Готовый перевод Meow, a Ghost Messenger Appears / Мяу, призрачный страж: Мой кот — посланник преисподней: Глава 14

Не думайте, что кошачьи лапы опасны только своими острыми когтями. При разумном подходе даже мягкие на ощупь подушечки способны замучить какое-нибудь старое привидение с многодесятилетней выдержкой до такой степени, что оно начнет сомневаться в самом смысле своего посмертного существования.

В данный момент призрачная мышь, подвергавшаяся жесточайшим пыткам кошачьими лапами, была со всех сторон — на триста шестьдесят градусов и без единой мертвой зоны — разминаема, растираема и задавливаема лапами Мао Шисы, из-за чего несчастный умолял о пощаде снова, снова и снова.

— Ква-ква-ква… О господин кот, пощади, помилуй… Кви-кви, я всё скажу, я всё расскажу…

Сверкающие кошачьи глаза слегка прищурились. Прижав лапой бившегося в конвульсиях мышонка, Мао Шисы лениво помахивал из стороны в сторону хвостом, демонстрируя свое полное нетерпение.

— Я слушаю.

Угрожающе выпустив кончики когтей, он легонько ткнул ими в мышиный зад, заставив дрожащего грызуна мгновенно оцепенеть.

Мао Шисы молча слушал жалобное бормотание мыши, и нетерпеливо подергивавшийся кошачий хвост постепенно замер. Очень скоро он полностью восстановил всю предысторию произошедшего.

Более ста лет назад в Хуаго разразился великий голод. Спасаясь от бедствия, беженцы двинулись с севера на юг и, проходя через эти места, как раз увидели стаю летящих по небу белых гусей.

Разве могли обезумевшие от голода беженцы упустить летевшее прямо перед их глазами мясо? Они бросились в погоню за гусиной стаей и в конце концов оказались в уединенном, отрезанном от мира месте у подножия гор и возле самой воды.

Впоследствии беженцы обосновались здесь, и со временем на этом месте возникла небольшая деревушка. Поскольку путь им указали белые гуси, селение назвали Деревней Белого Гуся.

Неизвестно, было ли дело в прекрасных горах и чистых водах, но из года в год сюда прилетали белые гуси, и деревенские жители искренне верили, что эти птицы обладают духовной природой.

Так прошли несколько десятилетий. Деревня жила полной жизнью, процветала, утопая в мире и покое, но в одну дождливую бурная ночь всё это оказалось разрушено до основания.

В дождливую ночь, когда все сельчане крепко спали, Деревня Белого Гуся подверглась поголовному истреблению — за одну ночь были вырезаны все несколько десятков семей.

Поскольку жители погибли во сне, их обида оказалась неглубокой, но зато сплоченной и не рассеивающейся. Злодей же возжелал с помощью темных искусств заточить души сельчан, а затем превратить их мертвые тела в трупов-демонов.

И как раз когда трупы-демоны почти завершили свое создание, над деревней внезапно раздался гусиный крик. Темное искусство разрушилось, и души сельчан пробудились от своего затуманенного кошмарного сна.

Тогда-то все деревенские жители и обнаружили, что превратились в призраков.

В некогда мирной и безмятежной Деревне Белого Гуся с наступлением темноты стали появляться зловещие мертвецы — это были тела самих сельчан, так и не обрекшие покой в земле.

Души деревенских жителей не могли попасть в Подземный мир для перерождения, и в то же время их тела, оскверненные темными чарами, оказались навечно заперты здесь…

— Так что же это в конце концов такое? — Мао Шисы отпустил мышь и ткнул кончиком лапы в пространство перед собой, заметив, как что-то задрожало и зашаталось.

Сначала он подумал, что это защитная формация, но присмотревшись повнимательнее, понял, что никакой это не массив. Его Теневая Табличка находилась внутри, а будь это формация, она никак не смогла бы преградить ему путь снаружи.

— Не знаю.

Маленькая мышь вскочила с земли и помотала головой.

— И как сюда забраться? — Хвост кота с треском ударил о землю, выдавая нарастающую тревогу.

Леденящий мороз, исходивший от Теневой Таблички, ощущался теперь еще отчетливее. По ночам здесь рыскали злобные мертвецы, и его рыба наверняка подвергнется опасности.

Мышонок крутанулся на месте и произвел:

— Когда взойдет солнце, сюда можно будет войти.

— Я хочу войти сейчас.

Дождись он восхода солнца, от его рыбы останутся лишь одни кости. Нет, учитывая, как восхитительно его рыба пахла, возможно, не уцелел бы даже скелет.

При этой мысли внутреннее беспокойство взлетело до небес.

