Готовый перевод After the Overpowered Cultivation Protagonist Accidentally Transmigrated into an ABO World / Когда непобедимый культиватор случайно попал в мир АБО: Глава 41

К моменту, когда Линь Сюань добрался до общежития, комендантский час давно миновал. Двери заперли наглухо, так что оставался единственный путь — через стену. Впрочем, воспитанный заклинатель ни за что не опустился бы до банального карабканья по кирпичам: слишком уж это неаристократично.

На самом деле он просто опасался наткнуться на таких же полуночников — смущать народ столь вульгарным зрелищем не хотелось. Поэтому Линь Сюань встал на меч, бесшумно взмыл вдоль фасада и прошмыгнул внутрь через открытое окно коридора.

Первым делом юноша проверил Юнь Тинбая. К счастью, лекарство подействовало: тот тихо и безмятежно сопел, так что поводов для беспокойства больше не оставалось.

Задёрнув шторы, Линь Сюань с полминуты рылся в мешочке-хранилище, пока не выудил оттуда драгоценную тыкву размером с кулак.

Если бы не недавний погром на аукционе, когда он перебирал трофеи, он бы и не вспомнил об этой диковинке.

В детстве Линь Сюань изводил наставника просьбами отпустить его на охоту за духовными зверями. Шифу, понимая, что упрямого мальчишку не удержать, подарил ему этот артефакт.

Драгоценная тыква Скрывающейся Десяти Тысяч Зверей способна вместить в себя любое живое существо, кроме человека. Наставник, опасаясь, как бы сопляк не попёрся в одиночку на какого-нибудь исполинского монстра, выдал артефакт скромной вместимости — под хомяков, кроликов да лисиц. Ну, в крайнем случае, волк влезет, а вот на тигра или медведя рассчитывать не приходилось.

Завладев тыквой, мелкий Линь Сюань целую ночь пропадал в снегах на заднем дворе пика. Наутро учитель, открыв двери, увидел сугроб, который едва переставлял ноги и радостно вопил: «Шифу, шифу, я поймал зайца!»

То ушастое создание благополучно дожило до глубокой старости, хотя для самого заклинателя те годы пролетели как пара мгновений. Век бессмертных слишком долговечен, чтобы измерять его человеческими мерками.

Мотнув головой и отгнав нахлынувшие воспоминания, Линь Сюань вытащил пробку и вытряхнул обитателя артефакта.

Оставлять мелкого жука без присмотра в комнате нельзя, таскать за собой на занятия — тем более. Какое счастье, что под руку попалась эта тыква!

Ребёнок-инсектоид, сладко спавший внутри, от неожиданности вывалился на пол и, подобно упитанному колобку, прокатался пару метров, прежде чем остановиться. Задрав пухлую рожицу, он осмотрелся и, разглядев Линь Сюаня, привычно прибавил ходу на всех своих конечностях.

Правда, на этот раз мелкий не стал с разбегу сбивать заклинателя с ног. Он замер в полуметре от его туфель, распластав брюшко по полу и кротко сложив передние жвала-серпы.

Смотрелось это до странности похоже на преданного пса.

Линь Сюань, уже приготовившийся уклоняться от очередного штурма, аж опешил от такой шелковистости.

— Хозяин! Это всё моя работа! — Зено подплыл ближе, сияя от гордости. — Вы же поручили мне присмотреть за ним! Каков результат, а?

— Твоих рук дело? — Линь Сюань перевёл взгляд на мелкого, который таращился на него круглыми восторженными глазами. Веко заклинателя нервно дёрнулось. — В следующий раз избави меня от подобной дрессуры.

А то со стороны подумают, будто у него какие-то извращённые наклонности.

— Ой... Хозяину не понравилось?

Линь Сюань хотел было рявкнуть, с чего бы ему восторгаться собачьими повадками, но вовремя заметил, как Зено удручённо повис в воздухе, распустив щупальца, словно завядшую зелень.

— Да нет, почему же... Послушанию ты его обучил знатно, — сбавил тон юноша. — Просто учи его человеческим манерам, а не заставляй изображать комнатную болонку.

