Готовый перевод Nine Hundred Million, I Can / Девятьсот миллионов, я согласна: Глава 11

От звезды первой величины до актрисы восемнадцатой линии — множество женщин публично называли его идеальным партнёром.

Однако он не откликнулся ни на одну.

Одна из подружек Сюй Ин по съёмочной площадке, с которой они раньше вместе работали в массовке, шепнула ей с заговорщицким прищуром:

— Столько красавиц, а ни одна ему не по душе. Неужели он гей?

Сюй Ин вдруг вспомнила вчерашние сплетни Чэн Жань о том, что между Фу Яо и её Линь Цзайцзаем что-то происходит.

Вчера она в это ни капли не поверила.

Но теперь, сидя в машине Фу Яо, эта мысль становилась всё настойчивее.

«Неужели? Не может быть! Как мой Линь Цзайцзай мог влюбиться в Фу Яо? Ведь тот — лёд и сталь!»

А вдруг Фу Яо влюблён безответно? А потом начнёт насильно добиваться Линь Цзайцзая… Ведь тот простой человек, как ему сопротивляться такому наследнику богатой и влиятельной семьи?

Нет, надо срочно всё выяснить.

— Фу Яо, можно задать тебе один вопрос?

— Задавай.

Действительно, ледяной ответ.

Учитывая прежние требования Линь Цзайцзая к партнёру, Сюй Ин всё больше убеждалась, что зря накручивает себя. Но, будучи истинной исследовательницей человеческих душ, она всё же решилась:

— Каких женщин ты любишь? — особенно подчеркнула слово «женщин», надеясь, что он поймёт намёк.

Фу Яо, сосредоточенно ведя машину, внезапно услышал этот вопрос. Лицо его осталось невозмутимым, но внутри он начал размышлять.

«Наконец-то не выдержала и начала косвенно выведывать, какой тип женщин мне нравится, чтобы подстроиться под него?»

«Точно. Вчера в вилле я правильно поступил — не подошёл поддержать её. Её фальшивый спотык не сработал: сразу выдала себя».

Фу Яо нарочно заставил её подождать и, сохраняя бесстрастное выражение лица, холодно ответил:

— Зачем тебе это знать?

Он даже не ответил прямо?

«Всё пропало! Всё пропало!»

Неужели он правда не любит женщин? Тогда Линь Цзайцзай в серьёзной опасности!

Ведь не зря же она вчера застала их вдвоём в комнате отдыха! Если бы она не подошла в тот момент, не пришлось бы Линь Цзайцзая подчиниться его власти?

Чем дальше она думала, тем страшнее становилось. Надо немедленно развеять его иллюзии.

— Фу Яо, а как тебе Чжун Минна?

Как говорится, ближняя вода не потушит дальнего пожара. Съёмки «Хроник императора Миня» продлятся ещё три-четыре месяца, а среди всего окружения именно Чжун Минна, играющая главную героиню, обладает самой яркой внешностью и идеально соответствует общепринятым стандартам красоты.

«Она что, специально проверяет меня?» — подумал Фу Яо, бросив на неё боковой взгляд. Обычно она неплохо играет, но сейчас совершенно потеряла контроль — всё написано у неё на лице.

Уголки его губ едва заметно приподнялись, и лишь спустя некоторое время он ответил:

— Хорошая актриса.

Фраза с двойным дном.

— И… всё? — Сюй Ин ждала хоть какой-то конкретики, а получила совершенно бесполезный ответ. Так дело не пойдёт.

Если бить змею, надо бить в семью пядей от головы. Лучше спросить прямо.

— А как тебе Линь Цэнь? — Сюй Ин замерла в ожидании, сердце колотилось.

Этот вопрос застал Фу Яо врасплох. Он незаметно сбавил скорость и задумался: «Какой смысл в этом вопросе?»

Он долго размышлял, но так и не понял.

«Нет, подожди. Это же она пытается меня соблазнить. Зачем я так глубоко вникаю в её игру?»

— Этот вопрос… трудно ответить? — не выдержала Сюй Ин.

Не зная, что она задумала, Фу Яо дал осторожный ответ:

— Хороший актёр.

Тот же самый ответ, что и про Чжун Минну.

— И всё? — Сюй Ин ожидала, что, помолчав так долго, он начнёт сыпать комплиментами. А в итоге её Линь Цзайцзай в его устах удостоился лишь скупого «хороший актёр»?

Как бы там ни было — нравятся ему мужчины или женщины — как преданной фанатке Линь Цэня ей этот ответ совершенно не нравился.

Она уже открыла рот, чтобы подробно рассказать, насколько Линь Цзайцзай талантлив и прекрасен, но вдруг осеклась.

