Готовый перевод Transmigrated Mr. / Учитель поневоле: Наставник из другого мира: Глава 9

Юань Аньпин учил Пандуня и Ли Цзы два дня, и результатом остался доволен. Оба ребёнка оказались смышлёными, соображали быстро. Однако с третьего дня к нему один за другим стали приходить люди, чтобы расс обо всем поподробнее. В разговорах они намекали, что хотели бы отдать своих детей к нему на обучение, и заверяли, что обязательно принесут ему какое-нибудь угощение.

Юань Аньпин отвадил всех поодиночке. Видя, как двое мальчишек, принесших ему столько хлопот из-за своего хвастовства, с опаской смотрят на него, он с досадой усмехнулся:

— Ли Цзы, попроси дедушку помочь разнести по деревне весть о том, что я набираю детей обучаться грамоте. Но беру не всех: нужно пройти проверку, и я приму ученика только тогда, когда результат меня устроит. К тому же срок ограничен пятью днями — после пяти дней приводить детей больше не буду.

Он всё тщательно обдумал: с одной стороны, ему действительно было жаль этих ребятишек, с другой — не хотелось портить отношения со всей деревней. В конце концов, раз уж он взял двоих детей, отказывать остальным было бы неудобно.

Ли Цзы радостно вскочил:

— Хорошо, брат Аньпин!

Юань Аньпин махнул рукой, отпуская их:

— Возвращайтесь и не забудьте как следует повторить пройденные иероглифы.

Когда оба ребёнка ушли, Юань Аньпин почувствовал головную боль от предстоящей необходимости обучать ещё больше детей. Он и не думал, что мимолетное желание поучить двоих мальчишек обернется таким исходом. Конечно, если они принесут подарки, он их обязательно примет: во-первых, он всё равно не знал детей тех людей, а во-вторых, вложил свой труд и заслужил вознаграждение.

Ближе к вечеру Юань Гэньшэн постучал в дверь Юань Аньпина, ведя за руку ребёнка лет семи-восьми.

Юань Гэньшэн несколько смущенно спросил:

— Аньпин, я хочу, чтобы ты посмотрел, сможет ли Дахэ учиться у тебя грамоте.

Увидев, что тот пришел с ребенком, Юань Аньпин сразу понял цель визита. К тому же, раз уж он взял чужих детей, отказывать собственному двоюродному брату было бы неприлично. Но он всё же решил сначала устроить небольшую проверку.

Посмотрев на Дахэ, он произнес:

— Я спрашиваю — ты отвечаешь, договорились?

Юань Дахэ выглядел застенчивым. Услышав вопрос Юань Аньпина, он не издал ни звука, лишь кивнул.

Юань Аньпин:

— Сколько тебе лет?

Юань Дахэ глянул на отца, и Юань Гэньшэн тут же подсказал:

— Быстро скажи брату Аньпину, сколько тебе лет.

Опустив голову, Юань Дахэ тихо произнес:

— Мне семь лет.

Юань Аньпин продолжил:

— Ты умеешь считать?

Юань Дахэ кивнул.

Юань Аньпин спросил дальше:

— И до скольки ты умеешь считать?

Юань Дахэ поджал губы и еле слышно ответил:

— Умею до двадцати.

Юань Аньпин посмотрел на него и замолчал. Юань Гэньшэн тревожно уставился на Юань Аньпина, а лицо Дахэ от этой паузы тоже помрачнело в испуге.

Сделав вид, что не замечает их выражения лиц, Юань Аньпин продолжил:

— Мне нужно, чтобы ты громко посчитал от одного до двадцати.

Услышав это, Юань Дахэ заметно занервничал еще сильнее. Но Юань Аньпин не стал его успокаивать: мальчик выглядел робким и замкнутым, и он догадывался, что старший дядя отправил его сюда не просто так, а после долгих раздумий. Старший сын был уже слишком взрослым, второй явно находился в ссоре с ним самим, младший — пожалуй, слишком мал, так что подошел только этот возраст.

На самом деле Юань Аньпин угадал, иначе очередь до Юань Дахэ точно бы не дошла, ведь тот обычно держался слишком тихо.

Заметив, что Юань Гэньшэн нетерпеливо рвется что-то сказать, а Юань Дахэ в страхе сжал кулаки, Юань Аньпин сказал:

— Дядя, молчи. Дахэ, начинай.

