Готовый перевод The Grim Reaper, Please Wait / Господин Призрак, подождите: Путь сквозь века: Глава 8

Ли Синь смотрел на него всё более нежным взглядом:

— Как же удалось так хорошо сохранить эту твою душу? Она была такой изначально или же ты повстречал великого мастера?

Чи Юй, чувствуя на себе жгучий взгляд Ли Синя, всё время отворачивался к окну, стараясь не смотреть на него. Услышав вопрос, он лишь безразлично ответил:

— Это Владыка Мертвых помог мне восстановить душу.

— Владыка Мертвых? — Ли Синь не мог поверить своим ушам. — Он же повелитель Мира Мертвых, с чего бы ему лично заниматься твоей душой?

— У меня есть знакомый, который с ним в хороших отношениях, вот он и попросил помочь.

Ли Синь окончательно запутался:

— Когда же ты успел обзавестись друзьями в Мире Мертвых? Почему я не знаю?

Чи Юй почувствовал, что в его словах сквозит что-то странное, но не смог понять, что именно. Повернувшись, он взглянул на него и с улыбкой сказал:

— Это он меня нашел. Проявил доброту и попросил Владыку Мертвых исцелить мою душу, так мы и подружились.

— Подружились… — на душе у Ли Синя стало неспокойно, и он поспешил расспросить: — Что за друг? Мужчина или женщина?

Почему этот парень выглядит таким недовольным? Чи Юй не понимал, какое отношение его дела имеют к нему. Помедлив, он всё же ответил:

— Мужчина. Очень понимающий друг.

Ли Синь почувствовал, как в груди стало тесно. Целую тысячу лет Небесная душа провела в Мире Мертвых, не помня о нём ни капли, так что вполне вероятно, что кто-то успел воспользоваться моментом. Чем больше он думал об этом, тем сильнее злился — злился на самого себя, что не нашел Чи Юя раньше.

Заметив странное выражение его лица, Чи Юй осторожно спросил:

— Что с тобой? Я сказал что-то не то?

Ли Синь тут же отбросил лишние мысли, тихо кашлянул и натянуто улыбнулся:

— Нет, я просто… просто подумал, что это хорошо. Столько лет кто-то был рядом с тобой, ты не был так одинок.

Чи Юй не заметил перемены в настроении Ли Синя: многие его чувства были притуплены, он видел лишь поверхность вещей, а мысли его были просты. Он мягко улыбнулся и задал вопрос, который давно его мучил:

— По идее, мы познакомились еще при моей жизни, а это было тысячу лет назад. Ты не демон, в тебе нет бессмертной ауры, и ты не призрак — как же ты смог прожить так долго?

Ли Синь горько усмехнулся:

— Я практиковал запретные техники.

— Какие запретные техники? — с любопытством спросил Чи Юй.

Ли Синь опустил голову, подавляя горечь в сердце:

— Вернемся домой, и я всё расскажу. Расскажу обо всём, что случилось за эти годы.

Увидев, как омрачилось его лицо, Чи Юй не стал расспрашивать дальше. Он тихо ответил: «М-м», — и замолчал, глядя в окно.

Мир живых оказался таким прекрасным. Раньше он приходил сюда только по долгу службы, делал дела и сразу уходил, никогда не рассматривая этот мир внимательно. Величественное сияние огней в тихую ночь, оглушительный шум людской толпы днем — кажется, он никогда этого не видел.

Пока Чи Юй предавался размышлениям, машина доехала до Виллы на вершине горы.

Вилла была трехэтажной, выполненной в традиционном китайском стиле. У неё был большой двор, засаженный редкими растениями. В углу двора располагался маленький пруд; обычный человек не заметил бы ничего странного, но Чи Юй видел, как над прудом клубится жутковатый туман.

Выйдя из машины, Ли Синь сразу обошел её, открыл дверь и помог Чи Юю выйти. Увидев, что тот не отрывает взгляда от пруда, он понял, что тот всё заметил. Не дожидаясь вопроса, он пояснил:

— Это Пруд Теней, я использую его для создания кукол.

