Готовый перевод Pede's Spellbook / Магическая книга Педе: Глава 27

Впрочем, изучать эти края он и не собирался.

Он просто оставался рядом с Цзюанем. Прижав к себе обрубок того, что ещё недавно было телом его спутника, он неподвижно застыл, точно каменное изваяние. Так и сидел — час за часом, от рассвета до заката, а затем от заката до нового рассвета.

Дождь наконец утих.

Но теплее не стало — сыпал густой снег.

Юноша так и не сдвинулся с места. Снег падал на него, ложился всё более толстым слоем, пока окончательно не превратил его в белоснежный сугроб.

***

— Что за херня с погодой? Ещё пару дней назад жарища стояла, потом ливень влупил, а теперь снег валится! Твою мать... Я же тёплого вообще ничего не взял! Найдётся у кого лишняя шмотка?

В кабине грузовика досадно ворчал здоровяк. На нём была только облегающая чёрная майка да брюки-карго. Попытки гиганта сжаться в комок и хоть как-то согреться выглядели даже комично.

Двое его попутчиков лишь ткнули пальцами в собственную одежду, натянутую в несколько слоёв: дескать, всё на себе, извини, братуха, помочь нечем.

Громко чихнув, здоровяк обернулся к кабине:

— Брат Ду, у тебя-то точно что-нибудь есть! Мы же в этот раз забирали пуховики, помнишь? Выдели мне один!

В ответ раздался спокойный, прохладный мужской голос:

— По ценам базы пуховик тянет примерно на девятьсот шестьдесят баллов. Хочешь куртку — гони девятьсот шестьдесят баллов.

— Мать твою! Вымогатель! — зарычал амбал.

— Вовсе нет, — отозвалась сидевшая напротив девушка, кутавшаяся в кучу розоватых кофт и оттого похожая на розовую луковицу. Она держала руки в карманах. — Все пуховики, что мы взяли, абсолютно новые, они и сами по себе дорогие — банок под восемьсот. А с учётом неожиданных заморозков цена подскочит ещё сотен на две. Так что Брат Ду отдаёт тебе считай даром.

Озябший здоровяк только притопнул ногами от досады и замолчал. Спустя пару минут, всматриваясь сквозь замёрзшее стекло, он вдруг рябком гаркнул:

— Стой! Тормози!

Напарники сперва недоуменно переглянулись, но, проследив за его взглядом, тут же всё поняли. У обочины, укрытый снегом, замер неподвижный силуэт.

Поживиться шмотками с трупа — дело святое.

В постапокалиптическом мире никто не считал это зазорным. Пройти мимо бесхозного добра — вот что было настоящей глупостью.

Машина плавно остановилась.

Здоровяк выскочил первым. Следом вылезли ещё трое напарников. Лишь водитель, тот самый Брат Ду, остался в кабине.

— Ну-ка, посмотрим, во что ты там укутан... — Потирая ладони с маслянистой ухмылочкой, амбал направился к сугробу.

— Осторожнее там! А вдруг он... — окликнул его из окна Брат Ду.

— Да брось, в такой-то дубак! — отмахнулся гигант, хотя скорость всё же сбавил.

Он осторожно протянул руку к заснеженному плечу, и в то же мгновение...

Раздался резкий свист, вспыхнул короткий вскрик, и здоровяк внезапно испарился. В следующую секунду он уже стоял возле кузова грузовика, зажимая кисть.

— Что стряслось? — высунулся из кабины Брат Ду.

Амбал молча поднял левую руку. На тыльной стороне ладони не хватало куска мяса!

Рана оказалась не слишком глубокой — спасла лишь молниеносная реакция и способность к телепортации.

Понимая, насколько быстр их товарищ, Брат Ду тут же выбрался из машины.

Смыкая кольцо, члены отряда осторожно окружили «снежного человека».

Тем временем силуэт под снегом зашевелился. Он поднялся на ноги, отряхивая с себя белые хлопья, и перед ними предстало то, что скрывала метель.

Повидавшие виды выжившие, казалось, привыкли ко всему, но при виде мальчишки у них перехватило дыхание.

Да, они сразу поняли, что перед ними совсем юнец.

Хоть всё его лицо было вымазано грязью и заклёвано спекшейся кровью, по тонким чертам и хрупкому сложению угадывался совсем незрелый возраст.

А затем они разглядели то, что парень так отчаянно прижимал к груди.

И от этого зрелища по коже пробежал мороз.

Это был труп. Вернее, изуродованная половина человеческого тела.

Искалеченный, израненный ребёнок, из последних сил обнимающий останки близкого человека...

Слишком очевидная и жуткая трагедия.

— В округе ни души. Откуда этот мальчишка? Да ещё и с... этим? — тихо проговорила единственная женщина в группе.

— Дело привычное, — хмуро буркнул здоровяк, доставая из-за пазухи флягу. — Я сам когда-то так же пробирался из других земель. Один-одинёшенек, полумёртвый.

— Помню я, — хмыкнула напарница, смерив его взглядом. — Ты тогда уже под два метра ростом был.

