Готовый перевод Descent of Anomalies: The Coward Thinks Heʼs a Big Boss / Пришествие аномалий: Актер возомнил себя боссом: Глава 24. Перерыв на съемочной площадке

На съемочной площадке царило привычное оживление. Время близилось к одиннадцати утра — с минуты на минуту должны были привезти горячие обеды. Ведущие актеры уже прибыли: вокруг двух популярных звезд суетились их личные команды, массовка без дела толкалась у входа в отель, операторская техника застыла в живописном беспорядке, и лишь реквизиторы сбивались с ног.

Отыграв свои сцены, Чэнь Юши почувствовал легкое головокружение и опустился на первое попавшееся сиденье. Съемочная группа целиком сняла отель в районе пятого транспортного кольца. Стоило выглянуть в окно, как взору открывалась нескончаемая вереница машин и вздымающиеся к небу громады небоскребов, спорящие высотой друг с другом. Мегаполис процветал: на улицах бурлила сытая, благополучная жизнь, и лишь в темных закоулках, куда не проникал дневной свет, тихо плодились грязь и тлен.

Чэнь Юши до сих пор не мог взять в толк, почему явилась аномалия. Если, как уверял профессор Чжан, виной всему вторжение из иных измерений, то отчего материя высших миров предстает в столь омерзительном, уродливом и пугающем обличье?

— Ох, как же я устала, — цокая каблуками, подошла Ли Жотун. Опустившись рядом с ним, она непринужденно завела разговор: — Брат Чэнь, ты будешь обедать с группой? Моя смена закончилась, я скоро уезжаю. Мы так славно сработались — давай я угощу тебя обедом?

— Не стоит беспокоиться, — поспешно откликнулся Чэнь Юши, соблюдая вежливый этикет. — Коробки с обедом вот-вот привезут. Говорят, режиссер в этот раз раскошелился, так что грех пропускать… А какую роль берешь следующей?

— Никакую. Затишье, — бросила Ли Жотун бесцветным голосом, словно ей было все равно.

Однако для безвестных актеров вроде них простой в съемках не сулил ничего хорошего. Чэнь Юши ненадолго смолк, коря себя за неловкий вопрос, а затем попытался сгладить неловкость:

— Ничего страшного. Считай, выпала возможность отдохнуть.

— Угу.

Она безучастно скользнула взглядом по исполнителям главных ролей; на ее хорошеньком лице застыло горькое разочарование.

— Скажи, ведь я не дурнушка? — тихо проговорила она. — Но здесь смазливых лиц пруд пруди. Я так им завидую… Все думаю: вот бы и мне однажды оказаться в свете софитов. Только мне вечно не хватает капельки удачи.

Чэнь Юши не знал, как ее утешить. Он и сам оставался безвестным актером, и любые ободряющие слова прозвучали бы пусто и неубедительно, поэтому он лишь сухо выдавил:

— Все наладится. Терпение и труд всегда вознаграждаются…

— Ну ты даешь, брат Чэнь! — прыснула со смеху Ли Жотун. — С твоей внешностью кажется, будто ты искушенный обольститель, а пообщаешься поближе — и такая разница! Знаешь, твой Гу Циюй запал мне в душу. Когда сериал выйдет на экраны, у тебя точно появятся толпы поклонников.

— Да ладно? Ха-ха, твои бы слова да богу в уши, — откинувшись на спинку дивана, Чэнь Юши мягко улыбнулся и с искренним вниманием посмотрел на нее из-под полуопущенных ресниц.

Ли Жотун запнулась. В этот миг у входа в отель поднялся шум, и они оба удивленно вскинули головы.

Как выяснилось, в толпу массовки просочились папарацци. Несколько человек с камерами и телефонами наперевес яростно щелкали затворами, не спуская объективов с двух главных звезд. Ведущий актер тут же заслонил собой партнершу, а подоспевшие администраторы площадки принялись оттеснять репортеров. Те кинулись врассыпную, расталкивая статистов. В поднявшейся кутерьме актриса прильнула к груди коллеги, и перепуганная пара выглядела в точности как юные влюбленные.

