Он говорил низко, с особым нажимом выделяя слово «был».
Сюй Цзинъянь смотрел прямо на Гу Бэя, даже не пытаясь скрыть острую, пронзительную сталь во взгляде.
Гу Бэй почувствовал это и невольно вжал голову в плечи, беспокойно ёрзая. Деревянная табуретка со скрипом проехалась по полу, однако этот звук так и не смог отвлечь никого в комнате от Сюй Цзинъяня.
На лицах остальных застыло глубочайшее ошеломление. Даже Ян Юй стоял с открытым ртом. Было непонятно, чему они удивляются больше: тому, что у Сюй Цзинъяня вообще кто-то был, или тому, что он так спокойно выложил это вслух.
— Брат Янь, ты... ты серьёзно? — выдавил Ян Юй, всё ещё не веря своим ушам.
Он-то свято верил, что инструктор Сюй за последние три года из лагеря почти не вылезал, все двадцать четыре часа в сутки бредил войной и службой. Откуда у него вообще время на романтику? Или бойцы класса 5S и в любви действуют со сверхчеловеческой скоростью?
Сюй Цзинъянь бросил на него быстрый косой взгляд. Ян Юй тут же осёкся.
Ну да, их старший не из тех, кто станет молоть чушь на такие темы. Значит, это случилось года три назад? Тогда Сюй Цзинъянь ещё походил на нормального человека: время от времени, отправляясь с заданием в Пограничные земли, он привозил оттуда милые подарки — в основном всякие сладости и вкусности. Сразу видно, девчонке покупал.
«Похоже, бывшая сноха любила вкусно покушать», — мысленно подытожил Ян Юй, с трудом сдержавшись, чтобы не хлопнуть себя по бёдрам.
— Вот это поворот... — пробормотала обомлевшая Се Цинхэ, вовсе не рассчитывавшая выведать нечто настолько сочное. Помолчав, она тихим шёпотом уточнила: — «Был»... вы в смысле, что уже расстались?
Сюй Цзинъянь ответил всё тем же прямым и открытым взглядом:
— Да.
Се Цинхэ невольно ахнула, внутри неё со всей силой вспыхнул азарт сплетницы. Она уже набрала воздуха, чтобы ввернуть ещё вопросик, как вдруг поняла, что Сюй Цзинъянь смотрит прямо на неё.
Взгляд его был необычайно жарким. Встретившись с этими темными, глубокими глазами, Се Цинхэ сначала замерла, приняв этот жест за молчаливое предупреждение — мол, хватит расспросов. Но мгновение спустя до неё дошло: выражение этих глаз было совсем иным.
Не привычный ледяной холод, а обжигающее, выплёскивающееся через край чувство, готовое затопить и испарить всё вокруг.
А главное...
Се Цинхэ быстро захлопала ресницами. Он смотрел вовсе не на неё.
Проследив за едва заметным отклонением его взгляда, она медленно повернула голову и увидела сидевшего чуть позади Гу Бэя.
Тот восседал на своей табуретке, ссутулившись, точно нахохлившийся перепел, и почти уткнулся лицом в колени — полная противоположность хищному, атакующему напору Сюй Цзинъяня.
«Э-э...»
Се Цинхэ опять перевела взгляд на Сюй Цзинъяня. В голове у неё словно сложился пазл. Вспомнив первую ночь и то, как Гу Бэй уснул прямо на плацу, она снова удивленно моргнула.
Не успела она толком осмыслить догадку, как рядом раздался звонкий, чистый голос.
Это была Линь Си.
— А почему вы расстались? — спросила она. В отличие от непринужденного тона Се Цинхэ, её голос прозвучал мягко и певуче.
При этих словах Линь Юань и Цзян Тянь сразу переглянулись, посчитав вопрос чересчур бестактным. Но сама Линь Си этого вовсе не замечала. Ей и впрямь до безумия хотелось узнать, с какой девушкой мог встречаться такой мужчина, как Сюй Цзинъянь, и каким он становится, когда любит.
Когда Сюй Цзинъянь из-за её вопроса уже второй раз за вечер посмотрел на неё, сердце Линь Си заколотилось ещё быстрее. Взгляд её невольно смягчился, а к щекам прилил нездоровый румянец.
