Готовый перевод The Protagonist Became Obsessed Again / Почему главный герой стал таким одержимым?: Глава 8

Деревянные колесики проехали по дощатому полу, а затем зашуршали по мягкой земле. Заметив боковым зрением, что Вэнь Гу отдалился, Цзин Цы подкатил в кресле-коляске к тому участку земли, который густо заросла Травой Ухэ.

Бледно-золотые лучи солнца то появлялись, то исчезали, растворяясь в воздухе под порывами ветра.

Цзин Цы остановился неподалеку и пристально уставился на эту землю. Пропитанный ароматом лекарств воздух был наполнен Духовной энергией, отчего органы чувств мгновенно расслабились.

Затем он опустил руку, и его кончики пальцев медленно потянулись к стеблю Травы Ухэ.

В тот самый момент, когда он коснулся растения, из его пальцев внезапно вырвался едва уловимый шлейф черного тумана. Трава тут же начала увядать на глазах и мгновенно погибла.

Цзин Цы испуганно отдернул руку.

Это что... проклятие?

Неужели жестокого конца в прошлой жизни было недостаточно для искупления грехов, и он родился заново лишь для того, чтобы продолжить эту порочную жизнь?

Цзин Цы опустил голову, короткие пряди волос упали на глаза, скрывая их, а затем он тихонько усмехнулся.

Значит, даже переродившись, он вернулся в этот предрешенный судьбой возраст — в свои восемьдесят... в свои восемь-то лет... стоп... в свои восемнадцать. Впереди долгий путь, но даже если бы представился шанс начать всё сначала, Цзин Цы чувствовал, что поступил бы точно так же.

Тех проклятых людей он всё равно убил бы.

В самый неподходящий момент в его сознании неожиданно всплыло лицо Вэнь Гу.

И этого человека... тоже нужно убить?

Цзин Цы замер в нерешительности, и в этот самый момент отчетливо почувствовал, как несколько рассеянных потоков Духовной Энергии приближаются к этому месту.

Он машинально выкрикнул: — Кто-то идет!

Но стоило ему обернуться, как Вэнь Гу уже ушел так далеко, что полностью скрылся из виду.

В другом месте.

Вэнь Гу ушел по тропинке довольно далеко и вдруг заметил на отвесной скале высокоранговую Духовную траву, а вокруг нее — пусть и не такие редкие, но тоже кустики целебных трав.

Хотя, если подумать, в нынешнем мире даже эти не слишком редкие травы, пожалуй, днем с огнем не сыщешь.

Просто невероятное везение.

Конечно, не успел он в одну секунду порадоваться своей удаче, как в следующую уже передумал.

Именно в этот момент он вспомнил, что вообще-то пришел сюда разведать, не случилось ли чего странного в горах, а увлекшись травой, совершенно забыл о деле.

В густом лесу двое учеников в одеждах клана Цзин тащили большой мешковине-мешок — неизвестно, что в нем было спрятано. Каждый держался за угол, с трудом пробираясь вглубь леса.

Шедший впереди был учеником Внутренних Врат клана Цзин, подчинявшимся старшему брату Цзин Цы. Его звали Линь Чаошэн. Вэнь Гу уже видел его однажды, когда только переселился сюда. Судя по тому, как тот озирался по сторонам и вытягивал шею, выглядело это так, будто он замышляет недоброе.

Линь Чаошэн отвернулся, высвободил руку и мечом отбросил преграждавшие путь ветки, а затем бросил шедшему позади: — Живей шевелись.

Тот с натугой поднатужился, приподнял мешок повыше и глухо отозвался: — Старший соученик, что внутри? Зачем обязательно тащить это сюда?

Линь Чаошэн обернулся, зыркнул на него и приказал: — Делай что велено, и не задавай лишних вопросов.

Младший соученик буркнул «угу» и продолжил с трудом ковылять вперед. Пройдя еще немного, он снова заговорил: — Старший соученик, как думаешь, Молодой господин еще жив?

Линь Чаошэн: — …

Он с раздражением глянул на спутника, окинул взглядом окрестности и холодно фыркнул: — Откуда мне знать? Наверное, помер уже.

Младший соученик, шагавший до этого вполне ровно, при этих словах внезапно оступился.

Из-за этого спотыкания мешок соскользнул ниже, и лицо этого парня оказалось полностью на виду.

Прятавшийся в засаде Вэнь Гу на мгновение замер, глядя на это лицо. Он никогда раньше не встречал этого человека, но в ту самую секунду, когда увидел его черты, в сердце возникло странное, необъяснимое чувство.

Было такое ощущение... будто они знакомы уже целую вечность.

Линь Чаошэн едва не уронил мешок от резкого движения спутника, но, к счастью, его база культивации была достаточно высока, чтобы удержать ношу. Он обернулся и злобно выругался: — Ты что, не знаешь, что эту вещь нельзя ронять на землю? Сколько раз тебе повторять?

— И надо же было мне так вляпаться, чтобы в напарники достался ты! Бесполезный кусок муходавов!

Заметив, что Линь Чаошэн разозлился, Младший соученик опустил веки, крепче вцепился в мешок и виновато пробормотал: — Старший соученик, я не со зла...

Дойдя до крутого склона, оба остановились.

Линь Чаошэн на ходу сунул меч Младшему соученику, крайне недовольно окинул его взглядом, а затем взвалил на себя большую часть веса мешка.

Горная тропа была извилистой, впереди кругом тянулись подъемы, и то, что он взял на себя почти всю тяжесть в такой момент, явно говорило о том, что он боялся, как бы этот Младший соученик всё не испортил.

От накопившегося раздражения Линь Чаошэн не мог замолчать: — С твоими способностями — даже мешок удержать не можешь — ты, наверное, всю жизнь так и останешься низкоранговым учеником Внешних Врат!

Услышав это, Младший соученик скривил губы и с недовольством возразил: — По крайней мере, я лучше того никчемного ублюдка по фамилии Вэнь.

Линь Чаошэн: — Ты не можешь найти для сравнения кого-нибудь посильнее?

Но Младший соученик остался при своем: — Сравнения с ним вполне достаточно.

Линь Чаошэн холодно усмехнулся: — А по-моему, ты и ему в подметки не годишься.

Младший соученик опешил: — Это в чем же я ему не гожусь!

Линь Чаошэн парировал вопросом: — А в чем ты вообще превосходишь его?

— Я...

Младший соученик долго подбирал слова: — У меня есть духовный корень! А у него нет!

Эти слова заставили Линь Чаошэна усмехнуться, причем улыбка его была весьма двусмысленной: — Но ведь он, по крайней мере, единственный продолжатель рода семьи Вэнь, да к тому же прекрасно знает, как угождать господину. Если бы не та внезапная тяжелая болезнь, он бы уже давным-давно грелся в постели хозяина. А ты?

Господин, о котором они говорили, — это старший брат Цзин Цы, Цзин Цы, он же человек, который измывался над Цзин Цы.

Вэнь Гу с самого начала решил вести уединенную и спокойную жизнь в этих диких горах, подальше от всей этой суеты. Но стоило кому-то случайно забрести сюда, как они обязательно заводили подобные разговоры, отчего становилось жутко тошно.

Впрочем, ладно, Вэнь Гу мог это стерпеть.

А тем временем те двое... стоило разговору зайти в это русло, как Младший соученик умолк.

Линь Чаошэн почувствовал, что ноша на его плечах становится всё тяжелее. Он уже собирался снова отчитать напарника, как вдруг, обернувшись, перевел взгляд из-за спины Младшего соученика как раз в сторону Вэнь Гу.

http://bllate.org/book/38664/4866887