Готовый перевод Beware SSS-Rank Mental Power / Осторожно! Ментальная сила SSS-ранга: Глава 4

Он даже не опустил головы, лишь лениво скользнул взглядом по лежавшему на земле стражу, похожему на мертвеца. На его запястье пару раз милнуло световое кольцо, и в столовую ворвалось несколько солдат, которые подхватили этого стража и вынесли прочь, словно бесформенный кусок грязи.

Затем Чжуан Хэ окинул взглядом остальных присутствующих в столовой, задержал взгляд на Лу Ине и молча удалился.

Хотя, кроме тех слов, он не произнес больше ни единого звука, каждый в зале прекрасно понял смысл поступка главного инструктора.

Лу Инь — его ученик, и никому не позволено его обирать или обижать.

Однако выражение лица самого Лу Иня вовсе не казалось радостным. Когда Чжуан Хэ ушел, Лян Тун и Хуа Хуэйцзян на цыпочках вернулись к столу, неся свои миски, и сели рядом с ним.

Заметив странное выражение лица Лу Иня, Лян Тун легонько толкнул его в бок:

— Главный инструктор Чжуан только что заступился за тебя! Парень, ты же просто на седьмом небе от счастья, да?

Но Лу Инь с ожесточением ткнул палочками в еду в своей миске, и на его лице промелькнуло свирепое выражение:

— Его ботинок наступил на эту мерзость! Он должен наступать только на меня!

Лян Тун и Хуа Хуэйцзян опешили, их лица мгновенно вытянулись от недоумения. Однако тут же они поспешно отодвинулись от Лу Иня подальше. Переглянувшись, они вдруг подумали... пожалуй, в этом даже есть своя логика.

Это же сам Чжуан Хэ! Они бы и сами не отказались оказаться под его сапогом!

Тем временем Чжуан Хэ сидел на третьем этаже, спокойно и тихо обедая со своим подносом, когда к нему подсела Ду Юй и с улыбкой спросила:

— Ходил заступаться за своего маленького стража?

Он холодно и равнодушно взглянул на Ду Юй, но та лишь пожала плечами и немного отодвинулась.

— Способности у твоего маленького стража неплохие, в конце концов, он обладает уровнем 3S.

Терпимость Чжуан Хэ к Ду Юй была несколько выше, чем к остальным, и в ее присутствии он не был столь ледяным.

— Терпимо. Вот только излишне опрометчив, а все его приемы — сплошная неквалифицированная самодеятельность.

— Ничего не поделаешь, этот парень раньше был бродягой, иначе его 3S-потенциал обнаружили бы гораздо раньше восемнадцати лет.

Ду Юй даже немного вздохнула с сожалением. Обычно жители Империи могли за небольшую плату выявить склонности ребенка в раннем возрасте, а те, у кого совсем не было денег, ждали обязательного бесплатного тестирования в Первой Академии по достижении восемнадцати лет.

Если бы талант Лу Иня раскрыли вовремя, сейчас он вполне мог бы соперничать с самим Чжуан Хэ на равных.

— Проверяли его прошлое?

— Мм, он действительно бывший бродяга. Родители, судя по всему, тоже были бродягами, их уже нет в живых.

В голосе Ду Юй прозвучала нотка жалости. Ребенок-бродяга, сумевший вырасти в такого, как Лу Инь, — нетрудно догадаться, какую цену ему пришлось за это заплатить.

— Ясно.

Покончив с едой, Чжуан Хэ поднялся и ушел. Ду Юй задумчиво проводила его взглядом, размышляя, удастся ли ей вообще записаться к нему на сеанс ментальной настройки на этот раз.

Вернувшись домой, Чжуан Хэ закрыл глаза и прилёг отдохнуть, а механические массажные ролики на диване, как обычно, принялись снимать напряжение с его тела.

С завтрашнего дня официально начинались тренировки новобранцев. Сам он не набирал учеников, однако именно ему предстояло выступать главным судьей на военных сборах — в конце концов, во всей академии не было никого с более высоким уровнем физической подготовки.

Вспомнив об экзаменах, которые должны состояться через три месяца, Чжуан Хэ мысленно задался вопросом, какого уровня развития Лу Инь успеет достичь к тому времени.

Военные сборы новобранцев отличались суровостью и жесткостью. Помимо стандартных тестов на выносливость, курсантам приходилось сталкиваться с самыми неожиданными нештатными ситуациями; имитировались даже экстремальные погодные условия вроде ливней и снежных бурь, ведь настоящий боевой театр не станет подстраиваться под вечную весну.