— Есть! Зено будет стараться ещё лучше!

Линь Сюань вздохнул. На языке вертелось «лучше вообще ничего не делай», но гасить такой энтузиазм не поднималась рука.

Глядя на застывшего у ног мальца-жука, юноша только сейчас сполна оценил фразу Ци Яня: «Я его не балую».

— Ладно, куда деваться, будем воспитывать.

Он подхватил гибрида под мышки. Тот, не имея ни малейшего понятия об этикете, не видел разницы между «стоять» и «ползать», однако сам факт внимания его безумно обрадовал. Малыш расплылся в довольной ухмылке, обнажив ровные ряды острых, как иголки, зубов. Выделялись среди них длинные клыки, до боли напоминающие оскал поднявшегося из могилы гуля. К счастью, мертвечиной от него не несло, иначе Линь Сюань без раздумий выставил бы его за дверь.

— Послушный, надо же.

Он усадил мелкого на диван. Шесть ножек беспомощно болтались в воздухе, не доставая до пола. Неизвестно, какими методами пользовался Зено, но пацан действительно сидел смирно и даже не пытался грызть мебель.

Понаблюдав за ним, Линь Сюань пощупал его тонкие лапки, усеянные едва сформировавшимися цепкими крючками.

Вспомнились секретные документы: вторая половина крови мальчишки явно принадлежала инсектоидам. По правде говоря, пролистав те отчёты, Линь Сюань поначалу думал вернуть подкидыша родичам.

Но мысль сгорела, едва зародившись. Если сородичи не приняли его в человеческом обществе, то и среди инсектоидов гибриду не выжить. Чужак, выродок — ни человек, ни жук.

— Да уж, полукровка ты эдакий, — юноша щёлкнул мальца по лбу.

Тот лишь задорно откинулся назад, ничуть не обидевшись, схватил палец Линь Сюаня и попытался затащить его в рот. Не выдерни юноша руку вовремя — испачкал бы все пальцы в слюнях.

— Кстати, а имя-то тебе дали? Если уж взялся опекать, без имени совсем не дело.

Пока он размышлял, Зено со свистом подлетел ближе и развернул в воздухе голографическую панель.

— Хозяин, хозяин! Хотите выбрать имя? У меня огромная база данных!

По экрану побежали тысячи вариантов. Линь Сюань смерил панель высокомерным взглядом и усмехнулся:

— Мне? Помощь с именем? Смешно. Я, между прочим, начитанный человек. Какое-то имя — раз плюнуть!

Зено тут же засиял восторгом, его окуляры превратились в звёздочки.

— О-о-о! И как же мы его зовём, хозяин?!

Линь Сюань глубокомысленно задумался, затем погладил инсектоида по голове и произнёс тихим, значительным тоном:

— Девять — высшее из чисел. Перемены ведут к постижению, постижение — к вечности. В твоих жилах течёт кровь людей и инсектоидов. Впереди тебя ждут бесчисленные испытания, с которыми в нынешнем обличье тебе не совладать.

Он сделал паузу, измеряя шагами комнату:

— Посему я желаю тебе скинуть прежнюю чешую, пройти через девять трансформаций, перешагнуть через ограничения плоти и взойти на Великое Дао. Девять изменений духа и тела... Пусть отныне твоим именем будет...

Линь Сюань говорил настолько серьёзно, даже пассы пальцами в воздухе закрутил, что малец и робот замерли, боясь перевести дыхание.

Наконец заклинатель остановился, встал спиной к аудитории, заложив руки за спину, и веско изрёк:

— Линь Цзюбянь.

Зено и ребёнок-инсектоид переглянулись. Челюсть ИИ медленно поползла вниз.

«И это всё?! После такой тирады — просто Цзюбянь?! "Девять Трансформаций"?! Серьёзно?!»

Мелкий, естественно, ни черта не понял и продолжал с упоением грызть собственную лапу. Зено же, пытаясь заступиться за беднягу, дрожаще поднял щупальце:

— Э-э-э... Хозяин...

