Готовый перевод The Popular Scapegoat Forced to Pretend Straight / Любимец всех миров: Вынужден притворяться натуралом: Глава 3

— Угу.

Долго молчавший мужчина наконец заговорил. Он прямо смотрел на него, и его голос звучал низко — судя по всему, он уже давно ни с кем не разговаривал, поэтому в голосе еще слышалась некоторая хрипотца.

— Что теперь делать?

Угольно-черные длинные брови мужчины оставались невозмутимыми, и лишь в глубоких темных глазах клубилось тяжелое и давящее напряжение, в котором сквозь невозмутимость проступала странная чувственность, если, конечно, не обращать внимания на суть происходящего...

Получив столь прямой вопрос, лекарь тоже слегка смутился, но, решив, что собеседник просто впервые столкнулся с подобной ситуацией, легко кашлянул и успокоил его:

— Ты только что принял человеческий облик и еще во многом не разбираешься... С подобными вещами ты можешь справляться сам...

Се Фэй, говоря это, мысленно закатил глаза: ...Что за бред? Главный герой-морехун получил ранения и потерял память, но не лишился же рассудка? Что он мог поделать? В таких делах остается только терпеть. Не зря же говорят о драконьей натуре... Тьфу!

Рука Се Фэя внезапно оказалась перехвачена и притянута мужчиной. Обдавшая его жаром кожа заставила Се Фэя испуганно отдернуть руку, и он недоверчиво вытаращил глаза:

— Что ты делаешь?

Взгляд мужчины, еще мгновение назад четко делившийся на белки и зрачки, сейчас налился алой поволокой, став глубоким и бездонным, а хриплый голос приобрел властные нотки:

— Не двигайся, твоя рука очень приятная.

Похоже, он вовсе не считал свои действия неправильными — ему просто показалось, что рука Се Фэя длинная, белая, гибкая и нежная.

— По... постой...

Ему ведь доводилось бывать в подобных ситуациях и раньше, бывало даже, что все начиналось прямо на большой кровати в отели с каким-нибудь мужчиной, но тогда он сам исполнял роль главного героя!

Даже Се Фэй с трудом справлялся с происходящим. Все шло совсем не так, как было написано в синопсисе! С какой стати главный герой-морехун распускает руки по отношению к какому-то встреченному им пушечному мясу?

Однако мужчина обладал колоссальной силой, и его хватка на запястье напоминала тиски, а аура была настолько властной, что не терпела возражений.

...

В комнате царил полный беспорядок, когда в этот самый момент послышался голос Мин Цина:

— Учитель, вставайте, пора завтракать!

Едва смолкли слова, как дверь тут же распахнулась.

Мин Цин замер на пороге, увидев открывшуюся перед ним картину: Се Фэй в растрепанной одежде, зажатый в объятиях высокого незнакомого мужчины, с покрасневшими уголками глаз и прекрасными глазами, затуманенными влагой...

Лицо Мин Цина вмиг переменилось, охваченное яростью:

— Откуда взялся этот ублюдок, как он смеет обижать Учителя?

Забыв про еду, выпавшую у него из рук на землю, он схватился за первую попавшуюся под руку деревянную палку и, скрежеща зубами, бросился вперед.

Ощутив, как атмосфера вокруг резко похолодела, Се Фэй внутренне сжался и поспешно выкрик-нул:

— Не причиняй ему вреда!

Заметив, что мужчина поднимает руку, Се Фэй уже не успевал среагировать и сам стремглав бросился прямо перед Мин Цином.

Увидев, что Се Фэй заслонил его собой, мужчина сузил свои покрасневшие зрачки, а уже вырвавшаяся наружу духовная энергия резко втянулась обратно, отчего окружающие стол и стулья со взрывами разлетелись в щепки. Лицо мужчины побледнело, старые внутренние раны в груди отозвались тупой болью, и от бурного всплеска энергии он уперся рукой в край кровати, чтобы удержать тело, а из уголков его губ сочилась кровь.

Убедившись, что Мин Цин не пострадал, а мужчина снова начал харкать кровью, Се Фэй мог лишь поспешно шагнуть вперед, чтобы поддержать его, и обеспокоенно спросил:

— Ты в порядке?

Мужчина не произнес ни слова, лишь черные глаза глубоко вглядывались в него, видя, что беспокойство в его глазах неподдельно.

— Учитель, кто он? — Мин Цин совершенно растерялся. Откуда вообще взялся этот мужчина? Разве не он только что обидел Учителя?

Се Фэй сейчас и сам пребывал в некотором замешательстве — происходящее явно выходило за рамки сюжета, с которым следовало бы возиться какому-то пушечному мясу.

...

Пережив утренний переполох, деревянный хижина наконец успокоилась.

Теперь все трое сидели за маленьким деревянным столом, и Се Фэй в нескольких словах объяснил предысторию.

— Это мой ученик Мин Цин. Вчера я собирал лекарственные травы в горах и, заметив, что ты ранен, привел тебя сюда, — Се Фэй на мгновение замолк и подвинул мужчине флакон с целебным зельем. — Твои внутренние раны еще не до конца зажили, а это лекарство полезно для их лечения, возьми его. Куда тебе направиться дальше, сможешь решить сам, когда уйдешь...

Мужчина смотрел прямо на него своими ясными черными глазами и, с серьезным выражением низким хриплым голосом произнес:

— Я не помню, куда мне нужно идти, и никого другого не знаю.

— Ты потерял память? — Се Фэй слегка опешил, но тут же решил плыть по течению и сказал: — Раз уж так, то до тех пор, пока всё не вспомнишь, можешь смело пожить здесь какое-то время.

Вот только Мин Цин подозрительно оглядел мужчину:

— Потерял память? Ты часом не хочешь прикинуться амнезиком, чтобы присосаться к этому месту и жить здесь на всем готовом?

Мин Цин все еще не мог до конца поверить, что этот высокий мужчина перед ним — вчерашняя маленькая змейка-демон. К тому же, хотя Учитель и объяснил, что утреннее недоразумение произошло из-за того, что змеиный демон только принял человеческий облик и ничего не смыслит в физиологических особенностях людей, Мин Цин все равно чувствовал, что его доброго Учителя просто обвели вокруг пальца. Разве по одному его виду можно сказать, что он похож на какого-то древнего духа, прожившего десятки миллионов лет, и при этом ничего не понимает?

Мужчина окинул его взглядом и равнодушно бросил:

— Почему тебе можно здесь находиться?

Мин Цин фыркнул:

— Я ведь ученик Учителя!

Мужчина кивнул и перевел взгляд на Се Фэя:

— Тогда я тоже стану твоим учеником.

Это что же, он собрался отнять у него Учителя? Мин Цин опешил и, смертельно испугавшись, что Се Фэй, проявив мягкосердечие, согласится, гневно выпалил:

— И не мечтай! Разве ты не змеиный демон? У тебя такая мощная духовная сила, так ступай наружу, найди любое дупло в дереве и впадай там в зимнюю спячку, а не цепляйся за это место!

— Похоже, внутренние раны сказываются, моя духовная сила то появляется, то исчезает, — мужчина протянул руку и тихо уставился на Се Фэя.

Хотя на его лице не отражалось никаких лишних эмоций, Мин Цин все равно чувствовал, что тот давит на жалость!

Се Фэй как раз размышлял о том, как бы половчее уговорить главного героя-морехуна остаться и стать его учеником, как вдруг тот сам выступил с подобной инициативой... Разве не говорили, что потерявший память главный герой обладает чистым сердцем ребенка? Почему ему кажется, что здесь что-то не так?

Все эти мысли пронеслись в голове Се Фэя в мгновение ока. Напустив на лицо жалостливый вид, он поспешно остановил ученика:

— Хватит, Мин Цин. На улице так холодно, его внутренние раны не зажили, а идти ему некуда — если мы прогоним его, разве это не будет слишком жестоко?

Мин Цин с невысказанными словами на устах посмотрел на Се Фэя — он и так знал, что Учитель у него добрый, но от подобного демона с темным прошлым и тяжелыми ранами у него почему-то не покидало предчувствие дурного.

Се Фэй повернулся к мужчине и, немного подумав, осторожно произнес:

— У нас нет великих магических искусств, и мы вовсе не богаты, так что, даже став моим учеником, ты вряд ли чему-то научишься. Если хочешь постигать мастерство, лучше отправляйся в Секту Яосянь, они — первая секта в мире...

— Первое, что я увидел, когда очнулся, — это ты, и я верю только тебе, — мужчина протянул руку, перехватил запястье Се Фэя и с серьезным выражением произнес глухим голосом.

http://bllate.org/book/38118/4772876