Се Цинхэ видела, как голова Гу Бэя от слов Линь Си опускается всё ниже и ниже. Вспомнив об объективах камер, напичканных по всей комнате, она не удержалась и вмешалась:
— Ребята, может, не стоит совать нос в такие личные вещи...
— Моя вина, — перебил её Сюй Цзинъянь. Бросив беглый взгляд на Гу Бэя, он достал из кармана сигарету. — Ему со мной было тяжело. Вот и разошлись.
В этих словах слышалась такая глубокая заступническая нежность, а в голосе проскальзывали столь явные нотки незажившей боли, что незакрытый гештальт был буквально написан у него на лице.
Се Цинхэ застыла. Линь Си тоже опешила.
Сжавшийся в комок Гу Бэй чувствовал себя ужасно. Ему было невыразимо тяжело.
Ведь тогда, несколько лет назад, именно он отправил Сюй Цзинъяню сообщение с предложением расстаться. А тот находился на экстренном задании и смог ответить лишь спустя два месяца.
Гу Бэй не обижался. В его душе жила только глубокая беспомощность и сжигающая тревога.
С двенадцати лет, когда Сюй Цзинъянь забрал его к себе, они виделись от случая к случаю. Самые короткие разлуки длились по два-три месяца, самые долгие — затягивались на годы. У Цзинъяня в армии никогда не кончались задания, и почти каждое проходило под грифом «совершенно секретно». В большинстве случаев он даже не мог заранее предупредить.
Бывало, ещё вчера вечером они вместе весело ужинали, а наутро постель рядом с Гу Бэем оказывалась безупречно заправленной и совершенно холодной.
Маленький Гу Бэй, скучая по нему, не раз тихонько плакал в подушку, но никогда не показывал слёз Сюй Цзинъяню — боялся показаться недостаточно взрослым и мужественным.
Позже, когда они стали любовниками, наступил период, когда Сюй Цзинъянь задерживался дома надолго. Гу Бэй даже грешным делом подумал, будто времена этих внезапных исчезновений остались в прошлом.
Но лет пять или шесть назад всё началось заново.
Сюй Цзинъянь мог вечером обнимать его в постели, а наутро оставить лишь короткую записку и сгинуть на пару месяцев без единой вести.
Или они переписывались через оптический компьютер, как вдруг диалоговое окно замирало — а следующий ответ приходил лишь через полмесяца.
Гу Бэй постоянно твердил себе, что обязан терпеть и относиться с пониманием. Но со временем понял: за этими словами скрывается неподъёмная тяжесть.
Он слишком хорошо знал, насколько силен Сюй Цзинъянь и каков его статус в войсках. И оттого ещё чётче осознавал, насколько смертоносны миссии, требующие личного участия воина такого уровня.
Однажды Гу Бэй навестил дядюшку Лю — старого дворецкого, который заботился о нём в детстве, пока Сюй Цзинъяня не было рядом. Старик тогда успокаивал его: мол, не бери в голову, в Федерации сейчас мир, а с молодым господином Янем при его мощи ничего не может случиться.
Но Гу Бэй не верил.
Он лучше кого бы то ни было знал: бойцы класса 5S — такие же люди из плоти и крови. Они устают, получают ранения и умирают в бою.
Был случай, когда Сюй Цзинъянь не выходил на связь целых четыре месяца сверх установленного срока.
Гу Бэй тогда вообще потерял сон. Стоило зажмуриться, как его накрывала беспросветная тьма кошмаров.
Когда Сюй Цзинъянь наконец вернулся, Гу Бэй, лежа в его объятиях после бурной ночи, осторожно спросил: не думает ли тот когда-нибудь уйти с передовой?
Сюй Цзинъянь ничего не ответил. Он лишь молча прижимал его к себе и размеренно поглаживал по плечу, пока Гу Бэй не заснул.
Больше Гу Бэй об этом не заводил речи.
Да он и сам знал ответ.
Ещё в детстве отец говорил ему: воины класса 5S принадлежат Федерации. Солдаты, чьё тело доведено до такого предела, больше не подвластны собственной воле. Вступив на этот путь один раз, сойти с него ты уже не сможешь.
Отец произносил эти слова с горечью человека, познавшего всё.
