Готовый перевод My White Moonlight, Sweetheart Skeleton / Скелет, ставший божественным идеалом: Возрождение в мире магии: Глава 1

Лу Синхуа, умерший от переутомления на работе, переродился в трущобах западного мира магии.

Этот мир отличался строгой иерархией, и Лу Синхуа, обитавший в трущобах, несомненно, был подобен крысе, копошащейся в сточных канавах общества, — существу, которое аристократы стали бы с отвращением отгонять, зажимая носы.

Выбравшись из трущоб, Лу Синхуа увидел статую Бога Драконов: черного дракона и белого дракона. Им поклонялись две противоборствующие великие державы, и Лу Синхуа засмотрелся на них с изумлением.

Это выглядело до боли знакомым. Разве они не были точь-в-точь как те два дракона, которых он вырастил пять лет назад?

Пять лет назад Лу Синхуа попал на Западный Континент Фэнтези, находившийся в полном запустении, и в одиночку высидел два драконьих яйца. Следуя требованию системы, он выказывал пристрастие к Белому Дракону, игнорировал Черного Дракона и намеренно сеял раздор между ними.

К счастью, прежде чем ситуация вышла из-под контроля, он успешно выполнил задание и инсценировал собственную смерть.

Так неужели нынешнее противостояние двух стран и непримиримая вражда двух богов-драконов были вызваны…

Если дети не ладят, в большинстве случаев это из-за беспутных родителей.

Ладно, Лу Синхуа утер лицо. Неужели в таком огромном мире не найдется места, где он мог бы укрыться?

…

Белый Дракон Бо Си и Черный Дракон Бо Дун с самого момента вылупления из скорлупы росли под опекой черноволосого и черноглазого юноши.

Двигаемые инстинктами, они звали юношу мамой.

После бесчисленных исправлений со стороны юноши оба маленьких дракона начали называть его Патриарх.Драконы — это раса с невероятно сильным чувством собственности и жаждой соперничества.

Когда Бо Си и Бо Дун выросли, их первое состязание в драконьей жизни развернулось за любовь одного юноши.

Благодаря пониманию человеческих сердец и сладким речам, Бо Си завоевал гораздо больше внимания юноши, чем простодушный и не имеющий умысла Бо Дун.

Глядя, как юноша целует драконьи рога Бо Си, Бо Дун в уголке до боли сжал кулаки.

Желая стать самым могущественным драконом, он заключил сделку с демонами на континенте.

Это оказалось ловушкой, и перед тем, как демоны полностью поглотили Бо Дуна, появился юноша.

Бо Дун был спасен, но юноша у него на руках закрыл глаза.

Прибывший Бо Си убрал свою обычную послушную и милую улыбку и, глядя злобным взглядом, произнес:

— Это ты убил его.

Взгляд, которым Бо Дун уставился на него, был точно так же полон ненависти:

— Ты вечно притворяешься пай-мальчиком, думаешь, я не знаю о твоих делишках с демонами?

Да, сделка Бо Дуна с демонами была ловушкой, которую подстроил Бо Си с целью избавиться от Бо Дуна.

— Да я просто ненавижу тебя! С чего вдруг ты такой бестолковый и глупый, тебе ничего не нужно делать, а его взгляд все равно останавливается на тебе?

После этого Бо Си и Бо Дун окончательно сорвали друг с друга маски.

А позже они стали почитаемыми смертными благородными драконами.Обе драконицы исходили весь древний мир в поисках древних методов, пытаясь воскресить юношу, но, увы, как бы они ни искали по всему континенту, им так и не удалось найти хотя бы единого осколка души юноши — о каком перерождении вообще могла идти речь?

Пока запеченная рыба, преподнесенная в дар новым жрецом, не напомнила им вкус детства.

Много лет спустя люди обнаружили, что жрец, любимый Богом Драконов больше всех, — вовсе не чистокровный потомственный аристократ и не богач, пожертвовавшей несметные сокровища, а обычный человек с черными волосами и черными глазами, родом из трущоб, который всегда мечтал просто плыть по течению.

