Готовый перевод The Innocent Transmigrated into a Villainous Male Lead / Неуклюжий злодей поневоле: как выжить в мире бизнес-романа: Глава 5

Затем он тихонько забормотал себе под нос:

— Ты слишком много о себе возомнил, я никому постель не согреваю.

Он не смел уходить далеко, боясь, что тот, кого он ждет, не сможет его найти, поэтому нашел стул и присел. Но прежде чем появился нужный человек, раздался телефонный звонок.

На экране высветилось лишь одно слово: «Цзин». Скорее всего, Линь Цзин вчера потерпел поражение и затаил обиду, а теперь звонит выяснять отношения. Су Хэ изначально не хотел отвечать, но ему следовало поставить точку в отношениях с этим человеком.

Когда вызов соединился, поначалу Линь Цзин еще сдерживался, но чем дальше, тем сильнее распалялся. Этот бойфренд прежнего владельца тела всегда держался мягко и учтиво, но теперь маску сорвало окончательно. Голос звучал так громко, что Су Хэ пришлось отвести телефон далеко от уха, однако он все равно отчетливо слышал упреки и угрозы.

Он с бесстрастным видом переждал тираду собеседника, то постукивая пальцами, то оглядываясь по сторонам.

Дождавшись, пока на том конце провода наконец воцарится тишина, Су Хэ вклинился в разговор:

— Линь Цзин, давай расстанемся, больше мне не звони.

Сказав это, он не стал дожидаться ответа, сбросил вызов, занес номер в черный список и проделал все это в одно мгновение, а его пальцы занеслись над экраном.

Выдав тираду, в ответ он получил лишь эту фразу. Линь Цзин, разумеется, взбесился и принялся бомбардировать Су Хэ голосовыми сообщениями в WeChat.

Но Су Хэ даже не стал открывать их и тут же пожаловался на аккаунт Линь Цзин на всех платформах, заблокировав его с невероятной скоростью.

Вскоре телефон умолк, и Су Хэ медленно выдохнул.

Покончив со связями с бессердечными богатыми родителями и никчемным бывшим, его жизнь должна начаться заново... верно?

Глава 4

Мрачно-серая панамера, рассекавшая ночной дождь, взметнула брызги воды. Салон был наполнен ароматом табака, в шлейфе которого угадывалась мятная свежесть вперемешку с легким запахом алкоголя.

Запах сам по себе был неплох, но от этой духоты у него слегка укачало. Су Хэ очень хотел попросить приоткрыть окно хотя бы на щелочку, но боялся, что капли дождя залетять внутрь и испортят обивку, поэтому ему пришлось лишь сильнее прижаться к оконному стеклу.

Заднее сиденье и без того было просторным, так что между ним и Шэн Цзиньюем вполне мог поместиться еще один человек.

Су Хэ поднял взгляд на зеркало заднего вида. Шэн Цзиньюй, опершись о подбородок, сидел с закрытыми глазами, пытаясь прийти в себя. Он переоделся в довольно торжественное бордовое вечернее платье, а рубиновая брошь на груди отражала огни уличных фонарей, отбрасывая слабый отблеск на его подбородок.

Это лицо действительно было безупречным. Челка зачешена назад, создавая аккуратную укладку и обнажая высокий гладкий лоб, однако брови Шэн Цзиньюя были нахмурены, и от всего его вида исходили нескрываемая злоба и усталость.

Су Хэ предположил, что тот, должно быть, только что сбежал с семейного банкета, судя по тому, как много он, казалось, выпил.

Он повернул голову, еще пару раз скользнув взглядом по Шэн Цзиньюю, и прямо спросил:

— Тебе плохо?

Голос Су Хэ звучал тихо, а тембр был тонким, так что его едва не заглушала динамичная музыка.

Шэн Цзиньюй поначалу даже не шелохнулся — то ли не расслышал, то ли проигнорировал. Лишь спустя какое-то время он приоткрыл глаза, белки которых были испещрены красными прожилками.

Даже не глядя на Су Хэ, он бросил небрежно:

— Так быстро начал «исполнять долг», придется тебя похвалить за усердие.

Су Хэ повел себя так, будто вовсе не расслышал насмешки в его голосе, и лишь мягко улыбнулся Шэн Цзиньюю:

— Да в общем-то не за что.

Шэн Цзиньюй холодно усмехнулся и поднял руку, чтобы потереть переносицу.

Голова у него раскалывалась от боли.

В семье Шэн было много потомков, несколько дядей старого господина Шэна все еще были живы, и каждое сборище неизменно оборачивалось грандиозным событием. У Шэн Цзиньюя имелась целая рать дядей, двоюродных и родных братьев, и у каждого был язык без костей.

