Готовый перевод The Fox of Qiu Mountain / Лисий след: Когда брат поднимает меч: Глава 2

Он только что очнулся, его уровень культивации сильно упал, в руках не было ни оружия, ни гроша за душой. Если действовать опрометчиво, пожалуй, не удастся даже спасти собственную жизнь, а уж если по несчастливой случайности столкнуться с могущественным мастером — станет ещё хуже. Но…

— Спасите! Помогите же — помогите! — снова раздался молодой голос.

Следом за этим деревья в юго-западной части леса затрепетали и закачались, словно хаос приближался как раз туда, где находился Юнь Чжи.

Что ж, нет худа без добра, а от беды не уйдёшь.

В этот момент уже не стоило беспокоиться о том, поймёт ли кто-нибудь, что он бежит голышом.

Спасение людей превыше всего.

Юнь Чжи обломил низко свисавшую рядом ветку, в два счёта оборвал с неё листья, усилием ладони заострил один кончик, кое-как смастерив подобие оружия, и пустил в ход легкоатлетическую технику. Ступив кончиками пальцев ног на землю, он, словно кот, взмыл вверх и очутился на верхушке дерева, напряжённо вглядываясь вдаль.

Эта беспорядочная масса двигалась очень быстро, и всего через несколько дыханий оказалась перед глазами Юнь Чжи.

Вглядевшись повнимательнее, он увидел четырёх бегущих изо всех сил и охваченных паникой подростков примерно одного возраста. Трое парней и одна девушка, все в цветущем возрасте тринадцати-четырёх лет.

Один из юношей продолжал нестись во весь опор и при этом вовсю орал, повторяя:

— Спасите-е-е!

Другой парень, бежавший впереди всех, рассвирепел:

— Чего ты орёшь как оглашенный! В этой глухомани скорее призраки водятся!

А девушка и вовсе разъярилась настолько, что даже на ходу отвесила переднему подзатыльник и возмущённо бросила:

— Сами во всём виноваты! Приспичило вам геройствовать и лезть сюда ради охоты на демонов, и вот теперь доигрались!

Замыкавший шествие юноша скривился в горькой гримасе, потёр со лба пот и с трудом выдавил:

— Ладно-ладно, хватит спорить, лучше придумайте, как от него оторваться!

Юнь Чжи успокоился и, перестав приглядываться к этим четверым детям, перевёл взгляд на преследовавшую их по пятам тварь.

Когда в своей «прошлой жизни» он был демоном, его можно было назвать властелином целой стороны, настоящим королем среди демонов, повидавшим не одну сотню различных чудищ. Поэтому хватило одного беглого взгляда, чтобы понять, что за создание бежит позади.

Этот зверь звался Чжэнкуй.

Согласно древним записям, Чжэнкуй был свирепым зверем, порожденным союзом двух чудовищ — чжэна и нина, хотя так ли это на самом деле, проверить было уже невозможно. Всё его тело было багрово-красным, словно у горного леопарда, на лбу красовался рог, а три длинных хвоста походили на пушистые и жёсткие хлысты, которые при бешеном беге ровно и устойчиво развевались позади. Чжэнкуй не считался редкостью в мире диковинных зверей, и его изредка можно было встретить в местах, богатых духовной энергией. Так что нет ничего удивительного, что эти дети столкнулись с ним.

Вот только оставалось неясным, что такого натворили эти четверо, раз довели зверя до белого каления, заставив преследовать их по пятам и то и дело издавать рёв, похожий на звон металла о камни. Ловкое тело твари металось из стороны в сторону среди деревьев, поднимая вихри яростного ветра и заставляя листву шуршать — казалось, она вот-вот настигнет беглецов.

Парнишка, бежавший позади, оглянулся через плечо, покрывшись смесью холодного и горячего пота, и дрожащим голосом произнес:

— Оно всё ближе и ближе к нам. Я уже вижу его зубы…

Хотя парень впереди тоже обливался потом, он всё ещё храбрился:

— Чего боятся! Какая-то тварь всего лишь! Я только что запустил сигнальную ракету, мой отец скоро будет здесь.

Девушка насмешливо бросила:

— Боюсь, дядя не успеет подойти, как оно нас уже сожрёт!

Едва она договорила, как Чжэнкуй резко сменил направление, оттолкнувшись задними лапами с такой силой, что ствол дерева треснул. Словно выпущенная из лука стрела, он на полной скорости выскочил из промежутка между двумя близко стоящими деревьями, разинул пасть и набросился прямо на них.

Четверо не успели среагировать и были вынуждены резко затормозить, разделившись на две пары и кубарем скатившись в стороны.

Огромное тело Чжэнкуя пронеслось между ними, а поднятый им порыв ветра сбил всех четверых с ног. Они попадали плашмя, раскинув руки и ноги, вверх тормашками.

Девушка сорванным голосом завопила:

— Быстро пусти в ход меч своего отца!