— Всё равно только-только восемнадцать стукнуло! — огрызнулся тот, окропив рану спиртом и махом заглотив остатки. Мстить мальчишке за выбитый кусок кожи он, похоже, не собирался.

Гигантский двухметровый мужик вызывал куда меньше сочувствия, чем этот полуживой подросток. У женщины сжалось сердце при виде того, с какой отчаянной нежностью юноша цеплялся за мертвеца.

Достав сканер, она проверила парня. Прибор не показал заражения.

Сделав пару шагов к нему, женщина заговорила мягко, стараясь сгладить привычную жёсткость в голосе:

— Тише, парень... Поехали с нами. Мы держим путь на базу. Там ты будешь в безопасности.

Она старалась выглядеть максимально дружелюбно, но подросток даже не вздрогнул.

Напротив, когда их взгляды пересеклись, женщина невольно застыла.

Его левый глаз из-за оторванного века был искажён и не мог зажмуриться, застыв диким, немигающим диском.

Встретившись с этим взглядом, женщина почувствовала, как по спине пробежал ледяной оскал страха.

Что за...

Она обняла себя за плечи, вдруг ощутив, что одежда совсем не греет.

В ситуацию вмешался Брат Ду:

— Поехали с нами. Тут только что прошёл дождь, теперь вот снег... Труп быстро испортится. К тому же... тебе, похоже, нужны иголка с нитью?

И юноша отозвался.

Его светло-чайные глаза, холодные и мёртвые, уставились на мужчину. Крепче сжав в объятиях изувеченное тело, он без единого слова поднялся в кузов грузовика.

Не удостоив выживших ни единым взглядом, он забился на левую скамью, единолично заняв весь ряд. Здоровяк открыл было рот, чтобы возмутиться, но лишь досадно крякнул и забился на противоположную сторону к остальным.

Перед тем как вернуться за руль, Брат Ду заглянул в кузов и протянул парню новенький пуховик. Тот не шелохнулся. Мужчина не стал настаивать — аккуратно сложил куртку и положил рядом.

— Эй, Брат Ду! — подал голос здоровяк в одной майке. — А мне ты эту куртку за девятьсот шестьдесят баллов втюхивал!

Брат Ду спокойным взглядом мельком окинул амбала:

— За него заплачу я.

С этими словами он взмахнул рукой — и в воздухе из ничего материализовались стальной таз и сухой чурбан.

— Надо? Таз — пятьдесят баллов. Дрова бесплатные, подобрал у дороги.

Спустя минуту здоровяк уже счастливо грел руки над импровизированной жаровней.

— Сука, ну вот почему сразу нельзя было достать?! Обязательно надо было меня разводить на разорение! — бубнил он, блаженствуя у огня.

— Ты сам просил пуховик, — вступился за водителя щуплый паренёк, сидевший рядом. — Не откажись ты от куртки, Ду-гэ всё равно предложил бы жаровню.

Здоровяк лишь посопел, но спорить не стал, полностью сосредоточившись на тепле.

Смеркалось. Грузовик размеренно мчал сквозь непроглядную тьму. Снаружи мороз крепчал, но благодаря огню в тазу в кузове стало относительно сносно.

Щуплый парень то и дело бросал взгляды на противоположную скамью. Искалеченный парень сидел не шелохнувшись, прижимая к себе страшный груз. Его изуродованный левый глаз, лишённый века, смотрел в пустоту...

Не выдержав, щуплый поднялся и потянул за собой здоровяка.

Присев перед юношей на корточки, тощий указал на зажившую ладонь амбала и мягко улыбнулся:

— Я лекарь. Моя способность не самая сильная, но всё же... Я могу немного помочь. Хотя бы рану на глазу затяну, чтобы ты мог его закрыть. Хочешь?

Парень никак не отреагировал. Щуплый замялся, растерянно почесав затылок.

— Может, вырубить его к чертям, а ты пока подлатаешь? — подал идею здоровяк.

— Да ну тебя! — отмахнулся лекарь.

И тут случилось невероятное.

Подросток вдруг обмяк и рухнул на пол кузова без чувств — точно его и впрямь кто-то оглушил.

— Э-э... Это ты его? — щуплый ошарашенно уставился на амбала.

— Да я даже с места не сдвинулся! — открестился тот.

Оба перевели взгляд на третью попутчицу. Та лишь отрицательно качнула головой.

Взгляды медленно сместились дальше... к единственному оставшемуся пассажиру, если его вообще можно было так назвать.

Они уставились на полуистлевший труп, который мальчишка так отчаянно защищал.

— Не... Не он же, а? — с нервным смешком пробормотал щуплый, чувствуя, как по спине пробежал мороз.

Поборов страх, он аккуратно приложил ладони к лицу бессознательного юноши, накрывая изуродованный глаз светящейся аурой исцеления.

А ведь это действительно был он, — подумал Цзюань, стоя в стороне и наблюдая, как лекарь обрабатывает раны юноши.

http://bllate.org/book/38814/5167537