Промучившись ещё с год, Гу Бэй предложил расстаться.
Они порвали окончательно. Ответив спустя два месяца, Сюй Цзинъянь лишь спросил о причине — и больше не написал ни слова. С тех пор он без остатка похоронил себя на Пограничных землях, среди нескончаемых битв.
Идя на это шоу, Гу Бэй уверял себя, что ни о чём не жалеет.
Но стоит Сюй Цзинъяню произнести хоть фразу — и сердце вновь сжимается от глухой, отчаянной боли.
За всю жизнь, кроме родителей, никто не берёг его так, как Сюй Цзинъянь. И никто не занимал в его судьбе столь огромного места.
Гу Бэй пытался убедить себя, что должен гордиться им. Ведь именно благодаря таким солдатам на Пограничных землях Федерация живёт в мире.
Но заставить себя гордиться он так и не смог.
В двенадцать лет Сюй Цзинъянь вытащил его из грязи и подарил новую жизнь.
Гу Бэй с ужасом думал о том дне, когда армия пришлёт ему извещение о гибели Сюй Цзинъяня. Он просто не знал, как переживёт это.
***
Вечер общения кое-как удалось сгладить благодаря Цзян Тяню, который вовремя взялся разрядить обстановку. Под конец Ян Юй позвал Гао Лэна — того самого бойца, с которым Цзян Тянь днём соревновался в рукопашной, — и тот принёс участникам их оптические компьютеры. Каждому дали по двадцать минут, чтобы связаться с родными.
Звонить разрешалось из любого места, главное — не покидать жилой корпус и вовремя вернуть оптический компьютер.
Зажав в кулаке свой оптический компьютер, Гу Бэй быстрыми шагами вышел из комнаты. Он бежал так споро, что жужжащий следом съемочный дрон за ним не успевал. Когда дрон растерянно замер на развилке коридора, из тени выросла высокая фигура и одним чётким движением сцапала устройство, отключив питание.
Оператор за пультом:
«?»
Отложив отключённый дрон в сторону, Сюй Цзинъянь окинул взглядом направление, куда ушел Гу Бэй.
У Гу Бэя с детства была привычка: чуть что расстроится — бежать на свежий воздух. Вот и сейчас он рванул на крышу. Однако на самом верху его ждало разочарование: выход на крышу в военном гарнизоне оказался заварен массивной железной дверью.
Постояв в растерянности, Гу Бэй просто опустился на пол в тёмном углу возле лестницы.
Здесь было душно и неуютно, но двигаться дальше не хотелось. Затеряться от дронов и так стоило больших трудов; спускаясь ниже, он рисковал снова попасть в кадр.
Воспоминания, всколыхнутые коротким замечанием Сюй Цзинъяня, продолжали кружить в голове, отзываясь тупой болью в груди. Посидев так немного, Гу Бэй достал свой оптический компьютер.
Ян Юй сказал позвонить родным, но Гу Бэю звонить было некому. Он уже подумывал, не набрать ли Братцу Ку, чтобы предупредить: его имидж «холодного и сурового парня», похоже, окончательно пошёл ко дну. Но в этот момент чьи-то сильные руки внезапно подхватили его.
Знакомый до боли запах накрыл с головой. Потеряв равновесие, Гу Бэй инстинктивно вцепился в своего похитителя.
В следующее мгновение мужчина уже выскользнул с ним через окно и, цепляясь одной рукой за выступы на стене здания, легко устремился вверх.
Не прошло и полминуты, как Гу Бэй оказался на самой крыше.
Он заворожённо огляделся по сторонам, а затем уставился на стоявшего перед ним Сюй Цзинъяня.
В ярком свете ночной луны взгляд мужчины казался сотканным из звёздного света. Чуть вздохнув от беспомощности, Сюй Цзинъянь забрал у него из рук оптический компьютер и, присев перед ним на корточки, тихо спросил:
— Ты ведь хотел на свежий воздух?
Едва улегшиеся чувства Гу Бэя вспыхнули с новой силой. Он вырвал свой оптический компьютер обратно и шмыгнул носом:
—... Как же ты надоел.
http://bllate.org/book/38170/5048849
Сказали спасибо 2 читателя