Готовый перевод The Worker, But a Charmer [Quick Transmigration] / Трудоголик поневоле: Сердцеед в мирах с подвохом: Глава 4

Его глаза загорелись, а уголки губ невольно поползли вверх:

— Ты тот самый знаменитый Цзи Юй? Я видел тебя в одном развлекательном шоу, я вроде твой фанат...

Взгляд юноши упал на сидевшего в инвалидном кресле Юй Хуайцина, и он тут же умолк, однако на его лице всё еще читалось сильное волнение.

Услышав слова собеседника, Цзи Юй слегка приподнял уголки губ, а его изогнутые брови и глаза выразили мягкую улыбку:

— Да, это я.

Он и не думал, что среди окружения Юй Хуайцина окажется его поклонник, так подобраться к Юй Хуайцину станет ещё проще.

Цзи Юй посмотрел на Юй Хуайцина, мысленно обдумывая свой следующий шаг.

Юй Хуайцинь, казалось, наконец заметил устремленный на него взгляд Цзи Юя и тоже поднял голову. Хотя его глаза были спокойны, как застоявшаяся вода в древнем колодце, Цзи Юй всё же уловил в них оценивающий оттенок.

Брат Линь же, опомнившись от слов клыкастого юноши, торопливо опустился на колени и заговорил:

— Господин Юй, мы пришли к вам с нижайшей просьбой...

После того как он упал в воду в тот день на съемках развлекательного шоу, он стал говорить, что постоянно видит призраков. Мы обращались к другим мастерам, но от этого не было никакой пользы, а пару раз Цзи Юй и вовсе чуть не погиб...

В комнате уже царила мертвая тишина, А Сян и А Янь хранили молчание.

Голос Брата Линя продолжал звучать. К его великому облегчению, до сих пор Юй Хуайцин и не думал его перебивать, позволяя высказаться до конца:

— Мы скупили чуть ли не все Талисман и магический артефакт, обошли уже нескольких мастеров, но всё без толку. Они лишь говорят, что у него легкая судьба, притягивающая духов, однако у других людей с легкой судьбой всё не так серьезно...

Он подробно пересказал всю предысторию от начала и до конца, а затем повернулся, взял Цзи Юя за руку и с удрученным видом произвел:

— Только что он снова упал в обморок.

Цзи Юй по-прежнему полулежал на диване, слегка кивая, словно поддакивая словам Брата Линя. В его взгляде читался переливчатый блеск, а бледный и болезненный вид придавал ему нечто жалобное и трогательное.

Его голос еще не успел затихнуть, как тот самый клыкастый юноша А Сян гневно воскликнул:

— Что?! Цзи Юй и впрямь столкнулся с таким кошмаром? Неудивительно, что последние несколько дней на шоу он выглядел совсем без сил...

Цзи Юй мысленно усмехнулся: перед ним определенно сидел преданный фанат.

А Янь, наконец потеряв терпение, шагнул вперед, дернул клыкастого юношу за одежду и приглушенно рявкнул:

— А Сян!

Тот осекся, но злиться было некогда — он тут же перевел взгляд на сидевшего в инвалидном кресле Юй Хуайцина:

— Господин...

На самом деле он и сам не был уверен в успехе, оставалось лишь уповать на мольбу. То, с чем столкнулся Цзи Юй, выглядело чересчур жутко и явно выходило за рамки обычного столкновения с нечистью — разобраться в этом был способен только Юй Хуайцин.

Юй Хуайцин внезапно подал голос:

— Подойди.

Хотя имени он не назвал, все присутствующие поняли, что обращается он к Цзи Юю.

Остолбенел не только Цзи Юй — А Сян и А Янь тоже замерли на месте, никак не ожидая, что Юй Хуайцин так легко на это согласится.

Цзи Юй быстро пришел в себя, подошел к Юй Хуайцину и, опускаясь на колени, произнес:

— Благодарю вас, господин Юй. Скажите, что мне теперь делать?