«Нет, нельзя! Вдруг у него и не было никаких мыслей, а я сейчас всё испорчу и пробужу в нём интерес?»

Лучше не расхваливать.

— Ты хотел что-то сказать? — Фу Яо заметил, что она замолчала на полуслове, и не удержался, чтобы не спросить.

— Ничего! Просто ты очень метко подметил: Чжун Минна отличная актриса, отлично играет и красива. Тебе совсем не повезло бы без неё!

Фу Яо: «?»

— То есть… я имела в виду, что тебе совсем не повезло бы, если бы ты не взял её на главную роль, — поспешила Сюй Ин поправиться, почти выдав свою истинную цель.

Фу Яо всё больше убеждался, что сегодня она ведёт себя странно. Неужели перебрала с алкоголем и сбилась с плана?

При этой мысли перед его глазами возник образ гостиной на вилле, где до сих пор валялись пустые бутылки.

— Сколько ты вчера выпила?

— Не так уж много, всего две-три бутылки, — ответила Сюй Ин, чувствуя лёгкую вину — скорее всего, она преуменьшила количество. К тому же, с определённого ракурса профиль Фу Яо напоминал ей классного руководителя в старшей школе — такого же строгого и холодного.

Именно поэтому она и чувствовала себя неловко.

— В следующий раз пей поменьше. Это плохо сказывается на интеллекте.

Иначе, при таком раскладе, ему будет сложно делать вид, что ничего не замечает.

А как тогда ей продолжать свой план?

Сюй Ин: «?»

Она даже не могла понять — это забота или сарказм.

Доехав до парковки у съёмочной площадки, Фу Яо только успел заглушить двигатель, как женщина на пассажирском сиденье бросила:

— Спасибо, я пошла! — и поспешила выскочить из машины, прихрамывая.

Фу Яо проводил её взглядом, перевёл его ниже — на правую лодыжку — и спокойно отвёл глаза.

Только что в машине она так усердно выведывала, какой тип женщин ему нравится, а теперь убегает, даже не оглянувшись. Что за странное поведение?

На самом деле Сюй Ин боялась быть сфотографированной папарацци. Раньше, работая в массовке, она часто видела, как репортёры и папарацци поджидают у ворот съёмочных площадок с камерами наготове.

Кроме того, ей было неловко находиться рядом с Фу Яо. Ей всё время казалось, будто её поймали на измене мужу.

Фу Яо долго думал, но так и не смог понять её замысла.

Он достал телефон и набрал номер.

Тот долго не отвечал, а когда наконец снял трубку, на фоне слышалась громкая музыка и барабанный бой.

Только Шэнь Фан мог днём кататься по клубам.

Услышав звонок от Фу Яо, он был удивлён — в шоу-бизнесе за Фу Яо прочно закрепилось прозвище «трудяга», и звонки в такое время были редкостью.

— Слушай, президент Фу, режиссёр Фу, что заставило тебя позвонить мне в такое время? — Шэнь Фан отстранил от себя девушку и отошёл от танцпола.

— Есть вопрос.

— Ого? Что-то такое, с чем ты сам не справился? Очень любопытно!

— Не моё дело, — ответил Фу Яо, отводя взгляд от горизонта. Его тонкие губы слегка сжались, и после паузы он произнёс: — Дело одного моего друга.

Шэнь Фан мысленно усмехнулся: «Ага, теперь и Фу Яо прибегает к классическому „у меня есть один друг“».

— Ладно, а что с этим… твоим другом?

— Мой друг недавно женился. Брак по расчёту.

— И что дальше? — Шэнь Фан лёгко цокнул языком.

— Я же сказал — дело моего друга, — недовольно отреагировал Фу Яо на его тон.

— Понял-понял, без обид, — поспешил согласиться Шэнь Фан.

— Вот и ладно. Жена моего друга постоянно пытается привлечь внимание мужа, подчёркивая свою исключительность, чтобы извлечь выгоду.

— А сам друг как к этому относится?

Шэнь Фан делал вид, что не понимает, о ком речь.

— Мой друг… Ладно, зачем я тебе всё это рассказываю? Всё, кладу трубку.

Фу Яо вдруг осознал, что, возможно, слишком долго общался с Сюй Ин и даже начал звонить Шэнь Фану с такими вопросами.

Шэнь Фан, оставшись с гудками в ухе, был в полном недоумении. С каких пор его друг стал таким нервным? Куда делся прежний спокойный и расчётливый Фу Яо?

Сюй Ин, прихрамывая, вернулась на площадку. Чжэн Юань тут же отправил её к гримёрам.

В это время вернулась и Линь Сяо Ли, которая ранее взяла отгул.