— Кукол? — Чи Юй сегодня услышал слишком много вещей, выходящих за рамки его понимания. Хотя он и был Посланником призраков, о многом, что не касалось Мира Мертвых, он знал крайне мало.

Ли Синь жестом пригласил его подойти к пруду. Внутри него была застоявшаяся темно-зеленая вода, настолько прозрачная, что дна было не видать.

— Там погружены в воду две деревянные куклы. Пройдет еще пара лет, и они станут неотличимы от людей: смогут говорить, ходить и обладать зачатками разума, — указал Ли Синь на пруд.

— Они нужны для заклинаний? — это было единственное, что пришло Чи Юю на ум, ведь Ли Синь был Небесным наставником.

Ли Синь усмехнулся:

— Разумеется, нет. Они нужны, чтобы выдавать их за мою жену и детей.

— А? — Чи Юй опешил.

Ли Синь снова сделал приглашающий жест:

— Идем внутрь, я всё подробно расскажу.

Чи Юй кивнул и вошел вслед за ним. Внутри вилла была обставлена в таком же традиционном стиле: всё выглядело просто, но торжественно, что идеально подходило его статусу мастера фэн-шуй.

Указав на главный зал, Ли Синь тихо сказал:

— Обычно здесь я принимаю гостей. Верхние этажи и подвал — запретная зона, кроме меня и этих двоих братьев, никому туда нельзя.

— А я… — Чи Юй остановился и посмотрел на Ли Синя.

Ли Синь не дожидаясь ответа, сразу сказал:

— Это и твой дом тоже. Можешь ходить куда угодно.

Он снова сказал это, и даже такой медлительный Чи Юй почувствовал двусмысленность этих слов.

Ли Синь указал наверх:

— На втором этаже живут братья, там же находится комната для варки эликсиров. Третий этаж — наш. Он в точности повторяет то место, где мы практиковались в Даосском храме Фудэ.

— Наш? — Чи Юй посмотрел на третий этаж.

— Да, тогда мы жили в одной комнате. Хочешь подняться посмотреть? — спросил Ли Синь.

Чи Юй кивнул и последовал за ним. Чан У и Чан Ю тоже хотели пойти следом, но Ли Синь остановил их одним лишь взглядом.

— Идите, приготовьте чай для вашего господина.

Чан У и Чан Ю тут же замерли и ответили:

— Слушаемся, господин Ли.

Ли Синь повернулся, и на его лице снова появилось то самое нежное и покорное выражение:

— Старший брат, иди за мной.

Когда на третьем этаже открылась дверь, Чи Юй замер. Комната была полностью деревянной, даже двери и окна, украшенные древними узорами. Справа и слева стояли две кровати с пологами — одинаковые, с одинаковым постельным бельем. Посредине — два низких столика и два плетеных коврика для медитации. Под окном стоял маленький столик с чайным сервизом. На противоположной стене тянулся длинный стеллаж с бамбуковыми свитками и книгами, а также висел портрет.

— Здесь… кажется, мне это знакомо.

В его голове возник образ ребенка, радостно кружащего вокруг него.

— Старший брат, ты что-то вспомнил? — немедленно спросил Ли Синь.

— Нет, просто чувствую, что это знакомо. — Чи Юй подошел к портрету и принялся рассматривать его.

На картине был изображен человек в ярко-красном даосском халате с узором облаков, с Нефритовой короной в форме оленьих рогов на голове. В одной руке он держал Меч Хунху, а другой складывал заклинание пальцами — выглядел он необычайно героически. Рядом была сделана маленькая надпись: «Изображение Бессмертного владыки Чи Юйцзы, Цзин Ужаня».

— Это я при жизни?

Ли Синь ответил:

— Я сам нарисовал это в тот день, когда учитель назначил тебя следующим главой школы.

И действительно, внизу стояла подпись: «С уважением, Сюань Цзюэцзы Ли Буи».

— Это твое даосское имя? — Чи Юй посмотрел на Ли Синя.

Ли Синь кивнул:

— Да, в тот день учитель даровал имя и мне.

Чи Юй переваривал услышанное, и вдруг вспомнил слова Чана Ю, поэтому спросил:

— Я слышал от Чана Ю, что я погиб, совершая жертвоприношение Небу. Почему я должен был это делать?