Дахэ никогда в жизни не испытывал такого волнения. Он ведь прекрасно умел считать, но в этот момент рот словно онемел, и от отчаяния ему хотелось плакать. Он так хотел учиться грамоте! Безумно хотел. Он знал, что этот шанс достался ему с огромным трудом: если бы второй брат не поссорился с братом Аньпином и не отказался приходить, у него самого вообще не было бы возможности учиться. Он не хотел упускать этот шанс — упусти он его, и он бы возненавидел себя до смерти.

Юань Аньпин наблюдал, как тот тяжело дышит от напряжения. Прошло немало времени — Юань Гэньшэн уже был готов сам толкнуть сына, чтобы тот наконец заговорил, — прежде чем раздался еле слышный, похожий на жужжание комара голос.

Голос Юань Аньпина звучал спокойно:

— Если хочешь учиться здесь, говори громче.

Услышав его слова, Юань Дахэ постепенно повысил голос и под конец уже почти выкрикивал цифры.

Добравшись до двадцати, Юань Дахэ с сияющими глазами уставился на Юань Аньпина. Тот остался вполне доволен, но по-прежнему бесстрастным тоном произнес:

— Сгодится.

Услышав одобрение, Юань Дахэ так обрадовался, что чуть не подпрыгнул, но сдержался, крепко сжав кулаки, а его личико покраснело от напряжения. Отец говорил ему, что все грамотные учителя очень строги к правилам, а уж его двоюродный брат наверняка ценит порядок, так что прыгать нельзя.

Подумав немного, Юань Аньпин спросил:

— У одного стола четыре ножки, сколько всего ножек у двух таких же столов?

Юань Дахэ ответил уже более непринужденным голосом:

— Восемь ножек.

Юань Аньпин:

— А у пяти таких столов сколько всего ножек?

Юань Дахэ ответил быстро:

— Двадцать ножек.

Юань Аньпин улыбнулся и спросил:

— Ты ведь пересчитывал столы, да?

Юань Дахэ удивился, откуда Юань Аньпин узнал об этом, но всё же кивнул.

Тогда Юань Аньпин сказал Юань Гэньшэну:

— Он проявил себя неплохо, пусть приходит ко мне завтра после обеда учить грамоту. Пусть принесет с собой маленький табурет, а вы сделайте ему песочницу. — Затем он описал внешний вид и назначение песочницы. По сути, это был обычный деревянный ящик, наполненный мелким и гладким песком, на котором можно выводить иероглифы деревянной палочкой — на кисти, тушь, бумагу и чернильные камни у них не было денег.

Услышав, что Аньпин согласен взять Дахэ, Юань Гэньшэн поспешно поблагодарил его.

Юань Аньпин поспешил его остановить:

— Дядя, брось эти любезности. И не вздумай носить сюда всякие подарки, как остальные, я за последние дни раздобыл много муки, в еде не нуждаюсь.

Юань Гэньшэн смутился:

— Разве так можно? Дахэ будет учиться у тебя грамоте, не отблагодарить тебя — нехорошо.

Поразмыслив, Юань Аньпин сказал:

— Мы же все родственники, к чему эти церемонии. Давай так: если кто-нибудь спросит, скажешь, что принес. Договорились? — Затем он повернулся к Юань Дахэ: — Запомни, с этих пор учись грамоте усердно и всерьёз.

Юань Дахэ кивнул:

— Запомнил.

Проводив отца и сына Юань, Юань Аньпин закрыл ворота, наскоро перекусил, и вскоре совсем стемнело. В доме не было ламп, а жечь костер ради света — слишком большой расход дров, так что он просто залез под одеяло. В мыслях он крутил планы: как учить этих детей и как бы выведать у них хоть какие-то познания об устройстве этого мира.

Проснувшись на следующее утро, умывшись и почистив зубы, он открыл дверь главной комнаты, и ему в лицо пахнуло холодом. Взглянув на крышу, он увидел свисающие сосульки — острые, похожие на ледяные конусы. В детстве он тоже любил сбивать сосульки, чтобы сосать их вместо фруктового льда. Подумав об этом, он вытащил табуретку под свес крыши и, держа в одной руке палку, а в другой таз, одну за другой сбил ледяные сосульки, бросив их в кадку с водой, чтобы они постепенно растаяли.