Будучи главным инструктором, Чжуан Хэ выполнял роль основного экзаменатора, в то время как остальные новобранцы были разделены на учебные группы под началом полевых инструкторов. Что же касается Лу Иня, его забрал к себе лично Чжуан Хэ, решив тренировать его самостоятельно.

Больше всего Лу Инь гордился своей сокрушительной взрывной силой: стоило ему вцепиться в добычу в самом начале, как он был готов разорвать ее на части.

Однако на поле боя одной лишь мощи было далеко недостаточно.

Глядя на ослепительное солнце и потеющих на тренировке товарищей, Лу Инь вдруг ощутил легкую растерянность перед собственным будущим.

Позади послышались шаги. Обернувшись, Лу Инь встретился взглядом с холодными глазами Чжуан Хэ.

Глаза Чжуан Хэ были янтарными, хотя Лу Иню они казались скорее золотистыми, очень похожими по оттенку на перья хвоста его Духовной сущности — Феникса.

Сегодня на Чжуан Хэ был надет облегающий черный боевой костюм, застегивающийся на единственную молнию на спине, которая плотно укрывала его от самой шеи до пят. Длинные серебристые волосы были собраны в высокий хвост и покачивались в такт каждому его шагу.

Вероятно, для удобства тренировок поверх костюма — под грудью, на бицепсах и на бедрах — были туго затянуты специальные тактические ремни.

Черные ремни заставили Лу Иня мысленно вернуться в столовую: тогда Чжуан Хэ выглядел точно так же — облаченный в эти ремни, одновременно непорочный и притягательный.

При каждом движении Чжуан Хэ рельеф каждой мышцы на его теле отчетливо вырисовывался сквозь ткань, включая... те самые мягкие округлости.

Возможно, из-за того случая в боевой капсуле, когда Чжуан Хэ зажал его лицо между ног, его взгляд теперь сам собой то и дело соскальзывал именно в эту зону.

Мышцы в других местах казались хоть и соблазнительными, но до боли твердыми, и лишь здесь сохранялась неизменная мягкость, словно два нежных пухлых комочка.

Одетый в боевой костюм Чжуан Хэ стоял перед Лу Инем так отчетливо, будто был абсолютно обнажен. И хотя сам Лу Инь был облачен в точно такую же форму, ощущения от нее разительно отличались.

Чжуан Хэ заметил, что многие взгляды устремлены на него, но давно привык к подобному вниманию.

Он размял запястья, остановился напротив Лу Иня, перевел взгляд на остальных курсантов и инструкторов, и его лицо осталось прежним — отрешенным и холодным.

— Начинаем.

Для новобранцев официально стартовали военные сборы.

В Империи, несмотря на обилие высокотехнологичного дальнобойного оружия, в худших сценариях рукопашный бой лицом к лицу оставался суровой необходимостью.

Именно поэтому Первая Академия использовала методику армейских тренировок Древней Земли.

Самый первобытный способ подготовки неизменно оставался и самым эффективным.

Сначала инструкторы сами показывали упражнение, а затем поправляли ошибки курсантов.

Движения наставников, разумеется, отличались молниеносной быстротой и точностью, а их взрывная сила потрясла каждого из присутствующих, заставив со всей отчетливостью осознать пропасть между обычным человеком и профессиональным военным.

В противовес им тренировка новобранцев выглядела... несколько комично.

Впрочем, как бы стыдно им ни было, сдаваться не собирался никто.

Попасть в Первую Академию было заветной мечтой бесчисленных людей, а успешное окончание академии с последующим распределением в армию открывало путь в элиту из элит.

Каждый курсант стиснул зубы, стремясь доказать чего он стоит — хотя оставалось лишь гадать, сколько из них старались столь усердно лишь потому, что за их успехами с трибуны наблюдал Чжуан Хэ.

Закончив наблюдать за показательными выступлениями инструкторов, а затем и новобранцев, Чжуан Хэ пару раз провел пальцем по экрану светового кольца. Инструкторы мгновенно замерли на месте, выстроились в ряд и отдали ему честь.

Новобранцы еще не успели сообразить, в чем дело, как Чжуан Хэ сам вышел на тренировочное поле.

Те, кто соображал быстрее остальных, мгновенно всё поняли: главный инструктор собирался продемонстрировать все лично!

Один из инструкторов вышел вперед с секундомером в руке, и по его команде фигура Чжуан Хэ сорвалась с места, словно молния.

Все эти препятствия преодолевались им с такой легкостью, будто они состояли из воздуха. Там, где рядовым инструкторам требовалось три-четыре секунды, чтобы перемахнуть через высокую стену, он лишь касался ее кончиками пальцев — секунда на взлет, секунда на приземление.

Что и говорить об остальных элементах полосы препятствий — результаты Чжуан Хэ полностью перевернули представления всех новобранцев о пределе человеческих возможностей.

