Готовый перевод This Young Master is Fierce / Настоящий наследник: Свирепый и верный: Глава 10

Судя по тому, как Чэнь Суйхуай относился к остальным, пусть они и не были близки, в его прохладном отношении неизменно сквозили вежливость и этикет. И лишь когда дело доходило до него, Чэнь Суйхуай в каждом слове норовил проявить ехидство и сарказм.

В первый раз это проявилось, когда зашла речь о шоколаде, потом — когда он знакомил Чэнь Суйхуая с городскими пейзажами, и вот теперь…

Цяо Цзин понизил голос и осторожно спроил Чэнь Суйхуая:

— Ты что, в себе не уверен?

Чэнь Суйхуай:

— …?

Этот человек сошел с ума? Кого он назвал неуверенным в себе?

Да его прошлой жизни сколько гордых голов добровольно склонялось перед ним, так когда же словосочетание «неуверенность в себе» имело к нему хоть какое-то отношение?

Глядя на мгновенно широко раскрывшиеся глаза и недовольное выражение лица Чэнь Суйхуая, Цяо Цзин решил, что попал в самую точку и задел тайные, не предназначенные для чужих ушей душевные терзания юноши.

Тыкать людей в их слабые места не входило в его привычки, однако Цяо Цзин считал, что для долгого совместного проживания некоторые вещи необходимо выложить начистоту и прояснить — только так можно было поступить правильно по отношению друг к другу.

— Я порой не умею подбирать слова, и многие мои поступки, совершенные без всякого умысла, могут вызывать у тебя дискомфорт, но, пожалуйста, поверь, я действительно не желаю тебе зла.

Говоря это, Цяо Цзин протянул руку и накрыл сжатый в кулак кулак Чэнь Суйхуая:

— Если тебе что-то не нравится, говори сразу. Расскажи мне, чтобы в следующий раз я был внимательнее.

— … — Чэнь Суйхуай был настолько потрясен внезапным теплом чужого прикосновения, что его зрачки расширились, и он даже не смог отреагировать мгновенно.

— Тебе тоже не стоит сомневаться в себе, нужно лишь немного времени, чтобы привыкнуть к этому месту, и я верю, что у тебя получится справиться со всем лучше кого бы то ни было.

Цяо Цзин говорил искренне: с самой первой встречи с Чэнь Суйхуаем он чувствовал, что тот вовсе не обычный человек и рано или поздно непременно добьется успеха.

Сам Цяо Цзин совершенно не представлял, каким человеком станет в будущем, но почему-то питал столь непоколебимую уверенность к Чэнь Суйхуаю, с которым познакомился совсем недавно.

Чэнь Суйхуай подходил для этого места гораздо лучше, чем он сам.

Возможно, дело было в природной ауре человека, подумал Цяо Цзин.

Наконец оправившись от первоначального шока, Чэнь Суйхуай бесцеремонно смахнул руку Цяо Цзина. На языке уже вертелся импульс выдать ему порцию едких насмешек, но тут Чэнь Суйхуай неожиданно встретился взглядом с мягко улыбающимися глазами Цяо Цзина.

Раньше ему всегда казалось, что глаза у Цяо Цзина слишком большие. Зачем мужчине такие изнеженные и красивые большие глаза?

Однако сейчас эти глаза выглядели совсем не так, как те, к которым Чэнь Суйхуай привык в прошлом. Их частично затеняли слегка удлиненные прядки челки на лбу Цяо Цзина, что вызывало у него крайний дискомфорт.

Впрочем, это не скрывало сияния тех глаз, а, напротив, придавало им полуприкрытую, туманную и смертельно притягательную таинственность.

Тот Цяо Цзин, к которому Чэнь Суйхуай привык в прошлом, перед выходом на люди непременно укладывал волосы гелем, и каждая линия его мягких темных прядей после тщательной укладки образовывала идеальный изгиб.

Ни то ни се — такова была объективная и беспристрастная оценка Чэнь Суйхуая.

Лицо незрелое, лишенное ответственности, но при этом он копировал элитных работников из офисных высоток, сооружая себе деловой пробор четыре на шесть, словно сопливый мальчишка, который нацепил на шею взрослый галстук.

Он совершенно не вписывался в обстановку, пропитанную духом наживы, и в то же время из последних сил пытался в нее влиться.

Комично и нелепо.

Теперь же эти мягкие прядки ниспадали на его чересчур бледный лоб, то и дело касаясь кончиками уголков глаз, и выглядело это на удивление гармонично.

При этих мыслях Чэнь Суйхуай не смог выдавить из себя ни единой насмешливой фразы. Более того, он даже не осознал, как его собственная рука непроизвольно потянулась к лбу Цяо Цзина и откинула упавшие пряди в сторону.

Так он смог бы полностью рассмотреть его глаза, чтобы тщательно сравнить нынешнего Цяо Цзина с тем образом, что остался в памяти.

Если отбросить одежду, манеру речи, когда слова срываются с языка раньше, чем он успевает подумать, и коварство, которое можно разглядеть с первого взгляда… оставались ли между ними хоть какие-то различия?

А Цяо Цзин тем временем мысленно подсчитывал: с вчерашнего дня это уже второй раз, когда Чэнь Суйхуай смахивает его руку. Хорошо еще, что утром он намазал запястье мазью и боль утихла, иначе после еще одного такого удара без разбору — не говоря уж о том, как это больно — он, пожалуй, еще дня два-три не смог бы нормально удержать ручку.

А ведь на следующей неделе до выходных нужно сдать целых три рукописи.

Похоже, Чэнь Суйхуай и впрямь до крайности презирает любые прикосновения к себе. Что ж, ничего страшного, большинство людей возражает против тактильного контакта с незнакомцами. Это он сам в подобных вопросах был не слишком щепетилен и имел привычку то и дело дотрагиваться до окружающих.

Эту дурную привычку следовало исправить: если они собирались жить под одной крышей, ему стоило реже вызывать раздражение.

Однако Цяо Цзин не успел отвести руку, как перед глазами вдруг легла тень.

Следом между бровей ощутился легкий, щекочущий зуд.

Человек, который, судя по всему, так ненавидел чужие прикосновения, сам протянул руку, отбросил его челку, после чего с недоверием уставился на собственные пальцы и только потом, нахмурившись, перевел взгляд на него.

Цяо Цзин моргнул, не до конца понимая, что происходит, и неуверенно произнес:

— Волосы и правда немного отросли. Недавно был занят небольшим научным проектом, совсем не было времени сходить подстричься, на следующей неделе обязательно укорочу.

— … — Чэнь Суйхуай несколько оцепенело отдернул руку. — А.

Он должен был съязвить еще пару раз — какое ему вообще дело до того, стрижется Цяо Цзин или нет? Но поскольку именно он совершил столь странный поступок, нарушивший личные границы, Чэнь Суйхуай почувствовал себя одновременно неловко и неуютно, поспешно захлопнул рот и постарался не смотреть на Цяо Цзина.

Цяо Цзин же счел этот эпизод как нельзя более кстати: он позволил немного рассеять странную и напряженную атмосферу, что царила между ними до сих пор.

— Отец говорил, что ты младше меня на целый месяц, но почему-то во всех отношениях ты каре выглядишь моим старшим братом: и аурой, и внешностью, и эрудицией, и… — Цяо Цзин усмехнулся, — и даже неприязнью к челке, закрывающей глаза, точь-в-точь как кто-то из старших в семье.

Это он сказал лишь ради того, чтобы сократить дистанцию между ними, не зная, о чем заговорить, и просто болтая наугад.

Старших в семье Цяо и так было немного, а те родственники, что жили за счет семьи Цяо подобно пиявкам, попросту не смели указывать Цяо Цзину, как ему выглядеть. Что же до двух самых близких ему людей — один из них требовал от него успехов в учебе и способности унаследовать семейное дело, а второй…

Да даже если бы Цяо Цзину волосы выкололи глаза, этот его братец стал бы только счастливее.

http://bllate.org/book/38110/4771905