День выдался пасмурным и холодным, вовсю завывал ветер, так что проводить занятия во дворе было явно нельзя. Выйдя за порог, он нашел несколько кусочков желтой глины вместо мелка, а за утренней трапезой обжёг несколько тонких деревянных палочек, превратив их в угольки, которыми можно было писать черные буквы по глиняной стене. Поэтому он заранее вывел сегодняшние пять иероглифов прямо на стене горницы.

Из-за того, что он встал очень поздно, время пролетело незаметно, и вот уже снова наступил полдень — время обеда. Выпив немного полезной для желудка пшенной каши, он больше ничего не ел: из-за позднего завтрака аппетита совсем не было.

Вскоре после обеда один за другим подтянулись и трое детей. В комнате горел очаг, так что они быстро согрелись.

Юань Аньпин объявил Пандуню и Ли Цзы:

— Это ваш новый одноклассник, Юань Дахэ. Давайте поприветствуем его аплодисментами.

Юань Сяопан и Ли Цзы дружно и жарко зааплодировали. Юань Дахэ выглядел счастливым, а его лицо раскраснелось до предела.

Махнув рукой, чтобы они прекратили, Юань Аньпин посмотрел на Юань Дахэ:

— Ну же, Дахэ, представься.

Юань Дахэ растерялся:

— А что такое самопредставление?

Юань Аньпин:

— Пандунь, объясни ему, что значит представиться.

Пандунь тут же вскочил, вытянулся в струнку и с предельно серьезным выражением лица выпалил:

— Самопредставление — это когда рассказываешь что-то о себе. Например, сколько тебе лет, что у тебя получается лучше всего — брат Аньпин называет это сильными сторонами. Еще можно назвать достоинства, то есть в чем ты хорош, например: умный, трудолюбивый, прилежный в учебе, и так далее, и так далее. Можно рассказать о своей семье. В общем, это слова, которые помогают другим узнать тебя получше.

Немного подумав, Юань Дахэ тоже поднялся, подражая Пандуню. Заметив, что все смотрят прямо на него, он снова занервничал:

— Я... меня зовут Юань Дахэ, мне, мне семь лет. Мне кажется, у меня нет каких-то особых талантов, но я обязательно буду стараться в учебе и стану очень трудолюбивым. Моя семья... ну, у меня есть папа, мама, два старших брата и младший брат, а еще есть старшая сестра. Мой старший брат — очень хороший человек, сестра тоже хорошая, красивая и работящая. Мой второй брат... — упомянув второго брата, Юань Дахэ украдкой глянул на Юань Аньпина и, заметив, что тот не сердится, с облегчением выдохнул, — у моего второго брата характер не из легких, но он не плохой человек. — Ему хотелось замолвить за брата словечко: — Еще у меня есть младший брат, ему скоро исполнится пять, он... он большой баловник, все его любят. Мои родители очень много трудятся, они думают только о том, чтобы мы были сыты. Я думаю о том, что когда выучу грамоту и вырасту, то смогу зарабатывать больше денег, и им не придется так тяжело работать.

Когда он закончил, все трое дружно захлопали, выражая одобрение. Затем Юань Аньпин сказал Ли Цзы и Пандуню:

— Поскольку Дахэ новенький, проверку уроков мы отложим на потом. Сначала займемся новыми иероглифами. — И обратился к Юань Дахэ: — Ты пришел поздно и прошлые иероглифы не учил, но заново я объяснять их не буду — Ли Цзы и Пандунь помогут тебе освоить то, что они уже прошли. Тебе придется приложить побольше усилий. — Он перевел взгляд на Ли Цзы: — Надеюсь, мне не нужно снова напоминать тебе, что одноклассники должны помогать друг другу?

Ли Цзы скривил губы, но возражать не стал.

Объяснив пять новых иероглифов, Юань Аньпин научил Юань Дахэ писать его собственное имя. После этого он велел Юань Дахэ заниматься самостоятельно, а сам принялся проверять уроки Пандуня и Ли Цзы. Сначала они по памяти записали все ранее пройденные иероглифы, а затем стали называть числа. На данный момент оба уже выучили двадцать пять иероглифов и умели считать до ста, что было просто великолепно.

Сидевший в стороне и занимавшийся сам по себе Юань Дахэ слушал, как те свободно считают до таких больших чисел и знают столько иероглифов, и в его сердце бушевали зависть и светлая надежда.

http://bllate.org/book/38759/4880349