Сквернословивший парень со звериным выражением лица, перепачканный в грязи, перекувырнулся, вскочил на ноги и с резким звуком «цзэн» выхватил из-за спины длинный меч с ослепительным серебряным сиянием, бросаясь прямо на Чжэнкуя.

Неизвестно, каким сокровищем был этот меч, но в его рукоять была инкрустирована сияющая, подобно драгоценному камню, багровая духовная жемчужина. Стоило мечу приблизиться, как Чжэнкуй испуганно отпрянул назад.

Оба юноши поднялись с земли и принялись хлопать в ладоши со словами:

— И впрямь божественное оружие! Даже монстр его боится!

Следивший за ними с дерева Юнь Чжи аж глаза вытаращил.

Да это же была его собственная Внутренняя Дань!

Неудивительно, что стоило ему приблизиться к этой компании, как его внутренняя сила взволнованно забурлила — он почувствовал присутствие еще одного осколка Внутренней Дань.

Пока он размышлял об этом, Чжэнкуй развернулся, склонил голову набок и принялся кружить на месте, словно решая, как расправиться с этой кучкой трусливых малолеток, которые только и умели, что хорохориться.

Вооружившись мечом, юноша указал на него кончиком клинка и слегка дрожал — отчасти от напряжения, а отчасти из-за того, что меч оказался на редкость тяжёлым. В конце концов, он был ещё мал, сил не хватало, и от долгого держания оружия руки и плечи начали ныть.

Чжэнкуй, видимо, понял, что тот лишь напускает на себя грозный вид, и испустил громкий рёв, от которого у ребят забурлила кровь в жилах. Они поспешно схватились за головы и, обнажив собственные мечи, настороженно замерли в боевой готовности.

Один из длинных хвостов, быстрый как молния, словно хлыст или дубина, с ууукающим свистом со звуком «хлоп» хлестнул юношу!

Парень тут же взмахнул мечом для защиты, но не успел он отразить удар, как второй хвост атаковал с совершенно другого направления!

Издав яростный рев, Чжэнкуй бросился на юношу спереди, пытаясь разорвать его зубами.

Пот градом катился с лица парня, и впервые за всю свою короткую жизнь он испытал гнетущее чувство: «моя песенка спета». Он лишь беспорядочно рубил мечом наугад в какую-то сторону, зажмурив глаза и не смея их открыть.

— А-а! — завопили сзади остальные подростки, сбившись в испуганную кучу.

Плюх!

Словно хлынул ливень, брызги багровой крови густо окропили лицо юноши.

Он резко распахнул глаза.

Всё его лицо было залито алой кровью.

Парень торопливо взмахнул рукой, стирая кровь с лица.

Перед ним стоял высокий, но невзрачный мужчина в простой одежде и с улыбкой восседал на спине… на спине монстра, держа в руке какую-то ветку?!

На шее Чжэнкуя зияла маленькая дыра, из которой тонким ручейком хлестала алая кровь.

Получив такой удар, Чжэнкуй рассвирепел окончательно. Он резко обернулся и начал отчаянно извиваться, пытаясь сбросить Юнь Чжи. Три хвоста, подобные гибким мечам, взметнулись одновременно и вонзились в Юнь Чжи.

Юнь Чжи взмахнул рукой, его ветка столкнулась с хвостами Чжэнкуя, и деревяшка с треском переломилась.

Юнь Чжи цокнул языком, перекувыркнулся назад и увернулся.

Будь он в прежней форме, он бы и в грош не ставил эту тварь, но, увы, нынешние времена не сравнить с прошлыми, с лёгким чувством грусти подумал Юнь Чжи.

— Эй, парень, отдай мне свой меч! — крикнул Юнь Чжи.

— Ни за что, — машинально покачал головой юноша.

— Отдай ты ему, иначе мы все тут погибнем! — в панике закричал тот самый парнишка, который только что звал на помощь.

Юноша стиснул зубы и, приняв волевое решение, швырнул меч Юнь Чжи.

Едва оружие оказалось в руке, Юнь Чжи с первого же взгляда безошибочно определил происхождение этого парня.

Однако сейчас нельзя было терять ни секунды: Чжэнкуй промахнулся, кровь ручьем заливала землю, и разъяренный зверь снова бросился на Юнь Чжи, разинув кровавую пасть, с которой капала слюна.

Юнь Чжи вскинул длинный меч, клинок послушно откликнулся на зов воли, впитав внутреннюю силу, и всё лезвие озарилось ослепительным белым светом, словно россыпь звёзд.

Чжэнкуй двигался быстро, но Юнь Чжи был ещё быстрее. Метнувшись в сторону с грациозностью летящей птицы, он в тот самый миг нанёс обратный удар за спину, и весь клинок по самую рукоять вошёл в тело Чжэнкуя.

Не задерживаясь ни на мгновение, он резким движением выдернул меч, и брызнувшая кровь рассыпалась искрами, словно небесные цветы, бросаемые богинями.