Ли Синь тихо выругался:

— Вечно этот болтливый тип.

В тот год Чи Юй совершил жертвоприношение вместо него. Сцена тех событий была ужасающей, это было то, о чем Ли Синь больше всего боялся вспоминать последние тысячу лет. Волной нахлынуло чувство вины.

— Да, это так. — Ли Синь хотел продолжить, но замялся, несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул. — Старший брат, присядь сначала, я всё расскажу.

Чи Юй смутно чувствовал, что его смерть была не такой уж простой, поэтому послушался Ли Синя и сел на коврик перед низким столиком.

— Это твое место при жизни, и кровать эта — твоя, — Ли Синь указал на кровать за спиной Чи Юя.

Закончив, он прошел за низкий столик напротив Чи Юя, и они, как и тогда, много лет назад, сели друг напротив друга.

Чи Юй оглянулся, затем снова перевел взгляд на Ли Синя:

— Говори, я слушаю.

Ли Синь кивнул и начал рассказ о событиях тысячелетней давности:

— В миру тебя звали Цзин Ужань, ты был старшим внуком Имперского Наставника государства Дунжун. В десять лет тебя приметил государственный наставник Гуан Цинцзы и сделал своим учеником. Тебе потребовалось всего пять лет, чтобы пройти экзамены Трех Чистых, и тебя нарекли гением, каких не рождалось сотни лет. Учитель был в восторге и даровал тебе имя Чи Юйцзы. Но это вызвало зависть у соучеников: когда ты спустился с гор для совершенствования, никто не захотел идти с тобой, и ты отправился в путь один, подобрав меня у подножия горы.

— Это я тебя подобрал?

— Да, ты привел меня на гору и упросил учителя стать моим наставником. Тогда я знал только, что моя фамилия Ли, а имени у меня не было, поэтому учитель, опираясь на твое имя и одну сутру, даровал мне имя Ли Буи. — Ли Синь взглянул на Чи Юя, убедившись, что тот слушает внимательно, и продолжил: — Три года спустя ты вернулся из путешествия и внезапно предложил учителю позволить тебе помогать миру. Ты говорил, что люди страдают, и те, кто практикует Дао, должны защищать их, а не только думать о самосовершенствовании и вознесении. Учитель был в ярости, запретил тебе спускаться с горы и поручил тебе лично обучать меня даосским законам.

— Это я тебя обучал? — Чи Юй слегка опешил. — Почему учитель не обучал тебя сам?

— Старик как раз был на пороге вознесения и должен был уйти в уединение, — пояснил Ли Синь. — К тому же он считал, что у меня хоть и огромный талант, но я неуправляем, что доставляло ему немало хлопот. Но поскольку именно ты подобрал меня, я слушал только тебя. Таким образом, он и меня обучал, и отваживал тебя от мыслей о спасении мира.

Чи Юй тихо рассмеялся:

— Наверное, я был очень строг, обучая тебя тогда?

— Конечно, нет, — Ли Синь усмехнулся. — Я был очень послушным, всё, чему ты учил, я усваивал быстро.

Чи Юй улыбнулся:

— Послушным со мной? Я что, был таким суровым?

— Не совсем, — Ли Синь опустил голову, слегка смутившись. — Сначала я был благодарен тебе за спасение, а потом…

Он запнулся и не стал продолжать. Он боялся напугать Чи Юя, ведь тот уже не помнил событий прошлого.

— А потом что? — Чи Юй ждал продолжения.

— Ничего, — Ли Синь вернулся к теме разговора. — Сначала ты не терял надежды и отправился к деду, чтобы рассказать о положении дел в народе. Он хоть и знал об этом, но был бессилен.

— Почему?

— Император Дунжуна взошел на трон в юности и был мудрым правителем, но, состарившись, стал одержим поисками бессмертия и забросил государственные дела. В конце концов, он передал власть Наследному принцу, но тот оказался жестоким и, поддавшись на уговоры родни своей матери, вверг мир в хаос. Твой дед часто пытался вразумить его, но вызвал только ненависть принца. В итоге вся Резиденция Имперского Наставника была вырезана.

http://bllate.org/book/38816/4887266

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь