Готовый перевод My Unordinary Abilities / Мои способности совсем не повседневные: Путь к бессмертию: Глава 12

Ли Сиянь на мгновение замер. Раньше в Секте находились женщины-практикующие, которые признавались ему в чувствах, но он неизменно и решительно отвергал их под предлогом того, что все его помыслы устремлены к Пути, а до сердечных дел ему нет никакого дела. Однако сейчас, когда Цзи Аньнянь признался ему, Ли Сиянь впервые почему-то засомневался.

Он не знал, испытывает ли симпатию к Цзи Аньняню, и если бы согласился, это несомненно проявило бы неуважение к другому человеку. Но если бы он вздумал отказаться… Он взглянул на сияющие в глазах Цзи Аньняня возбуждение и лучезарную улыбку и внезапно почувствовал, что отказать ему просто не сможет.

Ли Сиянь молчал очень долго — так долго, что Цзи Аньнянь уже решил, будто своим молчанием тот выражает отказ. Но тут Ли Сиянь, похоже, принял окончательное решение: его взгляд стал сосредоточенным и твердым, и он выдал редкую для себя длинную фразу:

— Прости, я не знаю, нравишься ли ты мне. Поэтому сейчас могу только отказаться.

Возможно, в будущем он и проникнется чувствами к Цзи Аньняню, но это случится потом, а не в настоящем. Он никогда не разбрасывался легкими обещаниями ради туманного и призрачного будущего.

Цзи Аньнянь вовсе не был удивлен: отказ Ли Сияня изначально читался как самый предсказуемый исход. В конце концов, они виделись всего пару раз и даже друзьями пока не считались.

Он не отрицал, что между ним и Ли Сиянем существовало взаимное притяжение, но до романтических отношений тут было еще далеко.

Хотя в его недавнем предложении и крылась доля искренности, главным образом ему хотелось подразнить этого мужчину, который вечно держался с таким невозмутимым видом и сам того не замечая заигрывал с ним. Ему безумно хотелось увидеть на этом неизменно каменном лице какие-нибудь другие эмоции — наверняка это было бы забавно. И Ли Сиянь оправдал все его ожидания: на его лице отразились замешательство и растерянность. Дурная жилка Цзи Аньняня получила свою порцию удовлетворения, поэтому он не испытывал ни маловластного смущения, а напротив, лишь сильнее распалился.

Он не удержался от легкого смешка. Под лучами клонящегося к закату, теплого солнца в уголках его глаз проступила легкая леность:

— Ха-ха-ха-ха-ха, повелся? Я просто пошутил.

Ли Сиянь опешил. Просто пошутил?

Цзи Аньнянь махнул рукой:

— Ладно, не буду тебя мучить. Считаю, что ты парень интересный, как насчет того, чтобы подружиться?

Увидев, что Ли Сиянь кивнул, Цзи Аньнянь протянул руку не терпящим возражений тоном:

— Телефон.

Телефон? В мире бессмертных практикующих не водилось подобных вещей — там для передачи информации пользовались исключительно духовным восприятием или нефритовыми пластинками передачи звука. Когда он только попал в этот мир, эта дивная вещица под названием «телефон» тоже возбудила его любопытство, и он купил один, чтобы поизучать. А затем…

— У меня нет телефона, — с невозмутимым видом произнес Ли Сиянь.

Цзи Аньнянь посмотрел на его честный взгляд и мгновенно поверил. Наверное, потерял где-нибудь.

— Я дам тебе свой номер. Как купишь новый телефон, обязательно свяжись со мной, ладно?

Цзи Аньнянь вытащил из рюкзака блокнот, аккуратно вывел свои контактные данные, оторвал листок и протянул его Ли Сияню.

Ли Сиянь кивнул, сложил записку вчетверо и бережно спрятал в нагрудный карман рубашки. В душе он немного опечалился: в этот раз придется приобрести аппарат покрепче.

Возможно, из-за того, что он вдоволь подразнил Ли Сияня, на душе у Цзи Аньняня стало гораздо спокойнее. Смутная раздражительность, вызванная выходками rebel, исчезла без следа. Цзи Аньнянь подумал, что и впредь стоит почаще дразнить Ли Сияня. Грех упускать возможность пофлиртовать, когда рядом околачивается такой красавчик.

Глядя на то, как солнце клонится к закату, Цзи Аньнянь поднялся с места и предложил:

— Я иду в столовую ужинать, составишь компанию?

Ли Сиянь коротко хмыкнул, выражая согласие.

Всю дорогу Ли Сиянь по-прежнему почти не разговаривал, лишь останавливал на нем пристальный взгляд каждый раз, когда Цзи Аньнянь открывал рот.

Цзи Аньнянь про себя взмолился: «Спасите, у меня снова приступ страха неловких пауз!»

Он неловко потер нос, лихорадочно соображая, какую бы тему завести.

— Не хочешь говорить — не говори, — внезапно раздался прохладный голос Ли Сияня, и Цзи Аньняню чудом послышалось в этих словах искреннее участие.

Встретившись взглядом с тихими и правдивыми глазами Ли Сияня, Цзи Аньнянь потихоньку стер с лица привычную дежурную улыбку и действительно умолк.

Неизвестно почему, но Цзи Аньнянь вдруг подумал, что в такой тишине тоже есть свое очарование. Ему не нужно было вымучивать темы для разговора; они шли рядом, перекидываясь редкими фразами, и он совершенно не переживал о том, ответит ли Ли Сиянь, ведь знал — всё, что он говорит, Ли Сиянь слушает со всей серьезностью.

Глядя на это простое и сосредоточенное выражение лица, Цзи Аньнянь неожиданно заинтересовался: о чем же сейчас думает Ли Сиянь?

Цзи Аньнянь забрал порцию с раздачи и, обернувшись, обнаружил, что Ли Сиянь с подносом в руках шагает прямо за ним.

Он улыбнулся, выбрал первый попавшийся свободный столик и уселся, а Ли Сиянь молча опустился напротив.

Цзи Аньнянь взял тушеные баклажаны с рисом — в этой столовой они удавались на славу, и он всегда уплетал их за обе щеки. Ли Сиянь заказал лапшу ручной работы, щедро присыпанную сверху зеленью кориандра.

Цзи Аньнянь проголодался и нетерпеливо отправил в рот кусочек баклажана: снаружи корочка приятно хрустела, а внутри мякоть таяла во рту, сочетаясь с кисло-сладким томатным соусом. От этого гастрономического восторга Цзи Аньнянь блаженно прищурился. Он уткнулся в тарелку, орудуя палочками без остановки, и в мгновение ока прикончил половину порции.

Подняв голову, он заметил, что Ли Сиянь тихонько сидит напротив, а его тарелка с лапшой осталась почти нетронутой.

— Чего смотришь на меня? Ешь давай, — поинтересовался Цзи Аньнянь. — Невкусно, что ли?

Ли Сиянь покачал головой и, с явной заминкой и осторожностью подцепив палочками пару нитей лапши, отправил их в рот. Непостижимым образом Цзи Аньнянь умудрился разглядеть на этом бесстрастном лице тень затаенной обиды.

Он понаблюдал за тем, как Ли Сиянь опасливо ест, и через пару минут наконец докопался до истины: Ли Сиянь на дух не переносите кориандр. Каждый раз он вытягивал лапшу предельно аккуратно, но на нее все равно налипали листочки зелени, и тогда Ли Сиянь едва заметно кривил губы, а в его глазах проскальзывало брезгливое отвращение.

Став свидетелем того, как Ли Сиянь в очередной раз со страдальческим видом проглотил лапшу с кориандром, Цзи Аньнянь больше не смог сдерживать смех. Он взял палочки, аккуратно сгреб всю зелень со специфическим запахом в свою тарелку и с лукавой улыбкой уставился на ошеломленного Ли Сияня:

— Теперь можно есть?

На щеках Ли Сияня мгновенно выступил легкий румянец. Сдавленно опустив голову, он смущенно пробормотал:

— Спасибо.

Цзи Аньнянь мысленно умилился: «Божечки, какая прелесть o(≧v≦)o».

Вернувшись в общежитие после ужина, они обнаружили, что на часах уже перевалило за шесть вечера. Цзи Аньнянь облегченно вздохнул, очутившись в пустой комнате, и с довольным видом повалялся на кровати.

Телефон внезапно завибрировал, и, заглянув в экран, Цзи Аньнянь увидел новое сообщение от rebel в мессенджере.

rebel: [Изображение]

rebel: I'm watching you :)

На фотографии было запечатлено, как Цзи Аньнянь аккуратно выбирает кориандр из тарелки Ли Сияня. Цзи Аньнянь приподнял бровь: в кадр попал он сам анфас, в то время как от Ли Сияня осталась видна лишь спина. Судя по ракурсу, снимок был сделан исподтишка спереди и слева от него. Выходит, rebel находился где-то неподалеку? Он тайком его сфотографировал? Впрочем, не исключено, что кадр сделал кто-то другой по поручению rebel.

Как бы то ни было, уголки губ Цзи Аньняня изогнулись в холодной усмешке, а во взгляде проступила ледяная сталь: зря ты снова и снова лезешь ко мне на рожон.

Цзи Аньнянь включил компьютер, открыл блокнот и принялся быстро стучать по клавишам, внося правки в код сайта.

J: А Хуэй, выручай.

А Хуэй: Адрес тот же?

J: Да.

Цзи Аньнянь перевел дыхание: раз за дело взялся А Хуэй, всё будет сделано в лучшем виде.

Как же хорошо, когда в комнате царит такая тишина. Он с наслаждением потянулся, вальяжно откинулся на спинку кресла и принялся бесцельно листать ленту новостей, пока не наткнулся на утреннюю публикацию со страниц малого аккаунта А Хуэя. Запись называлась «Рассказываю всю правду о моем чокнутом соседе». Озадаченный Цзи Аньнянь с интересом принялся читать.

http://bllate.org/book/37849/4736404