Хотя Юй Хуайцин сидел в инвалидном кресле, Цзи Юй успел заметить, что ростом тот вовсе не мал.

Опустившись на колени, ему пришлось запрокинуть голову, чтобы взглянуть на Юй Хуайцина снизу вверх.

Стоило приблизиться, как Цзи Юй уловил исходящий от него прохладный и чистый аромат.

В отличие от сандаловых благовоний в приемной, этот запах напоминал скрытые в тумане холодные горные вершины и таил в себе непостижимую загадку — под стать самому Юй Хуайцину. Такого аромата Цзи Юй еще никогда не встречал.

Юй Хуайцин слегка опустил голову:

— Протяни руку.

Это что, проверка пульса?

Хотя на душе заскребли сомнения, Цзи Юй всё же протянул руку.

Его ладони и без того были белыми, а от природы бледные ногти делали их еще более светлыми, источая сияние, подобное полированному белому нефриту, словно это было искусно вырезанное нефритовое изделие.

Однако взгляд Юй Хуайцина не задержался на них: его запястье качнулось, и алая нить мгновенно обвила запястье Цзи Юя.

Глядя на ледяную красную нить на руке, Цзи Юй подумал, что процедура и впрямь больше похожа на диагностику пульса.

Но в следующую секунду красная нить на запястье разом почернела, после чего рассыпалась на куски, падая на пол.

Цзи Юй обомлел!

А Юй Хуайцин поднял на него взгляд, говоря со спокойным выражением лица:

— Судьба (жизненный путь) изменена, обвивается злой дух, неминуемая смерть в течение семи дней.

Цзи Юй онемел еще сильнее!

Погодите-ка, его судьба (жизненный путь) изменена?

Нет, дело сейчас не в этом...

Он что, и вправду долго не протянет?!

Брат Линь тоже был потрясен: хотя предыдущие мастера наставники и говорили об опасности положения Цзи Юя, такое категоричное заявление о том, что времени у него почти не осталось, прозвучало впервые.

На сей раз, не дожидаясь слов Брата Линя, Цзи Юй сам поспешно спросил:

— Господин Юй, неужели нет никакого выхода?

Он вовсе не хотел умирать!

В конце концов, он прекрасно помнил предупреждение Система: если погибнешь в мире задания, то умрешь и в реальности.

Брат Линь тут же подхватил:

— Да-да, у вас ведь наверняка найдется способ...

Голос Юй Хуайцина оставался ровным и тихим, словно текущий ручей, омывающий слух каждого:

— Жизнь и смерть предопределены.

Любой бы понял, что это означает нежелание вмешиваться.

Брат Линь заволновался:

— Господин...

Однако Юй Хуайцин лишь посмотрел на А Яня:

— Проводи гостей.

А Янь неизвестно когда тоже опустился на колени, но теперь, услышав приказ Юй Хуайцина, поднялся на ноги и первым делом направился к стоявшему ближе всех Брату Линю.

А Янь не казался особенно крепким на вид, но тем не менее с легкостью поднял Брата Линя одной рукой.

Затем А Янь принялся выводить Цзи Юя.

Цзи Юй прекрасно понимал, что физически уступает Брату Линю, поэтому сопротивляться не стал. Когда А Янь волок его к выходу, Цзи Юй изо всех сил попытался обернуться к Юй Хуайцину, желая сказать еще хоть слово, но тот уже развернул кресло, позволив А Сяну катить его в другую сторону.

Взгляд А Сяна все еще был прикован к Цзи Юю, словно он собирался что-то высказать, однако в присутствии Юй Хуайцина ему оставалось лишь проглотить слова обратно.

Брата Линя и Цзи Юя быстро выставили за дверь. Аккуратно заперев за ними калитку, А Янь произнес:

— Уходите.

http://bllate.org/book/38423/4821293