Даже сидя поодаль, Чэнь Юши в полной мере ощутил напор репортеров: ослепительные всполохи вспышек резали глаза, заставляя щуриться.

— Это называется шипперинг, — с лукавой улыбкой прошептала Ли Жотун. — Папарацци наняло агентство.

Она поднялась и легонько постучала каблуком о пол:

— Почаще вживайся в образ ловеласа Гу Циюя, брат Чэнь. Глядишь, однажды и сам взлетишь на экранной романтике.

Чэнь Юши лишь смущенно улыбнулся в ответ.

Ли Жотун подошла попрощаться к режиссеру Цзяну и в одиночестве покинула отель.

Вскоре к Чэнь Юши подошел сценарист проекта: грузный мужчина с выдающимся брюшком, косичкой на затылке и в очках. Выглядел он типичным богемным деятелем, разве что слегка сальным. Без лишних церемоний плюхнувшись на освобожденное Ли Жотун место, он сразу перешел к делу:

— Привет. Меня зовут Ван Чжи, я здешний сценарист. Мы тут с режиссером только что отсмотрели твои дубли — ты отлично держишься в кадре. Хотим перевести тебя с четвертой роли на второго главного героя. Экранного времени прибавится изрядно. Что скажешь, потянешь?

Ошеломленный внезапной новостью, Чэнь Юши на миг замер, но тут же поспешно закивал, чувствуя, как сердце затапливает чистая радость:

— Конечно! Без проблем!

— Вот и славно, вот и договорились, — затараторил сценарист, сунув ему в руки пухлую стопку листов. — График у второго плана, ясное дело, куда плотнее, чем у четвертого. Придется задержаться здесь минимум на месяц, а то и на все два — тут уж как пойдет у режиссера. Ночью я перепишу твои сцены, но ты смело придерживайся того образа, который нащупал.

— Нам как раз понравилось, как ты подал персонажа в прошлом дубле, так что держи эту линию, — продолжал разглагольствовать Ван Чжи. — С твоим агентом мы свяжемся, но можешь и сам ему черкнуть. Контракт переоформим, а правленый текст я отдам тебе завтра.

Сценарист мазнул взглядом по переданной распечатке:

— То, что у тебя в руках — мой старый черновик, но новая версия ляжет близко к нему. Я с самого начала видел Гу Циюя именно таким: раскаявшийся повеса, преданный второй герой — зрительницы таких обожают! Только режиссер в прошлый раз зарубил идею, мол, надо экономить бюджет и отдать весь блеск протагонисту. А сейчас посмотрел на твою игру — и его осенило. В общем, как-то так. Ступай пока, жди отмашки.

Опершись ладонями о колени, Ван Чжи поднялся на ноги, подхватил сумку с ноутбуком и заковылял к режиссеру Цзяну.

Чэнь Юши моргнул. На этот раз улыбка тронула его губы совершенно искренне: полоса неудач наконец закончилась! И впрямь говорят: переживший великую беду обретет великое счастье.

Уходить он не спешил. Не в силах совладать с нетерпением, Чэнь Юши принялся прямо на месте листать врученные страницы. В этой редакции образ персонажа выглядел куда глубже и многограннее. Под пером сценариста Гу Циюй представал избалованным наследником богатой семьи. Впрочем, какая идол-дорама обходится без семейных распрей? За показным легкомыслием юноши скрывался расчетливый «улыбчивый тигр». Его отец возглавлял корпорацию Гу, мать была второй по счету женой (ныне разведенной), а в доме заправляла уже четвертая супруга патриарха.

В многочисленном потомстве Гу Циюй был третьим сыном, и со всех сторон на него жадно скалились хищники. Прикрываясь маской распутного гуляки, меняющего женщин как перчатки, он усыплял бдительность родни, хотя втайне лелеял грандиозные амбиции.

«Ого», — мысленно присвистнул Чэнь Юши. Оглядевшись по сторонам, он негромко кашлянул, примерил на себя нужный взгляд и зачитал пару реплик:

— Что из желаемого мне не удавалось получить? Отец, ты стар. Пора освободить место и уступить дорогу молодым.