— Сяо Ли, зачем ты вообще отпрашивалась? Сюй Ин уже здесь, иди скорее, может, ей что-то нужно, — торопливо сказал занятой Чжэн Юань.

Сюй Ин вернулась, а вот режиссёр всё ещё не появлялся. Всё оборудование было готово, и Чжэн Юань нервничал так сильно, что из и без того редких волос на голове выпало ещё два.

— О, я просто сбегала за мороженым! Хочешь, Сяо Юань, угоститься? — Линь Сяо Ли держала в руках несколько стаканчиков разных вкусов.

Услышав, как она его назвала, Чжэн Юань невольно дернул уголками губ.

— То есть ты взяла отгул только ради нескольких порций мороженого?

— Ага, — кивнула она.

На самом деле нет. Она специально ушла, чтобы дать кузену и кузине возможность побыть наедине. Иначе зачем ей бегать так далеко ради мороженого?

— Сюй Ин уже здесь? А кузен? — Линь Сяо Ли огляделась, но Фу Яо не было.

— Режиссёр ещё не пришёл. Я как раз хотел у тебя спросить… — не договорил Чжэн Юань, как вдруг заметил входящего на площадку Фу Яо и обрадованно воскликнул: — Режиссёр, всё готово, ждём вас!

— Хорошо.

Фу Яо кивнул и перевёл взгляд на Линь Сяо Ли. Спустя мгновение он произнёс с неопределённой интонацией:

— Отгул?

Линь Сяо Ли не посмела встретиться с ним глазами и потупилась, подбирая слова:

— Нет, я просто сбегала купить мороженое для Сюй Ин. Сяо Юань, наверное, неправильно понял.

Чжэн Юань: «??»

— Правда? А Сюй Ин тебе во сне это сказала? — Фу Яо бросил на неё пронзительный взгляд, в голосе зазвучала строгость.

— А? Какое во сне?

— Когда я вернулся, твоя Сюй Ин ещё спала. Если не во сне, откуда ты узнала, что ей хочется мороженого?

— Ах! Кузен, ты навещал… э-э… Сюй Ин? А откуда у тебя ключ? Какие у вас отношения? Я даже не знаю, где она живёт, а ты откуда узнал?

Линь Сяо Ли нарочито широко раскрыла глаза, изображая искреннее недоумение.

Фу Яо нахмурился. Он не знал, с каких пор она так ловко научилась врать, не моргнув глазом.

— Ладно, иди скорее на площадку. В моём проекте не держат тех, кто только ест, не работая.

Чжэн Юань, стоявший за спиной Фу Яо, потёр нос, думая: «Разве я услышал сплетню режиссёра? Доживу ли я до завтрашнего утра?»

— Чжэн-помощник, — обернулся Фу Яо.

— Всё готово, ждём вас! — Чжэн Юань сделал вид, что ничего не слышал.

«Сообразительный», — подумал Фу Яо.

Это был не первый раз, когда Сюй Ин снималась в кино, но играть с кумиром — впервые.

Одетая в костюм рыбачки, она подошла к камере.

Глядя на спину перед собой, Сюй Ин чувствовала, как сердце готово выпрыгнуть из груди.

Линь Цэнь в этой сцене играл юношу-рыбака — простая льняная одежда, свежее и светлое лицо, настоящий юный красавец.

— Сюй Ин, Линь Цэнь, если готовы, начнём! — крикнул Чжэн Юань из-за монитора.

Сюй Ин глубоко вдохнула, показала ему знак «ОК» и мысленно повторила текст.

«Только бы не подвести Линь Цзайцзая!» — мысленно подбодрила она себя.

— Одиннадцатый дубль, первая сцена, начали!

В кадре, в построенном деревянном домике, Линь Цэнь, играющий главного героя, закатал рукава и поставил на стол плетёную рыболовную корзину.

— Братец Лу Юй!

Сюй Ин толкнула полуоткрытую дверь, на руке у неё была корзинка с дикими травами, прикрытыми цветастой тканью.

— Сестрёнка Юнь Доу, ты пришла, — Линь Цэнь опустил рукава и обернулся к ней.

Его кожа была светлой, а с макияжем, подчёркивающим юношескую свежесть, он выглядел по-настоящему ослепительно.

Сюй Ин сначала волновалась, что не справится, но стоя перед улучшенной версией своего Линь Цзайцзая, её восхищение само собой отразилось в глазах.

Её чувства к Линь Цэню во многом совпадали с чувствами Юнь Доу к Лу Юю в сценарии — только в фильме их любовь была взаимной, а в реальности это была лишь односторонняя поклонническая преданность.

http://bllate.org/book/3797/405561