Готовый перевод After the Overpowered Cultivation Protagonist Accidentally Transmigrated into an ABO World / Когда непобедимый культиватор случайно попал в мир АБО: Глава 21

— Прячешься? — цепко ухватился за главное слово Линь Сюань. — Ты тоже здешний студент?

Юноша кивнул — сонный, будто только что разлепивший глаза, и, казалось, готовый снова провалиться в небытие.

— Угу. Насчёт тебя не уверен... Раньше тебя не видел. Новичок?

— Да, поступил в этом году.

Парень снова сладко и сонно зевнул, поправив кусок ткани, служивший ему одеялом.

— Сейчас же идут занятия, — недоумённо спросил Линь Сюань. — Почему ты здесь?

— Неочевидно, что ли? — юноша слегка поболтал головой. — Прогуливаю. Отсыпаюсь.

— Прогуливаешь, чтобы поспать? — удивился Линь Сюань. — Но почему тогда не в общежитии, а в тренировочном зале мехов?

Тот поднёс палец к губам и покачал им из стороны в сторону:

— Эх, молодёжь... До чего же ты зелёный, раз мелешь такую чушь, как «поспать в общаге».

Линь Сюань лишился дара речи.

«И почему мне опять кажется, будто я перестаю понимать местный язык?»

— Накроет тебя патруль Студенческого совета в комнате — и всё, попался, — выудив откуда-то из-за бока маску для сна, юноша напялил её на глаза и снова откинулся назад. Голос его угасал на глазах: — А вот тут... никто дрыхнуть не помешает...

Линь Сюань молча воззрился на собеседника. Дыхание парня уже выравнивалось — он стремительно погружался в сон.

И тут снаружи грохнуло. Раздался оглушительный скрежет и гул, будто сошлись в таране несколько многотонных махин. Юноша подскочил на месте, словно подброшенный пружиной, и сорвал маску:

— Что за чёрт?! Что произошло?

Линь Сюань, ожидавший нечто подобное, лишь пожал плечами:

— Всё просто: у нашего класса здесь занятие по управлению мехами.

Подумав, он добавил:

— И сегодня первая практическая тренировка в этом семестре.

Иными словами, подобный адский грохот будет продолжаться всё занятие, так что спокойно поспать бедолаге явно не светит.

Парень осознал весь ужас положения, глубоко вздохнул и медленно выдохнул.

— Даже поспать нормально не дают... Какая же тоска, а не учёба...

Закутавшись в покрывало, он превратился в плотный кокон, наивно надеясь, что так до него не долетит ни звука.

От его возни из складок ткани выкатился идеальный стальной шарик. Он прозвенел по полу и покатился в дальний, погружённый в полумрак угол. Проследив за ним взглядом, Линь Сюань заметил там нечто массивное, тоже накрытое плотным брезентом.

Линь Сюань подошёл ближе и поддел край ткани.

Брезент оказался чистым, без единой пылинки — значит, предмет притащили сюда совсем недавно.

Угадывая под плотным полотном знакомые очертания, Линь Сюань почувствовал, как учащается пульс.

— А что... под этим?

— А? — Юноша высунул голову из своего «кокона», сдвинул край маски и равнодушно бросил: — А, это. Мой личный мех. Я его сам модифицировал.

«И впрямь мех!»

— Слушай, а можно взглянуть? — осторожно поинтересовался Линь Сюань.

Незнакомец небрежно махнул рукой:

— Да гляди сколько влезет. Всё равно прокатиться не сможешь.

Получив разрешение, Линь Сюань одним рывком сдёрнул покрывало. Полотно съехало вниз, словно снежная лавина, и со шуршанием опало на пол, подняв облачко пыли.

Поперхнувшись и пару раз кашлянув, Линь Сюань в следующий миг замер с широко распахнутыми глазами. Сердце заколотилось где-то в горле от восторга перед стоявшим перед ним стальным исполином.

Эта машина превосходила учебные мехи размерами и выглядела куда внушительнее. Корпус покрывала матовая белая краска, а сглаженные, но хищные линии силуэта вызывали ассоциации со средневековым рыцарским доспехом. Если обучающие мехи на полигоне смахивали на неуклюжие металлические коробки, то этот гигант казался настоящим звёздным рыцарем в тяжёлой броне — выправка, мощь и скрытая, готовая в любой миг вырваться наружу стремительность.

Шлем имел хищные, заострённые черты, напоминавшие сложенные крылья ловчей птицы. По бокам тянулись узкие полосы сенсоров: видимых линз или камер не проглядывалось, однако создавалось стойкое чувство, будто машина пристально вглядывается прямо в душу.

На спине покоился сложенный крылатый модуль ускорителей, плотно прижатый к броне.

Сквозь щели между пластинами многослойного композита на груди едва заметно пульсировало тусклое свечение энергетического ядра — точь-в-точь замершее в спячке сердце.

Озарённый холодным светом ламп, мех возвышался в полном молчании. Но даже в этой недвижности ощущалась такая первобытная угроза, что по коже бежали мурашки.