Глядя на крутящегося перед ним грызуна, Мао Шисы понял, что толку от мыши не будет. Кошачьи глаза слегка сузились — придется искать выход самому. Взмахнув длинным хвостом с зацепившимся за кончик серебряным колокольчиком, он издал мелодичный звон и спрятал мышь внутрь Колокольчика Призыва Душ… Раздумывая над возможностью силовой атаки, он вдруг резко замер в процессе легкого покачивания серебряного бубенца, и его хвост взметнулся вверх.

Мао Шисы внезапно осенило: он придумал способ проникнуть внутрь!

Кошачьи усы шевельнулись, рот растянулся в лукавой улыбке, после чего он радостно затряс серебряным колокольчиком на хвосте.

Дзинь-дзинь, цзинь-цзинь…

Мяу-у-у! Смелая рыбка, я иду-у-у!

В темном ночном небе промелькнула яркая серебристая звезда, и ветер донес затихающие перекаты звонких и приятных колокольчиков…

— А-а-а-а!

— Спасите!

— Гусь клюется, скорее сюда!

— У-у-у-у!

Крупный, упитанный Большой Белый Гусь, шумно хлопая огромными крыльями, с устрашающим видом преследовал нескольких человек, гоняя их по всей деревне точно голодный волк, преследующий жалких ягнят.

— В дом! — Му Цзыюй вбежал внутрь.

За всю свою жизнь он еще никогда не чувствовал себя столь жалко…

Сначала сорвалась с крючка и сбежала огромная рыба, которую он с таким трудом пытался поймать, испуганная неожиданно появившимся Большим Белым Гусем. Затем его окатило с ног до головы брызгами воды, которые взбил этот гусь, а напоследок пернатая птица с устрашающим гоготанием загнала их всех в бега по всей деревне.

Когда последний человек вбежал внутрь, Му Цзыюй захлопнул деревянную дверь. Раздался громкий стук, дверь тяжело качнулась… и наконец наступила тишина.

— Боже мой, этот… этот гусь просто ужасен. — Цзи Минчжи тяжело дышала, прижимая руку к груди. Убегая от гуся, она чуть не упала, но к счастью, Ян Ян успел ее поддержать.

Подумав об этом, она повернулась и встретилась взглядом с темными глазами Ян Яна. Сердце ее затрепетало, и она смущенно опустила ресницы, произнеся:

— Спасибо… только что.

Видя ее покрасневшие щеки и опущенный взгляд, Ян Ян слегка улыбнулся уголкам рта и мягко взял ее за руку.

— Чжи-чжи, я хочу тебе кое-что сказать…

— Что? — Цзи Минчжи не стала высвобождать руку, позволяя ему держать себя. От волнения ее ладони слегка вспотели.

Заметив, что остальные не обращают на них внимания, Ян Ян увел Цзи Минчжи в небольшую комнату в глубине дома…

Ни один из них не заметил, что сцену, как они, держась за руки, украдкой скрываются в комнате, полностью наблюдал Му Цзыюй.

Выращенную с пеленок домашнюю капусту вот-вот утащат…

Чжан Жунъань приложил ухо к деревянной панели двери, прислушиваясь добрых полминуты, после чего приоткрыл щель, желая проверить, не ушел ли Большой Белый Гусь.

В этот самый момент он увидел, как прямо у порога, гордо выпятив грудь и с величественным видом, разгуливает Большой Белый Гусь.

Словно почуствовав, что за ним подглядывают, гусь скосил голову и уставился на него круглыми глазками, до смерти перепугав Чжан Жунъаня.

— Черт побери!

— Наши палатки теперь точно испорчены. — Мо Дун тоже протиснулся к дверной щели, чтобы взглянуть на гуся.

— Ничего страшного, этот гусь не может вечно околачиваться снаружи, скоро уйдет, — успокоил Шэнь Хуа.

— Точно! Хе-хе, я впервые в жизни так убегал от гуся по всей деревне, даже забавно, — смеясь, произнес Чжан Аньжун.

Для ребят, выросших в городе, бегство от гусей было совершенно новым и захватывающим опытом.

Глядя на веселящуюся молодежь, Шэнь Хуа почесал затылок и проговорил:

— Как же хорошо быть молодыми.

Убегать от гусей и при этом так радоваться.

Вот она, юность.

Сидевший неподалеку Му Цзыюй услышал слова Шэнь Хуа и медленно повернул к нему голову.

Шэнь Хуа:……

Под таким взглядом Му Цзыюя Шэнь Хуа внезапно вспомнил, что он здесь самый старший, и на мгновение ему захотелось горько заплакать.

— Кстати, а где Ван Сысинь и Чжан Сюйхуай?

Чжан Аньжун вдруг сообразил, что двоих не хватает. Кажется, их не было видно еще с того момента, как все начали ставить палатки и рыбачить.