Словно легкая и стремительная птица, Юнь Чжи порхал вверх и вниз по телу Чжэнкуя, и каждое место, куда он ступал, оставляло после себя кровавую дыру.

После пятой сквозной раны Чжэнкуй жалобно взвыл, шаги его замедлились, и наконец с грохотом он рухнул на землю, испустив дух.

«В следующей жизни перерождайся человеком», — вздохнул про себя Юнь Чжи.

Он легко опустился рядом с головой Чжэнкуя, ударил ладонью сверху, и кости зверя мгновенно словно лишились опоры, глубоко провалившись внутрь. На ладони Юнь Чжи осталась лежать сияющая всеми цветами радуги гладкая жемчужина.

Это был эликсир демона, который могли взрастить лишь прожившие немало лет монстры; внешне он очень напоминал Внутреннее Дань практиков.

Юнь Чжи поднял длинный меч и принялся внимательно его разглядывать.

Серебряное сияние источало холод, оружие приятно холодило руку и было настолько острым, что от одного взгляда на него резало глаза.

Он никогда, даже умерев, не забудет этот меч —

Именно этим клинком в тот роковой день была разрублена реликвия его матери, Меч Цюшуй.

— Эй! Верни мой меч!

Не успело сердце успокоиться, как откуда-то сбоку протянулась рука и грубо выхватила оружие, словно обладатель боялся, что Юнь Чжи воспользуется им и не вернёт.

Юнь Чжи с невозмутимым видом окинул взглядом четырёх подростков.

Парень с мечом и девушка явно происходили из одного клана и одной школы. Оба были одеты в алые одежды, украшенные парчой и золотыми коронами, на поясах покачивались нефритовые цилини, а подолы платьев и юбок были вышиты золотыми нитями с узорами плывущих облаков, легких и свободных. У обоих внешние уголки глаз были чуть приподняты, черты лица — словно с картины, а когда они смотрели на людей, их подбородки слегка приподнимались; стоило им даже просто стоять неподвижно, как от них исходила аура горделивого изящества.

Два других юноши, хоть и не были близнецами, обладали схожей на пять десятей изящной и благородной красотой. По сравнению с теми двумя в алых одеждах, эти двое выглядели куда более сдержанно. На них были лишь чёрные одеяния, бамбуковые шпильки скрепляли волосы, а пряди были причёсаны аккуратно до последнего волоска — даже после погони и бегства на них не было ни малейшего следа беспорядка. На подолах темнели скрытые узоры из цветов гибискуса — грациозные, изящные и многослойные.

Все четверо стояли рядом друг с другом, и хотя выглядели растрёпанными, от них веяло бурной энергией юности, свежестью и ясностью. Словно четверо бессмертных небожителей сошли на землю, заставляя забыть о мирской суете.

Младшее поколение клана Юнь и клана Ли; судя по манерам, из прямых ветвей.

Путь самосовершенствования имеет множество путей и методов. Великое Дао необъятно, тропинок не счесть, все законы ведут к познанию сокровенного, а приводят к одному итогу. Клан Юнь и клан Ли являлись бесспорными лидерами в искусстве владения мечом. Конечно, существовали и другие: например, клан Пу из Шучжуна, специализирующийся на звуковых техниках, клан Ма из Цзиньчжуна — мастера клинков, клан У из Цзяннани, прославившийся искусством талисманов, клан Сунь из Юго-Восточной Цянь — знатоки медицины, клан Юэ — мастера ядов и так далее. Хотя способы постижения Дао у всех различались, каждый был искусен в своем деле и обладал уникальными талантами. Однако именно клан Юнь и клан Ли взрастили наибольшее количество могущественных мастеров, постепенно набравшись сил и превратившись в главные столпы орденов.

В своё время он испил немало горькой чаши из-за этих двух кланов, и кто бы мог подумать, что, прожив вторую жизнь, он снова столкнётся с потомками старых знакомых.

Скрестив руки на груди, Юнь Чжи с улыбкой произнёс:

— Эй, малыш, я ведь спас ваши маленькие жизни. Вместо того чтобы поблагодарить меня, ты смотришь на меня как на вора. Да кому сдалась эта твоя груда железа?

Юноша гневно задрал брови и тут же вспылил:

— Это божественное оружие Цяньцянь, а груда железа — это ты!

Юнь Чжи не стал на него сердиться и продолжил с улыбкой:

— Ах, я понял, ты ведь маленький господин Юнь, верно? Только это вовсе не твой меч, он принадлежит старшим твоему клану, а возможно, ты его вообще украл.

Пойманный с поличным, Маленький господин Юнь в панике попытался отговориться:

— Ничего я не крал, это моё, и рано или поздно оно всё равно станет моим!

Искоса взглянув на Юнь Чжи, он с напускным видом заявил:

— А ты кто такой? Откуда взялся? Из какой школы учитель?

Юнь Чжи мысленно веселился. Молодо-зелено, ничего не боится — как давно никто не смел разговаривать с ним в таком тоне.

http://bllate.org/book/38684/4869803