куэйна и вяжите его!
Несколько помощников жреца, уже готовые броситься в бой, замерли на месте под ледяным взглядом Диши — они еще помнили, как горько им пришлось в прошлый раз.
— Вы собрались меня связать? — Диша слегка прищурился. Он посмотрел на бесстрастного Генерала Шэ, затем на Великого Жреца, который выглядел обеспокоенным, и смутно почувствовал, что в этом деле что-то не так.
Убийство помощника жреца жрецом в Храме не было чем-то из ряда вон выходящим, по крайней мере, двести лет назад это считалось обыденным делом. Диша не верил, что за какие-то две сотни лет мир вдруг стал милосерднее. Скорее, эти люди просто не хотели оставлять его в живых и искали любой предлог, чтобы избавиться от него.
Убить Мага Стихий? Как нелепо.
— Великий Жрец, вам нечего сказать? — В глубине его черных как смоль глаз блеснул холодный огонь. Диша посмотрел на Великого Жреца, который до этого пытался замолвить за него словечко. На лице старца по-прежнему застыло выражение благостного спокойствия, но в глубине глаз промелькнули сомнение и замешательство.
Великий Жрец заговорил, растягивая слова, будто ему уже было под восемьдесят:
— Жрец Куэйн, кажется, ты стал совсем другим.
Тот, прежний жрец Куэйн, уже давно умер. Естественно, другой человек стал другим. По крайней мере, теперь он уже не был тем жалким трусом, который позволял всем вокруг себя помыкать.
Диша промолчал, лишь насмешливо улыбнувшись. Такое отношение вывело из себя Генерала Шэ, чей голос прозвучал холодно, словно сталь, скованная морозом:
— Жрец Куэйн, следи за своим тоном!
— Прежде чем требовать от меня соблюдения приличий, стоило бы взглянуть в зеркало и оценить собственный облик. В Храме происходит такой фарс, когда низшие помощники жреца клевещут на жреца, а ты, Великий Жрец, еще имеешь наглость стоять здесь и смотреть на это? — Диша произносил слова медленно, каждое слово было пропитано гневом и давящей аурой. Он окинул взглядом смущенного Великого Жреца и перевел взгляд на генерала: — А ты? Это внутренние дела нашего Храма. Какое право ты, генерал, имеешь здесь открывать рот?
— Ты... Куэйн, ты просто сошел с ума! Видит бог, жрец Йелу прав: ты явно осквернен демонами и утратил квалификацию жреца. Стража, увести его! — В глазах генерала вспыхнул гнев. Его, человека, которому впервые в жизни так дерзко ответили, вид жреца Куэйна, его тон и его отношение начали раздражать до крайности.
По приказу Генерала Шэ, даже не дожидаясь действий свиты жреца Йелу, вперед выступили стражники. Наступая грозной толпой, они собирались заковать Куэйна в кандалы. Жрец Йелу и его сторонники торжествующе выпрямились, задрав головы: они уже предвкушали, как Куэйн сгниет в темнице.
Диша не стал сопротивляться, позволяя стражникам подойти вплотную. Взгляд мужчины скользнул сквозь толпу и встретился с глазами сереброволосого юноши, который все это время наблюдал за представлением. Тот едва заметно улыбнулся, и от этой красоты даже цветы в саду поблекли.
— Подождите.
Мелодичный голос, подобный звону чистого горного источника, опадающего на камни, обладал какой-то магической силой. Люди, застывшие в напряжении, вдруг вздрогнули; казалось, будто подул свежий ветерок, а в воздухе зазвучала прекраснейшая музыка, от которой все тревоги исчезли без следа.
Этот звук доставил удовольствие даже Дише, и это было нечто большее, чем просто приятный голос.
— Господин Шэн Гуан? — Генерал Шэ на мгновение замешкался. Этот маг все время был с ними, но почему же все они до этого момента словно забыли о его присутствии?
Только когда Шэн Гуан заговорил, остальные заметили этого невероятно красивого сереброволосого мага. Его волосы, подобные серебряной реке, спадающей в ночное небо, мерцали и струились при каждом движении, излучая чарующее сияние. Когда этот человек по имени Шэн Гуан вышел вперед, все, включая Дишу, невольно устремили на него взоры.
Его черты лица нельзя было назвать просто изысканными — он казался картиной, написанной самим богом: тонкие брови, длинные глаза, легкая улыбка в уголках губ. Он выглядел как первый луч утреннего солнца, и в тот момент, когда он встал под лучи света, казалось, что вокруг него разливается мягкое сияние.
— Я не имею намерения вмешиваться в дела Храма вашей страны. Однако мой визит в Дишу, помимо почетного посещения, преследует еще одну цель: я представляю Магический Альянс и ищу следующего Блюстителя Закона. После ухода вашего Мага Хоуту одно из мест среди Троих Судей пустует. Согласно уставу Магического Альянса, при выборе Блюстителя Закона приоритет отдается Магам Стихий. — Алые глаза медленно переместились на невозмутимого Дишу, и Шэн Гуан улыбнулся, превратив глаза в полумесяцы. — Этот жрец Куэйн, если не ошибаюсь, является Магом Стихий?
http://bllate.org/book/38856/4892958
Сказали спасибо 0 читателей