— Парень и девушка уединились вместе, и ты еще спрашиваешь? — Мо Дун с лукавой усмешкой обнял Чжан Аньжуня за плечи.

— А, понял.

— Почему этот гусь всё еще там? — Юй Минь выглянула на улицу через щель в двери.

— Скоро совсем стемнеет, а я что-то проголодалась.

— Давайте перекусим чем-нибудь. — Приехав сюда, они накупили несколько пакетов снеков. Мо Дун принес с деревянного стола большой пухлый рюкзак и пригласил всех подкрепиться.

— Эй, а где Чжи-чжи и Ян Ян?

— Я помню, они вместе заходили в комнату.

— Не обращайте на них внимания, сначала поедим, — бросил Му Цзыюй, вытаскивая рулет с кремом, и принялся за еду.

— Быстрее ешьте, быстрее!

Пока группа ребят перекусывала, Ян Ян и Цзи Минчжи вышли из комнаты. Оба выглядели так, будто ничего не произошло, однако внимательный взгляд заметил бы, что губы Цзи Минчжи слегка покраснели.

К тому моменту, как они закончили есть, совсем стемнело. В доме не было электрического света, и стоял полумрак.

— Уже темно, и как странно, почему никто не приходит принести нам еду? — Мо Дун нахмурился, в его голосе прозвучало недовольство.

Эту деревенскую усадьбу им порекомендовали знакомые, нахваливая: «Питание и проживание включено, можно ловить дикую речную рыбу, подают разнообразные органические деревенские блюда», да и цена за групповой тур оказалась невероятно дешевой.

Выслушав разговор ребят, Му Цзыюй медленно прожевал кусок во рту, задумчиво произнес:

— Как-то здесь странно.

— Что странного? — Цзи Минчжи заметила, что выражение его лица изменилось, и почему-то почувствовала смутную тревогу.

— Когда мы бегали по всей деревне от гусей, никто так и не вышел.

Если это место специализируется на деревенском туризме, то прибывшие сюда люди — их гости. Ведущим бизнес деревенским жителям не пристало бросать гостей без присмотра и ни во что их не ставить. Однако с тех пор, как староста деревни расселил их по этим домам, местные жители будто испарились.

— И правда.

— Есть еще одна очень странная вещь.

— Что еще тут странного, брат Юй? — Мо Дун тоже подхватил привычку Цзи Минчжи называть Му Цзыюя «братом Юй».

— В любой деревне каждая семья в той или иной степени держит какую-то живность, но в этой деревне, кроме того Большого Белого Гуся, мы не увидели ни кур, ни уток, ни собак…

Стоило ему это произнести, как у всех присутствующих екнуло сердце.

После слов Му Цзыюя те странности, которые они прежде упускали из виду, начали постепенно проясняться.

— Выходит, нас обманули?

— И что нам теперь делать? — На лице Юй Минь проступило беспокойство.

Изначально они планировали приехать на каникулы в деревенскую усадьбу, чтобы отдохнуть и расслабиться перед тяжелой учебой после праздников и подготовкой к экзаменам. И вот тебе на — едва прибыв в первый же день, они обнаружили, что стали жертвами обмана. Ощущения оказались пренеприятнейшими.

— Значит, нам нужно поскорее отсюда убираться? — предложил Мо Дун.

— Уже темно, ходить ночью по горам небезопасно, — не поддержал его Ян Ян.

Му Цзыюй бросил на Ян Яна быстрый взгляд, и в его глазах промелькнуло одобрение: парень не теряет голову в критической ситуации, весьма неплохо.

— Даже если нас обманули, бояться не стоит. Нас много, ночью организуем дежурство, а чуть свет отправимся в путь, — распорядился Му Цзыюй.

— А как же Чжан Сюйхуай и Ван Сысинь?! — воскликнула Юй Минь. Обоих не было на месте.

Раньше они думали, что те уединились по сердечным делам, но теперь, когда выяснилось, что с деревней что-то не так, их исчезновение приобретало зловещий оттенок…

Парень и девушка шли по лесу. Чем дальше они углублялись в чащу, тем ледянее становилась температура вокруг, и тем сильнее нарастало предчувствие беды у Ван Сысинь.

— Чжан Сюйхуай, куда ты меня ведешь? — На ней были туфли на высоких каблуках, и в лесу она то и дело оступалась, чувствуя себя ужасно неудобно.

— Пришли. — Шдший впереди Чжан Сюйхуай остановился. Его голос звучал холодно, напрочь лишенный каких-либо эмоций.

Затем его голова неестественно повернулась на сто восемьдесят градусов, и на мертвенно-бледном лице застыла зловещая улыбка.

— А-а-а!

http://bllate.org/book/38531/4846230

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь