Готовый перевод All Seven Scumgongs Think the Child Is Theirs / Семь негодяев претендуют на отцовство [Попаданка в книгу]: Глава 13

Убира…йся…

Мужчина приоткрыл рот, губы его беззвучно шевелились, и он безумно пробормотал: Уходи…

Заметив это, правый начальник штаба быстро повернулся, вытолкнул Хай Тяня за дверь и в следующее мгновение попытался захлопнуть её.

Но в самый последний момент пара исцарапанных рук мертвой хваткой вцепилась в створку, с треском распахнула её обратно и грубо оттолкнула правого начальника штаба в сторону.

Хогге свирепо вцепился в горло Хай Тяня. Его ладони были обжигающе горячими — казалось, они вот-вот самовоспламеняются, — а на лице вздулись вены, образовав жуткий, похожий на бессмысленный мистический узор рисунок. Он окончательно утратил человеческий облик.

Убить… убить невинного человека.

Мужчина оскалился, словно дикий зверь. Хай Тянь… не должен был появляться здесь в этот момент. Он — брошенная пешка, и его гибель должна стать для остальных поводом предъявить обвинения самому Хогге.

Он слишком сильно любит себя, но хладнокровный и безжалостный император не может позволить кому-то питать к нему столь ничтожную любовь.

Этот человек так осторожно пытался угодить ему, его робкий и полный надежд взгляд сейчас постепенно угасал.

В этот момент Хай Тянь чувствовал себя так, будто столкнулся с грозным врагом. Хоть тот пока не давил изо всех сил, он впервые в жизни оказался так близко к смерти.

Стоило… стоило безумцу приложить чуть больше усилий, и он погиб бы.

В прошлой жизни он умер от болезни, был морально готов к этому, чувствовал сожаление, но был бессилен что-либо изменить. Сейчас же он вовсе не хотел умирать — он хотел жить… жить, чтобы увидеть больше мира, взглянуть на иные пейзажи, найти любимого человека, чтобы идти рука об руку, опираясь друг на друга.

В сердце Хай Тяня закрался страх… а вместе с ним и горькая обида, его глаза широко распахнулись.

Прошлой ночью он ведь спас его, это же он спас его…

Хогге…

Потерявший сознание Хогге вдруг вздрогнул, из его горла вырвался слабый стон, пальцы разжались, и он рухнул без чувств.

…

Очнувшись, он обнаружил, что уже наступил вечер.

Хогге открыл глаза, но плотные темные портьеры мешали понять, сколько времени прошло.

Все ждали снаружи. Хогге резко сел и большими шагами вышел прочь.

Как только дверь отворилась, он увидел юношу, который сидел на диване и тер себе шею, словно чувствуя какой-то дискомфорт.

Он не умер.

На сердце у Хогге неожиданно отлегло. Отчасти потому, что если бы тот погиб от его руки, это сыграло бы на руку зачинщикам, а отчасти… этот парень до боли напоминал ему ночного гостя, и в его душе проснулось сострадание.

Лишь когда камень с души упал, Хогге ощутил боль от собственных ран.

Хай Тянь поднял руку и потрогал шею. На самом деле ничего страшного не произошло, просто остался небольшой психологический след.

Черт побери, в задании обещали обычный романтический жанр, а тут реальная угроза жизни!

К счастью, Хогге полностью оправдывал свой статус высшего совершенного: пусть его рассудок и затуманился, но в самый последний момент он всё же не выпустил горло из хватки. Под конец у Хай Тяня даже возникло ощущение, будто тот узнал в нем вчерашнего спасителя.

Впрочем, чувство это мгновенно испарилось, и Хай Тянь решил не забивать себе голову.

В этот момент правый начальник штаба бросился вперед, умоляя маршала остановиться и убить лучше его самого, иначе аристократы получат повод для обвинений, и тогда им придется сражаться на два фронта.

Хай Тянь бросил взгляд на отдыхающего в стороне правого начальника штаба. Когда они встретились впервые, этот человек был в военном мундире и при любой возможности широко улыбался.

Вспомнив прочитанные романы, он тут же узнал этот образ верного помощника при главном герое.

Тот безответно любит его, но не смеет признаться.

Обладая силой высшего совершенного, он вынужден притворяться обычным человеком и оставаться рядом.

Он готов жить ради него и умереть ради него. Мужчина вытащил его из бездны, и теперь он готов пройти с ним через все круги жизненного ада — от блестящих побед и всеобщего осуждения до триумфального венца из звезд и луны.

Но главный герой всё это время воспринимал его лишь как лучшего брата. Что за извращенная драма сплошных мучений?!

Хай Тянь уставился на правого начальника штаба и мысленно кивнул: всё по классическим канонам.

Как правило, чем больше персонаж улыбается, тем глубже его душевные раны, — он наверняка просто скрывает собственное одиночество.

К тому же только что, стоило правому начальнику штаба броситься вперед, как Хогге разжал пальцы на его, Хай Тяня, горле. О чем это говорит?

Да это же чистейшая, прекраснейшая любовь!

Приведя мысли в порядок, Хай Тянь посмотрел на шатающегося маршала, который казался готовым рухнуть на пол. Однако никто из присутствующих даже не шевельнулся, чтобы поддержать его, и Хогге явно собирался растянуться прямо на земле.

Инстинктивно Хай Тянь поднялся и подхватил его.

Физические данные высшего совершенного были великолепны, в чужой поддержке тот не нуждался.

Но стоило теплу и запаху тела мужчины коснуться его кожи, как Хай Тянь словно обжегся кипятком и торопливо оттолкнул его.

Он посмел сам оттолкнуть маршала!

Под устремленными на него изумленными взглядами и при настойчивом напоминании Системы...

Хогге на мгновение испытал разочарование. Этот юноша был так похож на человека в плаще, которого он встретил прошлой ночью, и когда тот оттолкнул его, это напомнило ему собственное бессилие в беспамятстве, когда он не смог удержать гостя.

Однако в этот момент Хай Тянь опустил голову, густо покраснев, закусил губку, а затем легко топнул ножкой и капризно произнес: Простите… Разве такой ничтожный человек, как я, достоин прикасаться к маршалу?

Хогге:……

Хай Тянь перевел взгляд на правого начальника штаба иносказательно обронил: Не… переживайте.

Под ошеломленный взгляд правого начальника штаба Хай Тянь серьезно кивнул.

Я не стану отбирать у вас любимого человека.

*

На следующий день.

Новость о том, что Хай Тянь отправился в резиденцию, а уже во второй половине дня спешно собрал вещи и позорно сбежал обратно в семью Хай, мгновенно разлетелась по всей округе.

Ранним утром, когда он шел в школу, окружающие открыто и за спиной тыкали в него пальцами.

Когда Хай Тянь проходил мимо тренировочного поля отделения мехов, его двоюродный брат как раз угодливо подлизывался к Вэйэрдэ: В этом семестре главные соревнования мехов пройдут у нас, в нашей академии! Ты ведь наверняка будешь выступать в основном составе, верно?

Вэйэрдэ рассеянно буркнул в ответ: Угу.

Обладая острым зрением высшего совершенного, Вэйэрдэ заметил слабые красные следы на шее Хай Тяня. Его зрачки сузились, а внутри закипела ярость.

На самом деле раздражение на коже возникло просто из-за трения от одежды, да и сам Хай Тянь, чувствуя себя странно, то и дело машинально чесал шею, из-за чего и появились эти покраснения. Но Вэйэрдэ истолковал их совершенно иначе.

http://bllate.org/book/38156/4778929