Метки содержания: младший партнер, система, Западный Континент Фэнтези, первая любовь

Точка зрения главного героя: Лу Синхуа

Взаимодействие: бесподобно прекрасные драконы

Краткая суть: кого же из двух драконов выбрать, какое мучение

Основная мысль: упорно бороться

Глава 1. Храм Бога Драконов

Когда Лу Синхуа проснулся, первое, что он увидел, был потолок, покрытый желто-зеленой плесенью.

Он потер нос — в воздухе витал отчетливый запах сточной канавы.

Лу Синхуа сел, приподнял веки и огляделся. Вокруг было совершенно пусто: кроме облезлой кровати из соломы, на которой он только что лежал, нашелся лишь ветхий деревянный стол, заваленный всяким хламом.

Стол был усеян пожелтевшими бумажными комками, теснившимися вокруг засохшего багета. Рядом с багетом валялась дохлая крыса, а на боку лежал грубый глиняный кувшин, из которого капля за каплей на пол сочилась маслянистая похлебка.

Как же грязно, как бардачно! Это место оказалось даже хуже той съемной конурки, где он жил перед смертью и в которой едва получалось развернуться!

Неужели после смерти он попал в ад?

К сожалению, Лу Синхуа еще не знал, что очень скоро у него не останется даже такого жилья.

Раздался громкий бах.

Лу Синхуа обернулся на звук и понял, что двери больше нет.

Дверь в этой лачуге, судя по всему, и раньше была вся в дырах — в пробоины кое-как вбили несколько дощечек для поддержки, но теперь кто-то ударом ноги окончательно отправил ее на покой.

Незваный гость был облачен в синий шелковый халат, красовался лысиной на макушке, а вокруг него теснились несколько десятков крепких молодчиков.

Он принялся орать на Лу Синхуа, вываливая на того поток какой-то тарабарщины.

Поразмыслив немного, Лу Синхуа сообразил, что странным образом понимает его: в общих чертах смысл сводился к тому, что срок аренды истек и ему пора убираться вон.

Не успел Лу Синхуа толком собраться с мыслями, чтобы дать отпор, как уже сидел на улице, обдуваемый прохладным ветром.

Ладно, утешил себя Лу Синхуа.

Он поднялся на ноги, отряхнул пыль с одежды и, зашагав прочь, принялся размышлять: разве он не умер от переутомления? Как он вообще здесь оказался?

Смерть от переутомления — вспомнив то, как он умер, Лу Синхуа горько пожалел об этом. Ему следовало доделать проект прямо в офисе и уже потом отправляться домой; уж умирать, так на рабочем месте! Не стоило закрывать ноутбук сразу после завершения этого треклятого проекта!

Пропади все пропадом, теперь, когда он умер, не видать ему даже компенсации за производственную травму.Лу Синхуа шёл быстро, сжавшись от досады, и сам не заметил, как вышел из трущоб. Окружавшие его низкие лачуги постепенно сменились высокими зданиями, а валявшиеся на обочинах пьяницы пропали.

Оглядывая здешнюю архитектуру, Лу Синхуа невольно удивлялся: все дома были сложены из белоснежного мрамора, а в оконные проёмы были вставлены чёрные железные решетки.

Пожалуй, местные жители тоже находили цвета зданий слишком однообразными, поэтому вдоль дорог высадили множество цветущих деревьев. Стоило подуть ветерку, как бледно-резовые лепестки дождём осыпались прямо на руки Лу Синхуа.

Он снова задумался: неужели после смерти люди попадают вовсе не в подземный мир духов, а в рай или ад?

Сейчас только-только рассвело, на улицах никого не было, и вокруг царила необычайная тишина.

Внезапно до слуха Лу Синхуа донесся какой-то звук. Он тут же остановился и навострил уши.

Это был всё тот же странный, бормочущий говор, но теперь Лу Синхуа понимал его смысл без всякого труда и сопротивления.

— Я выпускник медицинского факультета Имперской магической академии, лучший на курсе, а ныне служу младшим лекарем в Храме Бога Драконов...

Услышав из переулка звонкий и юный голос, Лу Синхуа невольно замер, чувствуя странную ностальгию.

— Я слышал, вы цените таланты и недавно искали лекаря для тяжелобольной матери. Я хочу предложить свою кандидатуру...

— Я выпускник медицинского факультета Имперской магической академии...

Послушав еще немного, Лу Синхуа сообразил, что этот молодой лекарь собирается на собеседование при смене работы и сейчас репетирует речь.