У Линь Сюаня перехватило дыхание. За всё время с момента перемещения в этот мир он лишь во второй раз видел нечто настолько совершенное, завораживающее и прекрасное.

Он приложил ладонь к бронированной голени, чувствуя холод металла этого спящего чудовища.

«Да эта махина стократ круче тех зелёных консервных банок снаружи!»

— А почему ты сказал, что я не смогу им управлять? — спросил Линь Сюань, обернувшись к парню. — Он сломан?

Если машина неисправна, можно попытаться выкупить её, а потом попросить Ци Яня починить. Ци Янь ведь умеет ремонтировать мехов? Наверняка умеет, адмирал всё-таки. Жаль будет, если такое произведение искусства продолжит гнить и пылиться на складе.

Раздражённо вздохнув, юноша приподнялся на локтях, сдвинул маску на лоб и насупился:

— Ничего он не сломан. Просто слабакам он не по зубам.

Линь Сюань скрестил руки на груди и с прищуром улыбнулся:

— А с чего ты взял, что я слабак? Ты же даже не видел меня в деле.

Склонив голову набок, парень ткнул пальцем в сторону белого гиганта:

— Я отвалил за него кучу денег на чёрном рынке. Это армейская модель. В отличие от того ширпотреба с ручным управлением, что пылится в аудиториях, для этого меха требуется полное ментальное слияние. Синхронизация ментальной силы пилота с системами машины должна составлять сто процентов.

— Сейчас даже в регулярной армии далеко не каждый офицер способен управиться с подобной штукой. А ты его впервые в жизни видишь! Так что выбрось эту дурь из головы.

Он перевёл палец на самого Линь Сюаня:

— Вместо того чтобы учиться, как все нормальные курсанты, ты припёрся сюда и мешаешь мне спать.

Линь Сюань на мгновение замялся, но тут же нашёлся:

— На меня просто не хватило учебного меха! Я бы и рад заниматься, да не на чем.

Тут в голове у него созрел дерзкий замысел:

— Слушай, а дай обкатать твои колёса? На пару минут.

Парень аж задохнулся от такой наглости и нервно расхохотался:

— Ты совсем глухой, что ли?! Я же только что сказал: даже армейские элитные пилоты, прошедшие адский отбор, не всегда справляются с этой моделью! А ты даже старое ведро в руках не держал, а уже лезешь в новейший комплекс!

Линь Сюань шагнул ближе и, упёршись ладонью в стену над плечом собеседника, навис над ним:

— А если смогу?

Юноша чуть прищурился. В его взгляде мелькнул хищный интерес к наглоголовому первокурснику, не ведающему страха.

— Сможешь подчинить — он твой. Забирай хоть навсегда, — от сонливости парня не осталось и следа. Усмешка на его губах напоминала оскал ядовитой сороконожки, подкараулившей жертву. — Только смотри, как бы мозги не вытекли через уши. Случится что со срывом ментала — я за тебя отвечать не намерен.

— Договорились, — мгновенно отозвался Линь Сюань.

Уговор был скреплён. Юноша спрыгнул с подмостков, швырнул в угол покрывало с маской и сладко потянулся. Выглядел он теперь предельно довольным.

— Ну давай, покажи класс. Я буду твоим инструктором. Ужасно хочется посмотреть, как ты справишься со зверем, которого даже я едва удерживаю на поводке.

Линь Сюань оглядел оживившегося парня и спросил:

— А своей ставки у тебя нет? Что я должен отдать, если проиграю?

Юноша ехидно усмехнулся:

— Да на кой мне твоя ставка? Ты всё равно проиграешь. Требовать что-то с человека, чей проигрыш очевиден — это уж совсем неспортивно.

Ему было плевать на Линь Сюаня, и он ни на секунду не верил, что тот сумеет хотя бы завести двигатель. Ему просто хотелось повеселиться и насладиться зрелищем того, как этот заносчивый первокурсник с позором сядет в лужу.

— В таком случае я пасу, — вдруг заявил Линь Сюань.

Парень медленно повернул голову. Его взгляд стал ледяным и опасным:

— Ты со мной поиграть решил?

В его голове уже созрел десяток способов проучить наглеца, но Линь Сюань спокойно подошёл ближе и серьёзно пояснил:

— Заклятие уговор не скрепит, если заложена лишь одна ставка. Договор скрепляется взаимным залогом. Не хочешь ничего с меня брать — значит, и пари никакого нет.

Юноше эта ситуация показалась одновременно раздражающей и комичной: надо же, дурачок сам напрашивается на убытки!

— Ладно. Что у тебя есть?

Линь Сюань похлопал по карманам. Вещей у него водилось немного: покупками он не увлекался, а почти всё ценное принёс из Мира самосовершенствования.

Покопавшись, он со вздохом и тайным сожалением извлёк из мешочка-хранилища бумажный талисман. По его разумению, эта вещь вполне соотносилась по ценности с армейским мехом. К тому же, в отличие от связанного жизнью меча, её не зазорно было выставить на кон.

