Ты можешь меня научить. Лу Цинхань и сам не понимал, почему он проявил такое упрямство: ведь это Цзянь Шиань придумал способ, а он сам навязался помогать. Если что-то пойдет не так, еще неизвестно, не вернется ли этот человек к своему прежнему поведению.
Но продолжать сидеть сложа руки в стороне он не мог. Поразмыслив над всем, он решился попросить Цзянь Шианя научить его.
Хорошо. Только будь осторожен, когда масло разогреется, будет немного горячо. Цзянь Шианю ничего не оставалось, как рука обручах учить его, как определять температуру масла и как аккуратно снимать овощи с бамбуковых шпажек.
Однако сколь бы умным и умелым ни был Лу Цинхань, это не отменяло того факта, что он новичок в жарке на шпажках. К тому же огонь разводили на древесном угле, и контролировать температуру масла было совсем непросто. Не прошло и много времени, как на противне оказалась целая партия обуглившихся продуктов.
Я... Лу Цинхань глубоко вздохнул, мысленно готовясь к шквалу брани и упреков. Чтобы не испытывать стыда, он даже закрыл глаза.
На вкус на самом деле неплохо. Цзянь Шиань взял одну шпажку с картофелем, подгоревшие края оказались вполне даже сдобными на вкус.
Он знал, что тот стесняется, и понимал, что Лу Цинхань на самом деле хотел помочь ему.
Поэтому он тем более не мог отбивать у Лу Цинханя охоту стараться в такой момент.
Лу Цинхань украдкой приоткрыл глаза и, увидев, с каким аппетитом Цзянь Шиань уплетает еду, тут же засуетился: Ты! Разве ты не знаешь, что подгоревшее есть нельзя?!
Но ведь это первая стряпня моего мужа. Губы Цзянь Шианя казались заколдованными, а само словосочетание первая стряпня звучало из его уст донельзя двусмысленно.
Уши Лу Цинханя мгновенно вспыхнули. Более того, он чувствовал, как эта волна жара быстро распространяется от мочек ушей вниз по позвоночнику, до самых кончиков сгорающих от стыда пальцев ног.
В конце концов, я должен все это доесть. Цзянь Шиань, словно лакомясь каким-то редким и изысканным деликатесом, кусок за кусочком отправил в рот всю стряпню Лу Цинханя.
В довершение всего он добавил: К тому же вкус довольно неплох. Благодарю за угощение.
Лицо Лу Цинханя покраснело от стыда, и он демонстративно отвернулся, не желая показывать этому человеку свой жалкий вид.
Он знал, что его глаза слегка повлажнели, но это уж точно не было вызвано умилением от поступка этого человека.
Он просто...
Случайно забросил в глаза ветром пылинку.
Глава 4
Утренний рынок в городе Хуайшуй всегда отличался оживлением, а мелкие лотки по обеим сторонам проходов были поистине главной достопримечательностью города Хуайшуй. На данный момент самым популярным ларьком бесспорно являлась палатка с жареными шпажками Цзянь Шианя.
Сегодня, пожалуй, выдался удачный день.
Когда Цзянь Шиань уже собирался сворачивать лавочку, его острый взгляд заметил приближающуюся знакомую фигуру. Того самого старого знакомого, с которым они виделись пару дней назад.
Владелец Цзянь, оказывается, вы тут состояние делаете. Первым заговорил торговец кунжутным маслом с закрученными усами. Похоже, он уже довольно давно наблюдал за лотком, и, судя по воспоминаниям Цзянь Шианя, этот человек, должно быть, совсем недавно уже заходил сюда купить жареных шпажек.
Руководствуясь принципом говорить поменьше и наблюдать побольше, Цзянь Шиань лишь легко улыбнулся в знак искренности.
Долги Цзянь Шианя были полностью выплачены в тот самый день, когда он получил деньги из ломбарда. По логике вещей, эти кредиторы должны были шарахаться от него как от чумы, смертельно боясь, что он снова заявится к ним в долг за товаром, но теперь они почему-то снова крутились поблизости...