Он только что с трудом вырвался из лап этой нечисти из родового гнезда, наслушавшись льстивых, насмешливых и язвительных речей до такой степени, что у него уже увядали уши. Возиться с Су Хэ и ходить вокруг да около у него не было ни малейшего желания.

— Что тебе наговорил Шэн Цзунлань? Следить за каждым моим шагом и регулярно докладывать или искать удобный момент, чтобы украсть документы из моих рук? — не открывая глаз, спросил Шэн Цзиньюй.

Су Хэ потребовалось пару секунд на раздумья, прежде чем он сообразил, что тот имеет в виду председателя Шен. Раз он позволяет себе называть собственного отца по имени, их отношения, судя по всему, оставляли желать лучшего.

Он неловко потер руки: Шэн Цзиньюй угадал слишком точно. Все эти поручения действительно дал ему председатель Шен — и впрямь яблоко от яблони недалеко падает.

Су Хэ не умел плести лживые сказки, поэтому оставалось лишь выдать что-нибудь поприятнее:

— Председатель Шен также велел мне позаботиться о твоем здоровье, он надеется, что тебе вскоре станет лучше.

— Вот как... он велел тебе побеспокоиться о моем здоровье? — Шэн Цзиньюй приподнял веки и бросил на него ледяной взгляд, явно не веря ни единому слову.

— Прежде чем молоть чепуху передразнивая меня, потрудился бы хоть подготовиться, не так же фальшиво врать.

Напившись алкоголя, Шэн Цзиньюй стал еще более агрессивным, чем днем, и его слова ранили Су Хэ острее любых иголок.

Теперь Су Хэ всё понял: Шэн Цзиньюй вовсе не испытывал к нему отвращения. Он просто прекрасно знал, что тот — шпион, подосланный отцом, а потому перенес всю свою ненависть к председателю Шен и на него самого.

В тот же миг Су Хэ почувствовал, как земля уходит из-под ног. Откуда Шэн Цзиньюй узнал?!

Разве в книге говорилось не обратное?

И раз Шэн Цзиньюй с самого начала знал, зачем он здесь, разве это еще можно назвать тайным шпионажем?!

Это же чистая «Мафия»! Уровень сложности подскочил в геометрической прогрессии!

Жалко скривив губы, Су Хэ лихорадочно размышлял, в то время как взгляд Шэн Цзиньюя неторопливо скользил по его напряженному лицу. Взгляд этот был холодноват — судя по всему, совесть парня была нечиста.

В салоне гремела лишь назойливая электронная музыка, больше никто не проронил ни слова, из-за чего атмосфера на заднем сиденье на мгновение стала неловкой.

Вдруг легкий холодок коснулся одной щеки. Оглянувшись, Су Хэ заметил, что стекло со стороны Шэн Цзиньюя опущено им самим.

Автомобиль, миновав мост через реку, въехал в центр города. Скорость снизилась, огни светофоров слепили глаза багровым светом, а со всех сторон в салон хлынул шум улицы. К счастью, ливень поутих, и в приоткрытое окно залетали лишь тонкие, похожие на иглы капли дождя, гонимые ветром.

Этот человек, казалось, ни капли не боялся испортить обивку салона или намочить дорогой костюм, позволяя ночному ветру вперемешку с дождем бить ему в лицо.

Привычный запах Шэн Цзиньюя в салоне заметно рассеялся, и симптомы укачивания у Су Хэ наконец немного отступили.

Краем глаза он замел, что правая рука Шэн Цзиньюя, лежавшая на колене, слегка подрагивает. Левая рука изо всех сил давила на нее, вены на тыльной стороне ладони вздулись от напряжения — он явно пытался унять непроизвольные судороги, но, увы, безуспешно.

Дневная перегрузка травмированной руки дала о себе знать: спастические боли сейчас служили прямым сигналом тревоги от организма. Судя по сегодняшнему состоянию Шэн Цзиньюя, он отчаянно сопротивлялся тому, чтобы окружающие заметили, как ранение мешает ему вести нормальную жизнь.

Посмотрев на него с полминуты, Су Хэ тихо вздохнул.

Стоило ему только приоткрыть рот, как Шэн Цзиньюй, неведомо какими судьбами уловивший предзнаменование его слов, властно оборвал его:

— Заткнись.

— Ой, ладно, — отозвался Су Хэ.

Вскоре капелла прибыла в пункт назначения — на Цзиншань, в усадьбу Сяосе.