Парень взял жёлтый листок двумя пальцами и с брезгливостью тряхнул им:

— И всё? Вырезка из газеты? Слушай, если выставляешь ставку, предложи хоть что-то стоящее. У тебя на руке браслет и то дороже стоит.

— Не смей называть это обычной бумажкой! — возмутился Линь Сюань. — Это бесценное сокровище, его ни за какие деньги не купишь!

Юноша лишь неопределённо буркнул. В его представлении ценность могли иметь чертежи сопряжения узлов или секретные схемы, а эта жёлтая полоска смахивала на мусор из ближайшей подворотни.

Впрочем, спорить о стоимости он не стал — всё равно изначально ничего брать не собирался.

— Сойдёт, — махнул он рукой. — Если сумеешь запустить машину — ты выиграл, мех твой. Если засыплешься — победа за мной, а эта бумажка уходит мне.

— По рукам!

Пока парень отвернулся, Линь Сюань хитровато улыбнулся. За спиной он сжимал второй кусочек пожелтевшей бумаги — контракт. Условие пари уже впечаталось в магический документ. Стоило обеим сторонам подтвердить устный уговор, как духовная печать вступила в силу, обязывая участников строго соблюдать договорённость. Линь Сюань пошёл на это не просто так: он опасался, что парень пойдёт на попятный, едва увидит успех. А нарушение контракта сулило суровую кару небес.

Линь Сюань уже поставил ногу на подножку корпуса, когда юноша окликнул его:

— Ивиан.

— Чего? — Линь Сюань обернулся.

— Моё имя, — равнодушно пояснил тот. — Раз уж мы заключили пари, тебе стоит знать, с кем имеешь дело.

— Ивиан, — повторил Линь Сюань, кивнув. — А я — Линь Сюань.

С этими словами он кошкой взмыл вверх и парой ловких движений юркнул в кабину пилота.

Оказавшись в кресле, он предвкушающе потёр ладони, с азартом разглядывая бесчисленные тумблеры, клавиши и рычаги.

Стоило ему опуститься на сиденье, как ожили бортовые системы: замигали индикаторы, вспыхнули проекционные экраны.

— Справа от тебя шлем, — донёсся снизу голос Ивиана. — Надевай. Через него идёт сопряжение ментальной силы с процессором.

Линь Сюань выглянул из люка:

— Если управление ментальное, на кой чёрт тут столько кнопок?

— Обычная подстраховка. Пока новую технологию не доведут до ума, оставляют ручную систему. Если откажет ментальная связь, перейдёшь на рычаги. Хватит болтать, заводи!

Линь Сюань залез обратно, запечатал гермолюк и скривился, разглядывая шлем, совершенно не вписывавшийся в изящный дизайн кабины.

«Уродство какое-то... Будто кастрюлю железную с проводами скрестили».

Он попытался натянуть эту «кастрюлю» на голову, но конский хвост упёрся в подкладку, и шлем не сел.

Линь Сюань тяжело вздохнул. Он уже собрался распустить волосы, как вдруг его осенила мысль.

Если машина управляется ментальной силой, почему бы не опробовать Божественное сознание?

В прошлые разы его духовное чутьё прекрасно сходилось с местными приборами ментального сканирования, так с чего бы сейчас случиться сбою?

Решив рискнуть, Линь Сюань без сожалений отбросил утыканный проводами шлем в сторону, откинулся на спинку кресла и направил поток Божественного сознания прямо в недра машины. Сперва духовная энергия заметалась в незнакомой структуре, но быстро нащупала путь и, словно кровь по жилам, устремилась по оптическим и электрическим каналам ко всем узлам меха.

Снаружи Ивиан поглядывал на коммуникационный браслет. Минуты текли, а машина по-прежнему стояла недвижимым истуканом. Он уже решил, что парень спёкся и просто стесняется вылезти наружу.

От этой мысли стало досадно. Ивиан надеялся хотя бы на забавное шоу, а этот заносчивый дурачок просто тихо сдулся и забился в щель, как трусливый моллюск.

Окончательно потеряв к нему интерес, Ивиан брезгливо швырнул жёлтый талисман на пол, будто ненужную бумажку, и направился к выходу.

Его пальцы почти коснулись дверной ручки, когда за спиной раздался гул разгоняющихся турбин и низкий рокот оживающего реактора. Горячая волна воздуха ударила в спину, и Ивиан на лету подхватил поднятый сквозняком бумажный талисман.

Обернувшись, он обомлел.

Белоснежная броня исполина наливалась мягким свечением. Световые линии индикаторов, точно кровеносные сосуды, вспыхивали одна за другой, разбегаясь от грудного реактора во все стороны. Просыпающийся древний титан медленно раскрывал очи — и от одного лишь его вида воздух в помещении стал невероятно тяжёлым.

http://bllate.org/book/38793/5120980