Значит, в раю тоже водятся офисные работники, — тяжело вздохнул Лу Синхуа.

Голос приближался — судя по всему, его обладатель направлялся как раз туда, где стоял Лу Синхуа.

Лу Синхуа подумал, что любому было бы неприятно, если бы кто-то застал его за нервной репетицией перед собеседованием.

Он огляделся по сторонам, желая где-нибудь спрятаться, но улица, на которой он оказался, была широкой, и, не считая смутно видневшегося вдали фонтана на площади, вокруг не было ни единого укрытия.

— Ранним утром — и подслушиваешь чужие разговоры?

Перед Лу Синхуа стоял парень с рыжими волосами и синими глазами, а его смазливое личико покраснело от смущения едва ли не сильнее собственных волос.

Лу Синхуа уже хотел прикинуться дурачком и заявить: «Ой, простите, я просто мимо проходил...»

Но его живот заурчал громче, чем успел возразить рот.

Лу Синхуа потянулся и, делая вид, будто ничего не произошло, принялся озираться по сторонам:

— Это что сейчас такое шумело?

Парень напротив ничего не ответил.

Ур-р-р-р-р — живот Лу Синхуа бессовестно затянул песню ещё целых пять раз.

Теперь в неловком положении оказался сам Лу Синхуа.

Он и представить не мог, что в раю можно захотеть есть.

Услышав это раскатистое урчание, парень не стал насмехаться над Лу Синхуа. Он опустил голову, закусил губу, затем достал из заплечного мешка кусок поджаристого золотистого хлеба.

Лу Синхуа во все глаза смотрел, как юноша озирается по сторонам, переводит взгляд с него на хлеб и, судя по всему, мучительно борется с жабой. Наконец, с болью в сердце разломив хлеб пополам, он протянул кусок ему.

— Бродяга, больше дать не могу. Если голоден, можешь сходить за хлебом в пункт помощи при храме.

Лу Синхуа потрогал высохшую корку на собственных губах: в этот момент сухого хлеба ему хотелось гораздо меньше, чем глотка воды.

Приняв хлеб, Лу Синхуа искренне поблагодарил паренька и спросил:

— Ты упомянул какой-то храм — это что за место?

— Храм Бога Драконов же!

Парень уставился на Лу Синхуа странным взглядом:

— С такой смазливой мордашкой ты, должно быть, бродяга из глухой провинции? Как можно не знать о Боге Драконов?

Лу Синхуа яростно закивал и с глуповатым видом подтвердил:

— Именно так! Я умер совсем недавно, я тут новенький.

— Что ты сказал?

— Я говорю, что только что прибыл сюда и еще ничего не понимаю.

К удивлению Лу Синхуа, стоило ему только подумать о чём-то, как в следующий мгновение слова сами собой и совершенно свободно слетали с его губ на местном языке.

Рыжеволосый парень оказался добрым и терпеливым — он и впрямь поверил в бредни Лу Синхуа.

Выслушав краткий и емкий рассказ паренька, Лу Синхуа составил общее представление о месте, куда попал.

Это была столица Королевства Светлой Луны — Город Тысячи Перьев. По всей стране почитали Бога Белого Дракона.

Много тысяч лет назад Бог Белого Дракона даровал людям магию, одолел оборотней, Расу Демонов и клан крови, вывел прятавшихся по лесам людей из самой глуши и сделал их истинными владыками этого континента.

— Бог Белого Дракона? А как его зовут?

Парень зыркнул на Лу Синхуа, скривил губы и произнес с благоговейным трепетом:

— Разве нам, простым простолюдинам, позволено произносить имя Владыки Дракона? Только члены королевской семьи Королевства Светлой Луны и великие жрецы имеют право называть имя Бога Дракона во время молитв!

Юноша тряхнул перед лицом Лу Синхуа рукавом, на манжете которого был вышит узор:

— Это магическое заклинание для очищения от пыли и грязи. Его людям даровал Бог Драконов.

Лу Синхуа бросил взгляд на этот узор — он показался ему странно знакомым. Однако мысли его были заняты другим: Бог Белого Дракона — это дракон с абсолютно белой чешуей? А существовал ли тогда Черный Дракон?

http://bllate.org/book/38176/4783717