Этот коттеджный поселок располагал собственным искусственным озером, поэтому температура здесь была чуть ниже, чем в центре города. Огромная вилла выглядела безжизненной, в окнах горело лишь несколько тусклых огоньков.

Выбравшись из машины, Шэн Цзиньюй зашагал широким шагом. Су Хэ показалось, что стоит ему замешкаться хоть на секунду, и его захлопнут перед дверью ночевать в саду, поэтому он поспешил следом за Шэн Цзиньюем в прихожую.

Система «умный дом» одна за другой зажгла лампы в гостиной, а раздавшийся из ниоткуда механический голос едва не довел Су Хэ до инфаркта:

— Молодой господин, вы вернулись! Сейчас десять часов тридцать восемь минут вечера, до оптимального времени отдыха осталось еще двадцать две минуты. Приготовить ли вам ночной перекус, молодой господин? Вода в ванной набрана, примите ванну перед сном, доро...

Нечто, формой до боли напоминающее сваренное вкрутую яйцо, бесшумно скользило по ковру, неотступно следуя за Шэн Цзиньюем и докучливо бормоча под нос.

Разумеется, Шэн Цзиньюй прошел мимо него не останавливаясь, выплеснув все раздражение в коротком приказе:

— Проваливай.

После чего, не оглядываясь, поднялся на второй в этаж в спальню.

Искусственный интеллект продемонстрировал поистине акробатическую покорность: тут же замер у подноствия лестницы и услужливо пропищал:

— Сию минуту.

Оставленный без всякого внимания Су Хэ так и замер у порога. Окинув взглядом просторное жилище, он с удивлением обнаружил здесь полное отсутствие слуг и дворецкого — совсем не похоже на шумный особняк семьи Су, где прислуги было больше, чем самих хозяев.

Растерянно моргнув, Су Хэ перевел любопытный взгляд на «вареное яйцо».

Обнаружив присутствие Су Хэ, «вареное яйцо» тут же подкатило ближе, сменив картинку на экране на очаровательную мордашку из желе:

— Здравствуйте! Вы гость молодого господина?

Пухлый невысокий робот выглядел донельзя мило. Плохое настроение Су Хэ тут же немного рассеялось, и он приветливо улыбнулся:

— Привет, меня зовут Су Хэ, хм... я, кажется, его... помощник по быту?

В знак вежливости «вареное яйцо» тоже представилось:

— Привет, Су Хэ! Я домашний умный ИИ, кодовое имя моей базовой программы — Гермес, но поскольку молодой господин не дал мне собственного имени, можешь звать меня по серийному номеру — S037.

Маленький робот доставал Су Хэ лишь до пояса, пухлый и белый — просто загляденье.

Присев на корточки, чтобы оказаться с S037 на одном уровне, Су Хэ протянул руку и погладил металлическую макушку робота, с улыбкой спросив:

— А ты знаешь, что мне теперь нужно делать?

— Конечно же, отдыхать! — с абсолютной уверенностью заявил S037.

Подкатившись ближе, он изобразил на экране физиономию законченного сплетника:

— Цзинь-цзай парень вредный, ты на него внимания не обращай. Главное — не заходи к нему в комнату, и все будет в порядке, иначе схлопочешь нагоняй, совсем как я!

— Цзинь... цзай? — Су Хэ слегка растерялся. В конце концов, вид у Шэн Цзиньюя был такой устрашающий, что он никак не мог представить его откликающимся на столь нежное прозвище.

S037 заморгал:

— По секрету скажу: это прозвище дал ему старший брат в настройках моей программы. Смотри не проболтайся, а то меня отправят на заводской пересмотр!

Каждая фраза S037 сопровождалась испуганными предположениями — точно так же, как и сам Су Хэ каждую секунду опасался, что Шэн Цзиньюй переломает ему руки и ноги. Теперь этот страх стал еще сильнее: похоже, Шэн Цзиньюй и впрямь был настоящим тираном, точь-в-точь как описывалось в книге!

Уныло вздохнув, Су Хэ кивнул, показывая, что сохранит тайну.

S037 оказался на редкость услужливым: покатав свое пузатое тело из стороны в сторону, он провел для Су Хэ краткую экскурсию по планировке виллы, после чего тот попросил у робота блокнот с ручкой и принялся старательно всё записывать.

Нынешнее тело Су Хэ было слабым и болезненным, а его глаза, судя по всему, страдали каким-то врожденным недугом: они обладали повышенной чувствительностью к излучению от электронных приборов, и стоило ему немного попялиться в экран, как зрение начинало отказывать.

http://bllate.org/book/38049/4763948