Цзянь Шиань, проработавший в сфере уличной торговли десять лет, прекрасно знал: в этом мире нет вечных врагов и вечных друзей, есть лишь вечные интересы.
Пожалуй, этот владелец Лю тоже это понимал, поэтому и сунулся к нему.
Поняв это, Цзянь Шиань, разумеется, не стал встречать гостя кислым выражением лица, напротив, он даже решил подыграть.
Владелец Лю, вы же знаете, как нынче трудно вести дела. Вот я и схитрил, привез кое-какую новиночку для проезжих господ и путешествующих купцов.
Еще бы, еще бы. Торговец кунжутным маслом, он же Лю Жэньдэ, с улыбкой поддержал разговор. Он с ног до головы окинул Цзянь Шианя оценивающим взглядом, думая про себя, что тот, кажется, и вправду переменился — дежурные фразы так и сыплются из него.
Впрочем, так даже лучше, это только облегчит осуществление его собственных планов.
Владелец Цзянь, тут такое дело. Я смотрю, масла у вас в ларке каждый день уходит немало, не связались ли вы уже с поставщиками кунжутного масла?
Цзянь Шиань мгновенно уловил смысл его слов. Он слегка нахмурился и изобразил недоумение:
Владелец Лю, неужели вы... не хотите продолжать сотрудничество с Цзянем?
Что вы, что вы, владелец Лю тоже был неглуп и все схватывал на лету, а улыбка на его лице от слов Цзянь Шианя стала еще более сияющей.
Разве ж я не вижу, как ваше дело разрастается все больше и больше, вот и пришел поздравить. Цена останется прежней, только вот нельзя ли нам обсудить один вопрос: расчет товара сразу по факту поставки?
Лю Жэньдэ виновато улыбался: выходки Цзянь Шианя напугали его до полусмерти, и он прекрасно понимал, что при озвучивании такого условия тот вряд ли согласится. В конце концов, всем торговцам в городе Хуайшуй было известно, что торговля кунжутным маслом всегда строилась на отсрочке платежа, с какой стати покупателю требовать немедленного расчета?
Лю Жэньдэ знал, что Цзянь Шиань теперь изменился, и эти перемены угадывались по его одежде, манерам и общей ауре.
Он действительно больше не хотел рисковать и вовсе не желал ставить на кон собственную прибыль ради пробуждения совести в Цзянь Шиане.
Тем не менее, вести дела с ним стоило. Он видел, что в дальнейшем расход масла у Цзянь Шианя будет ничуть не меньше, чем у него в период работы ресторана.
Лю Жэньдэ вспомнил те жареные шпажки, которые он специально купил за деньги: овощи, окутанные раскаленным маслом, хрустели при каждом укусе, а если сдобрить их его лучшим кунжутным маслом...
Тьфу!
При этой мыслях Лю Жэньдэ был готов биться об заклад, что дела Цзянь Шианя в будущем пойдут более чем успешно. Разумеется, при условии, что его ларек останется единственным в своем роде во всем городе Хуайшуй.
Хорошо. Цзянь Шиань кивнул. Он изначально не одобрял закупку товаров в долг. Хотя такой метод до определенной степени стимулировал продавцов готовить товар, покупатель никак не мог быть уверен, что торговец не вздумает мухлевать за его спиной.
Высокосортное кунжутное масло от низкосортного мог отличить только старый мастер своего дела, а он, уличный торговец-новичок, где станет искать знатоков для проверки качества масла?
Разобравшись с вопросом кунжутного масла от Лю Жэньдэ, Цзянь Шиань перевел взгляд на ожидавшего в стороне Ли Ю.
Владелец Ли сегодня тоже пожаловал поддержать мою торговлю, Цзянь чувствует себя крайне польщенным. Цзянь Шиань был человеком, который отвечал добром на добро, и в бизнесе превыше всего ценил честность, поэтому этот славящийся своей безупречной репутацией честный торговец чаем пользовался у него весьма высоким расположением.
http://bllate.org/book/38033/4761975
Сказали спасибо 0 читателей