Только в этот момент они до конца осознали всю мощь и пугающую силу Чжуан Хэ.

Стоявший в стороне Лу Инь следил за ним взглядом, цепким и ядовитым, подобно змеиному.

Напрягшиеся мышцы на сильных бедрах, вздувшиеся вены на руках, вцепившихся в деревянный щит, и тяжело вздымающаяся грудь.

В груди Лу Иня поднялась волна сладковатого, запретного трепета: такой Чжуан Хэ не принадлежал никому, но он сам — ученик Чжуан Хэ, и ему довелось видеть куда больше тайных граней своего наставника, чем кому-либо еще.

Его взгляд скользнул по лицам новобранцев, все еще зачарованно смотревших на Чжуан Хэ; кончик языка провел по небу, помогая скрыть мрачную тень во взгляде.

Неудивительно, что требовалось носить столь облегающую боевую форму: каждая точка приложения усилий на теле Чжуан Хэ прорисовывалась с безупречной четкостью. Те из курсантов, кто обладал большей сообразительностью, в тот же миг поняли, почему до этого они так быстро выбивались из сил.

Один из них возбужденно дернул стоявшего рядом товарища, что-то горячо обсуждая, но к тому моменту показательное выступление Чжуан Хэ уже подошло к концу.

Его серебристые волосы немного растрепались, и несколько непослушных прядей прилипших к щеке, которые Чжуан Хэ привычным движением завел за ухо.

Его грудь слегка вздымалась — не от усталости, ведь упражнения не стоили ему больших трудов, а лишь потому, что он старался наглядно продемонстрировать каждую фазу движения мышц.

При этом его тонкая, подтянутая талия оставалась безупречно прямой — гордая и непоколебимая осанка, в которой сквозила природная уверенность кадрового военного.

Остальные продолжали шумно восхищаться грацией и силой только что увиденного, и лишь Лу Инь смотрел исключительно на самого Чжуан Хэ.

Он помнил, что у Чжуан Хэ очень светлая кожа; покраснеет ли она от прилива крови после столь интенсивной нагрузки?

Лу Инь не знал.

Чжуан Хэ подошел к Лу Иню. Его взгляд оставался совершенно спокойным; он слегка качнул подбородком в сторону тренировочной полосы, приказывая Лу Иню повторить упражнение.

Стоило признать: страж уровня 3S разительно отличался от обычных солдат. Лу Инь с первой же попытки развил скорость, почти не уступающую скорости инструкторов, оступившись лишь на обращении с инвентарем и допустив пару ошибок в технике.

Чжуан Хэ подошел ближе, останавливая Лу Иня, и оказался совсем рядом. Протянув руку, он перехватил руку Лу Иня за запястье и холодно произнес:

— Неправильно распределяешь усилие. Надавливай на доску основанием ладони.

Лу Инь почувствовал, как к его коже прикоснулось что-то нежное и прохладное; от прикосновения чужих пальцев к внутренней стороне ладони по телу пробежала легкая дрозь.

— ...Есть.

Он чувствовал себя рассеянно. Знакомый аромат Чжуан Хэ вновь проник в его ноздри, и при воспоминании о недавнем поединке Лу Инь едва не сорвался, чуть не потеряв опору. К счастью, быстрая реакция помогла ему удержаться в последний момент.

— Сосредоточься. О чем ты думаешь?

В голосе Чжуан Хэ прозвучало недовольство. Терять концентрацию на тренировке — значит подписать себе смертный приговор на поле боя.

Глава 4

— ...Простите.

Лу Инь признал ошибку без промедления — разумеется, он вовсе не собирался открывать Чжуан Хэ истинную причину своего минутного помутнения.

Хотя Чжуан Хэ был явно недоволен, он всё же терпеливо и методично исправил каждую неточность в движениях курсант.

В результате его руки, тыльные стороны ладоней, поясница и даже бедра оказались полностью во власти прикосновений Чжуан Хэ.

И хотя сам наставник не вкладывал в эти касания ни капли чувственного подтекста, Лу Инь мысленно клеймил себя за слабость.

Подумаешь — проводник, чуть красивее и сильнее остальных! Стоит ли из-за этого терять голову?

Однако внутреннее самоедство не могло заглушить волну мурашек, бежавших по коже Лу Иня так сильно, что у него буквально зудела кожа на голове.

Неуловимый, едва ощутимый аромат Чжуан Хэ настойчиво заполнял все его мысли. Лу Иню приходилось одновременно контролировать правильность каждого движения и отчаянно бороться с искушением спросить, какими духами пользуется его инструктор.

http://bllate.org/book/37909/4745187