Готовый перевод The Sickly Beauty Goes on a Rampage in the Infinite Game / Болезненный красавец устроил бойню в бесконечной игре: Глава 017. Тьфу!

— Сестра Цяо! Это ты?

И без того полное тело Цяо Юаньюань теперь раздулось, словно воздушный шар. В выпуклом животе будто металась рыба, отчего на натянутой коже то и дело вздувались маленькие бугорки.

В чёрных глазах не отражалось ни искорки света. Она смотрела прямо на Сяо Цяньчуаня, но выражение не менялось.

Хуа Мэйнань похолодел, крепко вцепился в железную дубинку и взревел:

— Чёрт! Сдохни ещё раз!

Вложив в удар всю силу, он обрушил дубинку вниз. Хуа Мэйнань был абсолютно уверен, что сейчас голова твари лопнет, как перезрелый арбуз.

Но ожидаемого кровавого зрелища не последовало.

Короткая толстая шея Цяо Юаньюань внезапно вытянулась и истончилась, а голова взлетела вверх, точно наполненный гелием шарик, и без всякого выражения раскачивалась в воздухе.

Хуа Мэйнаню показалось, что чудовище столь причудливым способом откровенно насмехается над ним. Он размахнулся дубинкой и ткнул в живот.

— Не надо!

Сяо Цяньчуань громко попытался остановить его, но мужчина всё равно нанёс удар.

Дубинка проткнула живот насквозь, словно палочка для еды — тонкую оболочку суповой булочки. В следующее мгновение чёрно-красная жидкость фонтаном ударила Хуа Мэйнаню в голову и лицо.

Шар на глазах сдулся и начал медленно опускаться. Одновременно из живота Цяо Юаньюань вылетела чёрная тень и понеслась прямо в лицо Хуа Мэйнаню.

Похоже, дубинка застряла между рёбрами Цяо Юаньюань, и выдернуть её никак не удавалось. Хуа Мэйнань просто бросил оружие и побежал внутрь.

Дверь почти сомкнулась. Металлический край царапнул его по носу, но мужчина всё-таки сумел втиснуться.

Он ещё не успел перевести дух, а чёрная тень уже проскользнула вслед за ним сквозь узкую щель.

Все пришли в ужас!

В нос ударила удушливая вонь.

Сяо Цяньчуаня толкнули, он попятился и упёрся спиной в чью-то крепкую грудь.

Джонсон подхватил юношу за худые плечи.

— Не паникуй.

Он одним плавным движением вытащил пистолет и взвёл курок.

Бах!

Никто даже не заметил, когда Джонсон нажал на спуск, а пуля уже пронзила летевшую к ним маленькую чёрную тень.

Та упала на пол, перекатилась и затихла. Только тогда все рассмотрели: перед ними лежал недоразвитый плод, всё тело которого было синюшным, почти чёрным.

Если бы не вирус, если бы Цяо Юаньюань не умерла, когда-нибудь он мог бы вырасти в невинного, милого ребёнка, а не стать таким чудовищным уродцем.

Сяо Цяньчуань только успел об этом подумать, как перед его глазами тяжело опустился чёрный кожаный ботинок.

Мёртвый плод был окончательно раздавлен и превратился в месиво крови и плоти под ногой Хуа Мэйнаня.

Стряхнув грязь с носка ботинка, Хуа Мэйнань, весь залитый кровью, посмотрел на врача и брезгливо спросил:

— У вас здесь вода есть? Какая мерзость!

Врач задрожал губами, но долго не мог произнести ни слова.

Цзяоцзяо уже протянула свой носовой платок.

— Братик, пока вытрись этим!

Однако едва мужчина взялся за краешек платка, лицо Цзяоцзяо резко изменилось, и она мгновенно отдёрнула руку.

— Что такое?

Хуа Мэйнань нахмурился. Взгляд стал опасным.

Эта женщина смеет его брезговать?

Он тут же обвил рукой шею Цзяоцзяо и принялся нарочно тереться об неё, словно кобель во время течки.

Но на этот раз Цзяоцзяо не стала, как обычно, кокетничать и капризничать. Она отчаянно забилась и пронзительно закричала:

— Нет! Спасите! Спасите! Его укусило чудовище! Скорее… Скорее стреляйте! Брат Джонсон, спаси меня!

Джонсон, к которому она обратилась, окинул Хуа Мэйнаня пристальным взглядом и в конце концов остановился на перепонке между большим и указательным пальцами его левой руки.

Там виднелся ряд неглубоких, но отчётливых следов зубов, прокусивших кожу.

Доктор поспешно оттащил женщину с ребёнком подальше, Сунь Чжэн тоже машинально попятился.

Хуа Мэйнань сначала опешил, но, проследив за взглядами остальных, сообразил, в чём дело.

Он вытянул руку вперёд и презрительно рассмеялся:

— Сборище идиотов! Вы ослепли? Посмотрите хорошенько! Это вовсе не чудовище меня укусило!

Однако на лицах людей напротив было написано одно недоверие. Никто не желал подходить ближе и рассматривать рану. Тогда Хуа Мэйнань посерьёзнел, перевёл взгляд на Сяо Цяньчуаня и мрачно спросил:

— Скажи им, кто оставил этот укус!

Словно испугавшись взгляда голодного волка, Сяо Цяньчуань втянул голову в плечи. Сзади к нему прижалось тёплое тело, и напряжённые мышцы немного расслабились.

Джонсон опустил голову и встретился с дрожащими чёрными блестящими глазами.

Влажными, испуганными, беспомощными.

Он заслонил юношу собой и мягко произнёс:

— Не бойся.

Хуа Мэйнань вздохнул, увидев, как трусливый кролик выглядывает из-за спины мужчины, и ласково сказал:

— Ты меня укусил, а я даже не рассердился. Чего же ты боишься?

«Кролик» внезапно широко распахнул глаза.

— О чём ты говоришь? Кто тебя кусал? Я не кусал.

У Хуа Мэйнаня от потрясения расширились зрачки. Он уставился на юношу и сквозь зубы произнёс:

— Что ты сказал?!

— Я… Я не знаю. Когда я успел тебя укусить?

Хуа Мэйнань сжал кулаки.

— Не знаешь? Как ты можешь не знать?! Ты укусил меня, когда я прижал тебя к кровати!

— Тьфу! Кто с тобой в постель ложился?! Что тебе снится, извращенец?!

Словно окончательно разозлившись на этого грязного на мысли человека, Сяо Цяньчуань вышел из-за спины Джонсона, задрал голову, выпрямился и возмущённо уставился на него в ответ.

Но большие круглые оленьи глаза, сколько их ни распахивай, не могли никого испугать. Напротив, от этого юноша казался только милее. Джонсон невольно захотел спрятать его обратно за спину и защищать.

— От… Отпусти меня!

Глупая женщина в объятиях Хуа Мэйнаня всё продолжала вырываться. Разозлившись, он уже не мог выяснять отношения с Сяо Цяньчуанем и лишь ещё крепче прижал Цзяоцзяо к себе.

— Ты мне не веришь? Даже ты мне не веришь?! Ха!

http://bllate.org/book/38786/5179148