«А слова-то цепляют!»

Довольный Чэнь Юши упивался перевоплощением. Спрятав сценарий в рюкзак, он поднялся на ноги, решив подыскать укромный уголок для репетиций.

Заметив, что он уходит, сидевшая в углу Ча Жун торопливо набрала сообщение:

«Офицер Е, объект уходит. Мне продолжать слежку?»

Ответ пришел почти мгновенно:

«Нет. Позаботься о собственной безопасности и не спугни его».

В неприметной гражданской машине Е Луцюань переглянулся с Лин Цзямэй. Оба производили впечатление кабинетных ученых-интеллектуалов, но именно им поручили вести наблюдение за Чэнь Юши.

Лин Цзямэй устало потерла переносицу, просматривая отчет о недавней встрече Чэнь Юши с профессором Чжаном из ХСА:

— ХСА вышли на него четыре дня назад. Причем сделали это нарочно: профессор Чжан дал нам понять, что приблизился к Чэнь Юши, но о чем они говорили, мы понятия не имеем. Чжан слишком умен. Он мог дать парню поручение или о чем-то предостеречь. У нас кругом белые пятна, мы играем вслепую.

Е Луцюань нахмурился и рассудительно заметил:

— Главное, чего мы не знаем — состоит ли Чэнь Юши в ХСА, и если да, то какое положение там занимает. Но важнее всего другое: мы совершенно не представляем, что он за человек. Судя по досье, перед нами просто законопослушный актер.

Лин Цзямэй саркастично усмехнулась:

— И ты веришь? Самый подозрительный изъян в его биографии — ее безупречность. В ней нет ни единой зацепки. Будь там хоть крошечный пробел, мы поняли бы, откуда у него взялся призрак. Но вот незадача: объяснить это невозможно. Мы в тупике. И с какой стати он вышел именно на Ча Жун? — Голос ее становился все холоднее.

— Потому что ее куратор — я, — осенило Е Луцюаня. — Он знает, что находится под колпаком. Припомни его разговор с Ча Жун… Он просто передал нам привет! Дал понять, что видит нас насквозь.

— Смертельно опасный тип, — помрачнела Лин Цзямэй, закинув в рот подушечку жвачки.

Внезапно пискнул передатчик, и в эфире раздался четкий голос Чжао Сяоюаня:

— Объект вышел на меня.

— Что?!

Вряд ли это стоило списывать на простую случайность. Скорее уж, как и говорил профессор Чжан, между одержимыми призраками существовала необъяснимая связь и интуитивное притяжение.

Чэнь Юши всего-навсего хотел найти безлюдный простор, чтобы порепетировать всласть. Он даже специально вызвал такси до глухого парка на дальнем краю города и теперь брел наугад по тропинкам загородного пустыря, повторяя про себя слова роли.

Чего он точно не ожидал, так это встретить здесь Чжао Сяоюаня с пачкой листовок в руках.

— Офицер Чжао?

Одетый в синюю полицейскую форму Чжао Сяоюань опешил. Глаза его округлились:

— Ты как здесь оказался?

Чэнь Юши перевел взгляд на охапку памяток по борьбе с мошенничеством в его руках и удивился еще сильнее:

— Это я должен спросить. Вокруг ни души — кому ты тут раздаешь листовки?

— Что, и посачковать нельзя?

— …Отчего же, можно.

Разумеется, ни о каком безделье речи не шло: Чжао Сяоюань выполнял секретное задание особой важности, а листовки служили лишь прикрытием для дела, связанного с призраками. Неужели столь демонстративное появление Чэнь Юши — дерзкая, неприкрытая провокация?

Чжао Сяоюань впервые почувствовал себя сбитым с толку: к столь внезапному визиту он был совершенно не готов. К тому же Чэнь Юши выглядел подозрительно довольным жизнью.

— Ты по какому-то делу? — настороженно спросил полицейский.