— М-м? — Линь Сюань даже не повернул головы. — Что такое?

— А... имя точно окончательное?

— Ну да. А что? — Заклинатель развернулся, мгновенно утратив весь свой величественный вид. — Намекаешь, что звучание плоховато?

— Да нет, дело не в звучании...

— В этом имени сокрыта гармония мироздания и глубочайшая тайна перерождения! — наставительно произнёс Линь Сюань. — На первый взгляд оно кажется простым, но на деле точно следует Небесному Дао. Когда-нибудь вы поймёте всю глубину моего замысла.

Хоть имя досталось не ему, Зено буквально растрогался до слёз:

— Хозяин...

Линь Цзюбянь, ещё не осознавший своей участи, издал радостный клич и скопировал восхищённый взгляд робота.

Линь Сюань гордо повернулся к ним спиной, являя собой образ одинокого мудреца, погружённого в печаль непонятого гения.

«Чёрт, едва не прокололся».

Оказавшись вне поля зрения этой парочки, юноша наконец перестал держать фасон. Какое ещё «соответствие Дао»? Он просто скопировал туманный бред, который его шифу нёс при выдаче имён! Старик всегда твердил: главное — напустить туману и говорить пафосно, тогда никто не посмеет усомниться.

И ведь сработало! Оба прониклись.

Впрочем, обретение имени не освобождало Линь Цзюбяня от конспирации. Мальца отправили обратно в драгоценную тыкву.

Перед погружением Зено устроил с ним прощание такой драматичности, будто гибрида отправляли на казнь, и успокоился лишь после того, как запихал ему в руки охапку сладостей.

Управившись со всеми делами, Линь Сюань поставил Зено на подзарядку и рухнул на кровать.

День выжал из него все соки, так что отключился он мгновенно. Проснулся — уже утро. Ночь пролетела как один миг, и ощущения свежести не было вовсе. Напротив, тело казалось налитым свинцом, будто на грудь взвалили неподъёмную глыбу.

Опустив взгляд, Линь Сюань вздохнул.

Ну конечно. Юнь Тинбай.

Уронив голову обратно на подушку, он уныло протянул:

— И что ты забыл в моей постели?

— Да от тебя так вкусно пахнет, — пробормотал тот, утыкаясь носом и обнимая юношу, словно огромную мягкую игрушку. — Дай ещё пять минут поспать...

— Ты вчера весь день проспал! — возмутился Линь Сюань. — С чего вдруг вообще началась эта хрень с гоном?

— Ну-у-у... — Юнь Тинбай почесал нос. — Акклиматизация, наверное. Гормоны скаканули. Ничего, пару дней отлежусь — и пройдёт. Я уже взял освобождение у преподавателя.

— Замечательно. А мне на пары идти!

Линь Сюань попытался скинуть с себя сожителя, но тот вцепился в него мёртвой хваткой, словно осьминог. Руки Альфы сжались прямо на шее, угрожая перекрыть кислород.

Лишившись терпения, Линь Сюань ухватил край одеяла и ловким движением скатал Юнь Тинбая в плотный кокон, выскользнув наружу, как змея из кожи.

— Отлёживайся сам, а я опаздываю, — пробурчал он, зажимая в зубах ленту для волос. — Лекарства на тумбочке, не забудь принять.

Из одеяльного свёртка донеслось протяжное:

— Хорошо-о-о...

Улицы уже заполнили стайки студентов.

По правилам Кроноса проносить роботов на занятия строго запрещалось — видать, кто-то из предков текущего набора отличился особым умом и сообразительностью. Так что Зено пришлось упрятать в мешочек-хранилище, дабы пронести контрабандой.

Но стоило Линь Сюаню подойти к учебному корпусу, как его настроение испортилось.

У колонны, лениво подпирая её плечом, стоял Дун Байюй. Пока его коллеги по студсовету ревностно проверяли допуски, этот тип откровенно бил баклуши.

Заметив застывшего неподалёку Линь Сюаня, Байюй мгновенно подобрался и расправил плечи:

— Доброе утро, младшенький!

http://bllate.org/book/38793/5182999