Готовый перевод Who On Earth Bit Me? / Кто укусил меня за загривок?!: Глава 5

Ань Лань с улыбкой качнул головой:

— Ты вчера устроил такой переполох, а сегодня как ни в чём не бывало ходишь и вынюхиваешь? Так нравится мой запах? У самого ведь отличный аромат сладкого османтуса.

— Да это у меня просто супрессор просрочился. Я же говорил маме, чтобы не закупала столько на распродаже «Дабл Илевен»... Не успеваешь израсходовать, и всё выдыхается... — Цяо Чуло вдруг замер, прищурился и в упор уставился на Ань Ланя: — Погоди... а кто тебе сказал, как пахнут мои феромоны?

— Сам почувствовал.

Ань Лань не собирался трезвонить направо и налево о том, что у него, похоже, началось дифференцирование в альфу, но Цяо Чуло был его лучшим другом, и утаивать от него правду не хотелось.

Глаза Цяо Чуло моментально вспыхнули, и он едва слышно прошептал:

— Да ну... Ты... Так вот почему...

— «Почему» что? — Поняв, что приятель окончательно ушёл в разговоры, Ань Лань наклонился к его рюкзаку и выудил оттуда тетрадь со словарём.

— Ты же за последнее время вымахал ого-го как! На штанины свои посмотри!

Ань Лань опустил взгляд и только сейчас заметил, что брюки действительно стали коротковаты — из-под них явно выглядывали щиколотки.

— Рядом с тобой так спокойно. И вообще... ты покрасивел, — Цяо Чуло дурашливо склонил голову и прижался плечом к плечу друга.

— Скажешь тоже, — Ань Лань усмехнулся: он отлично знал, что Цяо Чуло просто паясничает и никаких особых мыслей у него нет.

— Серьёзно говорю! Вон, глянь на Сун Юйвэнь во втором ряду. С тех пор как ты вошёл в класс, она обернулась на тебя минимум раза три.

— Да брось.

Ань Лань бросил взгляд на Сун Юйвэнь — девушка усердно зубрила слова и ни на кого не отвлекалась.

— А Се Сяофан из пятого ряда? Каждый раз делает вид, будто оборачивается что-то одолжить у сидящих сзади, а сама так и косится в твою сторону! — Цяо Чуло гордо сиял, будто удачно вложился в перспективные акции.

— Ты пересмотрел мыльных опер?

— А Цзян Ини, через три парты справа от тебя, специально наклонялась вперёд, чтобы на тебя поглазеть!

Ань Лань только вздохнул:

— Цяо Чуло, если бы ты сам на них не глазел, откуда бы узнал, куда они смотрят? Ты же у нас вроде только по парням сохнешь, когда это тебя на девчонок потянуло?

Цяо Чуло, уже собравшийся подробнее разобрать психологию одноклассниц, внезапно нахмурился. Он медленно отстранился от Ань Ланя, опустил голову и мёртвой хваткой вцепился в край стола. Лицо его стремительно бледнело.

— Эй... Ты чего? Опять с супрессором что-то не так? — заметив неладное, Ань Лань тут же ринулся шарить в его рюкзаке.

— Не... дело не в нём...

Плечи Цяо Чуло крупно дрожали. Словно под тяжестью невидимого, давящего пресса, он бессильно уткнулся грудью в столешницу.

— Что с тобой происходит?! — Ань Лань порывался встать и позвать учителя, но Цяо Чуло мёртвой хваткой впился ему в руку.

— Не надо... погоди... сейчас пройдёт... — Цяо Чуло тяжело сглатывал, судорожно ловя воздух сжавшимися от дрожи зубами.

Ань Лань сгорал от беспокойства, не ведая, чем помочь другу.

Спустя мгновения, казавшиеся вечностью, Цяо Чуло судорожно выдохнул и медленно выпрямился, покрывшись липким холодным потом.

В класс как раз вошла учительница английского и поднялась на кафедру.

— Говори толком, что случилось! — понизив голос, настойчиво шепнул Ань Лань. — Если плохо, нужно сказать учителю.

Цяо Чуло уткнулся взглядом в поставленную на попа тетрадь со словами и тихо ответил:

— Кто-то из альф выпустил феромоны...

— Да ну, бред. Если бы кто-то пустил феромоны, остальные альфы тут же отреагировали бы. — Ань Лань косиком взглянул на задние ряды: тамошние высоченные «старые А» сидели с совершенно невозмутимым видом.

— Этот альфа давит именно на меня, — Цяо Чуло прикусил нижнюю губу, в его голосе проскользнул испуг. — Направленное подавление и провокация... На такое способны только высшие альфы.

Ань Лань опешил. Высших альф в их классе было всего трое.

Староста Сюй Синрань... Ань Лань перевёл взгляд на него.

