Готовый перевод Unrepentant Millionaire / Цена любви: Когда рушатся миры: Глава 10

Чан Юэчэнь улыбнулся:

— Еще держусь.

Сказав это, он протянул Ли Цзинхуа тетрадь. Ли Цзинхуа заглянул в нее: там были выписаны все ключевые моменты к экзаменам за этот семестр, причем предельно четко и ясно. Ли Цзинхуа присвистнул:

— Ну ты настоящий дружище!

Минувшая неделя пролетела в бесконечной суете. Кань Жань чувствовал, что почти вернулся в те времена, когда готовился к выпускным экзаменам — по-настоящему боролся за каждую минуту. На этой неделе он почти не связывался с Чан Юэчэнем, а тот, разумеется, первым на контакт не шел.

От чтения голова раздулась, словно котел. Кань Жань немного повозился с телефоном, вышел из читального зала, сел в машину и поехал домой к Цзэн Кайняню. Ему повезло: он застал того дома. Хоть Кань Жань и обедал с Цзэн Кайнянем пару раз, близко они знакомы не были. Если бы не Чан Юэчэнь, он ни за что не стал бы навязываться без приглашения.

После короткого вежливого обмена любезностями Кань Жань перешел к делу:

— Дядя Цзэн, на самом деле Чан Юэчэнь — мой очень хороший друг.

Цзэн Кайнянь сразу всё понял и мягко произнес:

— Юэчэнь — тоже один из моих любимых студентов, умный и прилежный. Он, понимаешь, всем хорош, но слегка упрям. Знаешь, такой человек, который никак не может свернуть с выбранного пути.

Кань Жань усмехнулся:

— Вот именно, я и сам ему постоянно говорю, что нельзя быть таким твердолобым. Но вы ведь знаете, у него в семье непростые условия. Если даже вы ему не поможете, то больше ему рассчитывать не на кого.

Цзэн Кайнянь ответил:

— Да как же я не хочу ему помочь, просто отец Чжан Мяо…

— Дядя Цзэн, об этом не беспокойтесь. Мой отец с его отцом в прекрасных отношениях, — Кань Жань улыбнулся с видом взрослого человека. Кто знает, хорошие ли у них на самом деле отношения, но семейство Чжан уж точно не рискнет тягаться с семейством Кань, так что, уверен, он и слова не посмеет сказать. — Я вообще-то хотел попросить отца поговорить с вами об этом, но побоялся, что вы будете чувствовать давление, поэтому приехал лично просить вас.

Кань Жань, прикрывшись авторитетом отца, мысленно выругал себя за то, что кичится чужой силой. В любом случае, сегодня он должен добиться того, чтобы старик Цзэн добавил имя Чан Юэчэня в список, иначе поездка окажется пустой тратой времени.

— Хорошо, Жань-жань, сделаем так: я добавлю Чан Юэчэня вторым автором, а Чжан Мяо перейдет на третье место. Позже я привлеку Чжан Мяо к работе, не дам ему отлынивать.

Кань Жань с притворным колебанием согласился, хотя это был именно тот результат, на который он рассчитывал — лучшее, чего можно было добиться. Ему не было дела до того, останется ли Чжан Мяо в списке, он лишь хотел, чтобы старания Чан Юэчэня не пропали даром.

Когда он вышел от Цзэн Кайняня, позвонил Кань Тин и велел освободить вечер воскресенья, чтобы встретить их второго дядю, Цзян Хэ. Из-за особого статуса Цзян Хэ место для ужина выбрали на окраине города. Кань Жань надел черную толстовку с капюшоном, простые джинсы и отправился в ресторан вместе с Кань Тином.