Настроение у Чэнь Юши действительно было отменным. При виде человека, выручившего его во время аномалии, он окончательно расслабился и с улыбкой парировал:

— А без дела уже и подойти нельзя?

На его лице все еще оставался броский сценический грим, наложенный Ча Жун, а слегка небрежный стильный костюм делал его совершенно не похожим на того замученного бедолагу из подземелья. Казалось, перед Чжао Сяоюанем стоял совсем другой человек. К тому же Чэнь Юши еще не остыл от роли Гу Циюя и решил слегка подыграть образу, словно поддразнивая старого знакомого.

Сделав шаг вперед, он вытянул из пачки одну листовку и лукаво прищурился:

— Обменяемся контактами?

— Ты… хочешь добавиться ко мне в друзья? — опешил Чжао Сяоюань, никак не ожидавший такого поворота.

— А что, нельзя?

— Можно!

Чжао Сяоюань осознал, что полностью пляшет под чужую дудку. Подобная беспомощность была недопустима — требовалось срочно перехватить инициативу. Нацепив на лицо дерзкую ухмылку, он вернул разговор в деловое русло:

— Ты ведь встречался с профессором Чжаном из ХСА? Зачем ты пришел ко мне? Не ради же того, чтобы просто добавиться в друзья?

— С профессором Чжаном? — переспросил Чэнь Юши. — Он очень приятный человек, потрясающе эрудированный.

Чэнь Юши не понимал, с чего полицейский так взвился. Может, боялся, что о его прогулах прознает У Чанмин?

С улыбкой Чэнь Юши пояснил:

— Зачем пришел? Да вот, решил помочь тебе раздавать листовки. Годится?

— …

«Дело дрянь, капитан как в воду глядел! — забилась в голове Чжао Сяоюаня тревожная мысль. — Этот тип играет виртуозно!» Он выложил карты на стол, заговорил начистоту, а тот продолжает ломать комедию! Да еще заявляет, будто профессор Чжан — приятнейший человек! Что за жуткая дичь? Только прожженный притворщик способен брякнуть такое с невозмутимым лицом. Мысли Чжао Сяоюаня путались; обычно выдержанный и хладнокровный, перед этим человеком он чувствовал себя беспомощным юнцом.

— Да ты…

— WeChat, — Чэнь Юши непринужденно достал телефон.

Смирившись, Чжао Сяоюань неохотно отсканировал QR-код и не удержался от вопроса:

— И с кем же я сейчас говорю: с Чэнь Юши или с Мин Чжэньчуанем?

— Сейчас я — Гу Циюй.

Чжао Сяоюань шумно втянул воздух сквозь зубы.

Чэнь Юши, явно забавляясь его ошарашенным видом, шагнул ближе — так близко, что Чжао Сяоюань разглядел нежнейший пушок на его щеке. От актера веяло пьянящей, вальяжной харизмой.

— Что такое, товарищ полицейский? — протянул он с ленивой, чарующей хрипотцой. — Я недостаточно хорош собой?

Чжао Сяоюань испуганно отшатнулся на добрых пару шагов. Вечно этот парень вытворяет что попало!

Кончики ушей полицейского предательски запылали. Скрипнув зубами от досады, он отбросил всякую дипломатию и выпалил в лоб:

— Хватит ломать комедию! Ты работаешь на ХСА или нет?!

Заметив, что собеседник не на шутку взвился, Чэнь Юши понял, что перегнул палку. Мгновенно подобравшись, он смирно ответил:

— Нет.

— …

Под тяжелым, немигающим взглядом полицейского повисла неловкая пауза. Чэнь Юши смущенно кашлянул:

— В ХСА предложили к ним присоединиться, но я пока раздумываю.

— …И ты хочешь согласиться?

— Мысли были, но их цели не совсем мне подходят. Я все еще ищу свой путь, — Чэнь Юши тепло улыбнулся на прощание. — Удачной службы, товарищ полицейский. А мне пора.

Чжао Сяоюань смотрел ему вслед, до белизны в пальцах стискивая пачку листовок.

«Ищет свой путь»… Что это вообще значит?

(Конец главы)

http://bllate.org/book/38815/4930503