Сюй Синрань смотрел на доску, небрежно зачёсывая пальцами чёлку назад. Высокие надбровные дуги и прямая линия переносицы придавали его облику строгую холодность. Впрочем, благодаря длинным пушистым ресницам и мягкому разрезу глаз эта резкость сглаживалась.

Сюй Синрань обладал редким даром гармонично сочетать властную силу альфы с привлекательной, обходительной мягкостью.

Словно ощутив чужой взгляд, староста оторвался от словаря и мягко улыбнулся Ань Ланю. Улыбка вышла настолько естественной, что взгляд Ань Ланя невольно проследил за изгибом его губ.

Заметив состояние Цяо Чуло, Сюй Синрань одними губами спросил: «С ним всё в порядке?»

Ань Лань качнул головой и улыбнулся в ответ.

Высшим альфой, давившим на Цяо Чуло, едва ли был Сюй Синрань. Воспитание ни за что не позволило бы ему размахивать феромонами перед одноклассником-омегой.

Ань Лань обернулся к последнему ряду, где восседал Сяо Чэнь. Тот привычно завалился дрыхнуть прямо на стол: лица видно не было, но плечи казались широкими и крепкими, рукава сгрудились у щеки, обнажая поджарые, мускулистые предплечья.

Даже просто свернувшись на парте, этот парень умудрялся излучать угрожающую мощь.

Неужели это он кошмарил Цяо Чуло?

Да Сяо Чэнь половину одноклассников в лицо не знал! Разве что ему приснилось, будто Цяо Чуло его чем-то обидел, и он выплеснул феромоны во сне?

Бред какой-то.

Оставался последний высший альфа. Ань Лань скосил глаза в сторону окон.

Гу Лиюй сидел на третьем ряду с конца. Солнечный свет ещё не добрался до подоконника, и Гу Лиюй, подперев подбородок рукой и опустив глаза на разложенную книгу, тонул в мягких полутенях. Выглядел он таинственно и отчуждённо.

Помимо ярко выраженной альфийской выправки, черты его лица отличались редкой утончённостью — с этого ракурса в них чудилось даже некое изящное благородство.

Ань Лань сглотнул. В этот момент Гу Лиюй как раз перевернул страницу. Лёгкий ветерок шевельнул его длинные ресницы и пряди на лбу. Испугавшись, что его застукают за разглядыванием, Ань Лань спешно отвернулся.

«Я что, совсем сдурел? Мне правда показался красивым Гу Лиюй?»

Приведя мысли в порядок, Ань Лань попытался найти объяснение: при всей резкой скульптурности черт у Гу Лиюя были удивительно выразительные, удлинённые глаза с чуть приподнятыми уголками. Если бы он умел улыбаться, они превратились бы в настоящие глаза-персики.

Ань Лань снова резко обернулся к Сяо Чэню. Тот всё так же дрых, положив длинные пальцы на противоположное плечо, а кончики волос спутались у самого уха. Выглядел он почти... мило?

Какое ещё «мило», Ань Лань, опомнись!

И надо же было такому случиться: именно в эту секунду Сяо Чэнь повернул голову. Намёка на сонливость в его взгляде не было — он воззрился на Ань Ланя со всей силой тяжёлого, давящего внимания.

От неожиданности Ань Лань чуть не подпрыгнул на стуле.

Сяо Чэнь коротко стукнул пальцем по парте. Прочие вряд ли обратили бы внимание, но для Ань Ланя этот звук прозвучал подобно громовому удару.

Ань Лань судорожно отвернулся, делая вид, будто разглядывал вовсе не Сяо Чэня, а старосту. Однако Сюй Синрань, подперев подбородок, наблюдал за ним с лукавым любопытством, явственно наслаждаясь тем, как Ань Лань тайком суёт нос в дела главных альф класса.

Ань Лань уставился в парту. Подождав, пока староста отвернётся, он решил сделать последнюю попытку и взглянуть на Гу Лиюя.

Гу Лиюй всё так же сидел, наклонив голову, и крутил ручку в пальцах.

Ань Лань невольно засмотрелся. Гомон раздававшихся вокруг голосов, шелест перелистываемых страниц, пестрящие сине-белые школьные формы — всё моментально отхлынуло, затерявшись в ином измерении.

Обострённое восприятие Ань Ланя словно приковало к строгой фигуре одноклассника. Чёткие линии надбровных дуг и переносицы Гу Лиюя рождали ассоциации со строгим, не ведающим страстей оружием, но сжатые в тонкую черту губы, казалось, готовы были вот-вот исторгнуть изливающуюся нежностью поэзию. Ань Лань отродясь не встречал подобного сочетания: внешне ледяной и непреклонный, он одновременно словно с затаённой кротостью смотрел на весь окружающий мир.

Ань Лань судорожно перевёл дыхание и окончательно выпрямился.