Когда они приехали, Цзян Хэ уже ждал их у входа. Ему было лишь немногим за сорок, но, в отличие от многих мужчин его возраста, он не обзавелся брюшком. Держался он уверенно и величественно. Черты лица и взгляд у него были почти как у Кань Тина — такие же пронзительные, но сам он казался более глубоким и сдержанным, никогда не выставляя эмоции напоказ. К тому же Цзян Хэ следил за внешним видом: всегда безупречный костюм и собранный, опрятный облик.

Увидев Кань Тина и Кань Жаня, Цзян Хэ сменил строгое выражение лица на улыбку, широкими шагами подошел к ним, сначала обнял Кань Тина, а затем и самого Кань Жаня.

Они направились к банкетному залу, болтая и смеясь. Цзян Хэ с теплотой потрепал Кань Жаня по голове:

— Малыш похудел, неужели учеба так выматывает?

Цзян Хэ, как и Кань Тин, души не чаял в Кань Жане и любил называть его малышом. В средней и старшей школе Кань Жань яростно требовал, чтобы они так не выражались, но никто из братьев его не слушал, и со временем Кань Жань привык.

— Да уж, иногда хочется всё бросить.

Кань Тин и Цзян Хэ громко рассмеялись. В банкетном зале уже почти все собрались — сплошь дяди и тети, на глазах у которых рос Кань Жань, люди, ворочавшие делами во всем Цзянчэне.

После ритуальных тостов разговор взрослых перешел на серьезные темы: покупка земли, перестановки в руководстве, муниципальные проекты и выход компаний на биржу. Кань Жань понимал мало, да и интереса не испытывал. В какой-то момент взрослые снова заговорили об отправке Кань Жаня за границу. Он выразил крайнее недовольство, и, так как все присутствующие были людьми проницательными, один из дядей ловко перевел тему.

Кань Жань от скуки переписывался в групповом чате второго поколения, когда кто-то из них написал ему в личку с просьбой перевести денег на «красный конверт». Кань Жань вспомнил, что уже обращался к этому парню по имени Ли Цзягун, чтобы разузнать информацию о Чан Юэчэне.

Ли Цзягун был белой вороной в кругу «золотой молодежи». Когда-то он был на коне, но в последние годы дела у него шли плохо: носил лишь подделки, на вечеринках появлялся редко. Все потому, что его отец завел любовницу и перестал заботиться о сыне и жене, перекрыв финансирование. Окружающие, как флюгеры, тут же отвернулись от него, но Кань Жань остался прежним — в конце концов, наличие или отсутствие денег у Ли Цзягуна никак на него не влияло.

Кань Жань, не раздумывая, перевел тысячу. В ответ Ли Цзягун загадочно прислал запись из больницы. На немой вопрос Кань Жаня Ли Цзягун пояснил: мама Чан Юэчэня попала в госпиталь.

Кань Жань вспомнил, что за эту неделю видел Чан Юэчэня всего трижды, и тот выглядел действительно подавленным. Кань Жань-то думал, дело в диссертации. Хотя лицо Чан Юэчэня редко выражало эмоции, Кань Жань чувствовал, как сильно тот сдерживается при их встречах, и даже привычно красноречивому Кань Жаню было трудно завязать разговор.

Цзян Хэ похлопал его по спине и прошептал на ухо:

— Малыш, завтра ведь на занятия? Может, поедешь домой отдыхать?

Кань Жань кивнул, поднялся, чтобы отдать дань уважения остальным, и Кань Тин протянул ему ключи от машины, велев найти трезвого водителя и отписаться, как доберется до дома.

Цзян Хэ проводил его до самой машины:

— Учись усердно, закончатся экзамены — поедем развеемся.

Кань Жань улыбнулся:

— Второй дядя, ты становишься точь-в-точь как отец. Такой же зануда.

Сумерки сгустились. На окраине не было ярких городских огней, но это место имело свое особое очарование. Отель расположился у воды, среди гор, и в тишине можно было услышать кваканье лягушек. Кань Жань подумал, что жить в таком месте — настоящее удовольствие.

http://bllate.org/book/38174/4783505