Неужели Цяо Чуло задавил феромонами именно Гу Лиюй?

Не сдержавшись, Ань Лань снова бросил быстрый взгляд назад: Гу Лиюй по-прежнему смотрел в книгу, со стороны казавшись одинаково равнодушным как к Цяо Чуло, так и к нему самому.

Спустя пару секунд Ань Лань опять украдкой глянул на Сяо Чэня. Тот всё так же неподвижно спал.

Тем временем учительница английского вызвала учеников к доске для словарного диктанта, и весь класс дружно затаил дыхание.

— Ань Лань... Ань Лань... — Цяо Чуло ткнул его локтем.

— Чего тебе? — прошептал тот.

— Англичанка зовёт тебя к доске.

Ань Лань ошарашенно поднялся с места.

«Вот же блин! Вчера на математике вытащили, сегодня на английском... Что за непруха такая, мне что, в храм сходить, злых духов отмолить?»

Когда Ань Лань вышел к доске, учительница с улыбкой посмотрела на класс:

— Кто ещё хочет выйти к доске?

Ученики мгновенно уткнулись в парты, с усердием изображая зубрёжку.

Ань Лань с надеждой глянул на Цяо Чуло: этот жук отлично знал английский, так почему не спешит разделить мучения с другом?

Однако Цяо Чуло даже взгляда в его сторону не бросил, наглядно подтверждая поговорку: «Друзья-товарищи до первой беды, а чума придёт — каждый сам за себя».

Ань Лань окинул взглядом аудиторию: кроме представителя класса по английскому языку в толстых очках, прямо на доску отважно смотрел разве что староста Сюй Синрань.

Поймав умоляющий взгляд Ань Ланя, Сюй Синрань снисходительно улыбнулся и уже занёс руку, как вдруг учительница произнесла:

— Гу Лиюй, выходи ты. У тебя почерк самый красивый.

Ань Лань чуть не взмолился.

Стоять у доски бок о бок с эдаким титаном... Ань Лань на собственной шкуре ощутил правдивость поговорки: «Чем выше вершина, тем холоднее ветры!»

Гу Лиюй закрыл книгу и поднялся к кафедре.

Будь на его месте Сюй Синрань, весь класс давно бы затаил дыхание, любуясь старостой. Даже на задиру Сяо Чэня ребята осмеливались бросать боязливые взгляды.

Но перед Гу Лиюем школьники мгновенно клонили головы, словно подданные перед императором, и никто не дерзал поднять очи.

Ань Лань торопливо уткнулся лицом в доску.

Эх... Стоя рядом с Гу Лиюем, он даже взгляда в его сторону бросить не смел.

Гу Лиюй взял тряпку. Благодаря длинным рукам ему хватило пары небрежных взмахов, чтобы полностью очистить половину доски.

Ань Лань же забился в самый край с противоположной стороны, держась от Гу Лиюя на максимальном удалении.

Пока он пытался взять себя в руки, прямо перед его носом возникла тряпка.

— А? — Ань Лань повернул голову и уткнулся взглядом в подтянутую шею Гу Лиюя с чётко очерченным кадыком.

Не дождавшись от него реакции, Гу Лиюй сам сжал тряпку и смахнул математические формулы, оставшиеся со вчерашнего последнего урока прямо перед Ань Ланем.

Лишь когда Гу Лиюй отвёл руку, до Ань Ланя дошло: тот только что стёр за него с доски!

Гу Лиюй, который почти ни с кем из одноклассников не общался, пришёл ему на помощь?

— Некоторые слова то и дело попадаются в сочинениях! Сколько вам ни повторяй — вы не слушаете, слушаете — не запоминаете, а если запоминаете, то с ошибками! Прямо не знаю, что с вами делать! Первое слово — consume!

Ань Лань слова учить не любил, но благодаря правилам чтения мог сносно записать большинство из них на слух.

— Второе слово — insignificant!

Ань Лань вывел и его по буквам, хотя смутно представлял значение.

Проведя таким образом диктант на десяток слов, учительница наконец смилостивилась:

— Отлично, кладите мелки и возвращайтесь на места.

Ань Лань уже собрался отступить к парте, как вдруг заметил досадную ошибку в слове «appreciate»: вместо буквы «c» он нацарапал «s»!

Ведь знал же слово, как обидно глупо оплошать!

Вот только он уже сошёл с помоста, а учительница перекрыла путь назад.

Проходя мимо записи Ань Ланя, Гу Лиюй на секунду задержался.

На глазах у опешившего Ань Ланя он небрежно поднял брошенный мелок, точным движением длинного пальца смахнул ошибочную «s» и лёгким поворотом кисти исправил её на «c»!

Ань Лань так и застыл столбняком, а Гу Лиюй, будто ничего не случилось, проследовал мимо него обратно к своему месту.

http://bllate.org/book/38426/5012802