Готовый перевод Refusing to Believe in Evil / Вопреки злому року: Глава 2

Глава 2

Когда У Було вернулся домой, от его семисоттысячного гонорара почти ничего не осталось.

Половину он, по обыкновению, сразу перевёл благотворительным фондам. Вторая половина ушла на покупку дикого женьшеня и закрытие долгов по кредитной карте, так что в наступившем месяце ему вновь предстояло затянуть пояс и считать каждую копейку.

Вспоминая те славные времена, когда он сорил деньгами направо и налево, Було почувствовал, будто всё это происходило в прошлой жизни.

От подобных мыслей на душу наползла такая тоска, что на глаза едва не навернулись слёзы.

Из миниатюрного гроба для праха бесшумно соткался полупрозрачный силуэт Чу Юэ. Обвившись вокруг толстого корня женьшеня, который даже на вид стоил баснословных денег, он принялся неторопливо его грызть.

У Було тоскливо перевёл взгляд с драгоценного снадобья на свою скромную тарелку с лапшой быстрого приготовления. Жизнь мгновенно утратила всякий смысл.

— Чу Юэ, скажи на милость, — уныло протянул У Було, лениво ковыряясь вилкой в бумажном стаканчике, — за эти два года ты сожрал столько женьшеня и линчжи, что и не сосчитать. Но почему-то я не вижу вообще никакой разницы. Ты хоть на капельку изменился?

Хотя Чу Юэ и был цзянши, он провёл в беспробудном сне слишком много веков. Когда У Було раскопал его могилу, от некогда грозного тела уцелело всего несколько фаланг пальцев — всё остальное давно рассыпалось в прах.

По совету самого мертвеца Було уложил эти кости в миниатюрный гроб для праха и стал носить с собой, подпитывая собственной энергией. Это не только отлично отпугивало злых духов, но и позволяло Чу Юэ беспрепятственно следовать за своим спасителем.

За последние пару лет, пока они распутывали паранормальные дела, цзянши активно поглощал кровавую ауру греха, исходившую от порочных людей и злобных призраков. Благодаря этому он сумел развиться из бесформенного облачка дыма до вполне различимого призрачного силуэта. Вот только физическое тело восстанавливалось черепашьими темпами. Покупка редких целебных трав с завидной регулярностью вычищала кошелёк Було дочиста.

— Всё это дешёвка, — хладнокровно отозвался Чу Юэ, одарив парня презрительным взглядом. — Так, червячка заморить. По-настоящему мне помог бы только тысячелетний дикий женьшень.

«Тысячелетний?!»

У Було нервно сглотнул. Проще было продать себя на органы.

Цены на традиционные снадобья сейчас кусались, да и продавали на рынках в основном искусственно выращенную чепуху. Но этот гурман наотрез отказывался употреблять фермерские суррогаты, требуя исключительно дикорастущие корни. Неудивительно, что сбережения таяли быстрее, чем весенний снег.

— Не повезло тебе со мной, красавчик, — вздохнул У Було и театрально утёр сухую щеку, изображая горькие слёзы. — Объявись ты года на три раньше, я бы тебя этим тысячелетним женьшенем хоть до отвала закормил. А теперь я гол как сокол. Бедный мой, маешься со мной в нищете... Но не переживай! Настоящий муж не бросает суженую, делившую с ним невзгоды. Вот разбогатею — заживём по-королевски, будешь как сыр в масле кататься!

— Тебе бы на сцену с твоими драмами, — сухо заметил Чу Юэ.

— Какое актёрство! За мной же репортёры по пятам ходить будут. Как я тогда сдам экзамен на должность Иньского чиновника? — резонно возразил Було. — Да и к тому же я слишком хорош собой. Вдруг какой-нибудь продюсер решит затащить меня в постель ради роли? Соглашаться мне или гордо отказаться? Я ведь на плешивых пузанов с пивным брюшком даже смотреть не стану!

«... Клейма на тебе ставить негде».

Чу Юэ пришёл к выводу, что за время своего многовекового сна безнадёжно отстал от причудливого полёта мысли современной молодёжи. Решив не тратить нервы на пустую болтовню, он молча уплыл в дальний угол комнаты, утащив с собой многострадальный корень.

Любой любитель поболтать согласится: нет ничего нелепее разговора, оборвавшегося на полуслове. Оставшись без собеседника, У Було мигом приуныл.

— Ну Чу Юэ, миленький, давай поболтаем!

В ответ — гробовое молчание.

— Я ведь такой несчастный! В университете у меня совсем нет друзей. А когда кто-то пытается со мной заговорить, я просто боюсь отвечать...

Цзянши даже не повернул головы.

— Ну давай хоть про экзамен посудачим, а?

— Заткнись! — прилетело из угла.

Було со вздохом умолк.

Убедившись, что достучаться до сурового сожителя не удастся, У Було открыл ноутбук и зашёл на Форум кадров экзамена Иньских чиновников, чтобы проверить свежие новости.

Счётчик пользователей в сети показывал около шести тысяч аккаунтов, хотя в пиковые часы эта цифра легко переваливала за десять. Разумеется, хорошо если треть из них составляли живые люди — остальная аудитория состояла из призраков, демонов и прочей нечисти.

Едва загрузилась главная страница, как Було наткнулся на бурно обсуждаемую тему в анонимном разделе. Пользователи строчили сообщения одно за другим, забивая ленту.

[Три длинных и один короткий — выбирай самый длинный]: «А-а-а-а-а, почему голодные призраки столько жрут?! Меня эта прорва опять обобрала до нитки, больше не могу её содержать!»

[Какой извращенец вообще составил вопросы с пропусками?]: «Офигеть, своего счастья не ценишь! Да в наше время голодного призрака днём с огнём не сыщешь. У них же убойная сила огромная, кормить можно всякой дешёвой ерундой, да и риск схлопотать откат почти нулевой. Чего тебе ещё надо, зажрался совсем?»

[Да здравствуют шестьдесят баллов]: «Ура, гуляем! Сегодня закрыл одно дельце с привидениями. Попался вопрос со множественным выбором — я тупо ткнул все варианты и угадал! У меня наконец-то заветные шестьдесят баллов!»

[Пусть на мою вакансию больше никто не регистрируется]: «Завидую белой завистью... У меня пока жалкие тридцать два балла, в этот призыв точно пролечу. Придётся, как покойному дедуле, после смерти упорно медитировать и пытаться сдать снова, шмыг-шмыг...»

[Умоляю о великом мастере в напарники]: «На экзамене Иньских чиновников конкурс — один на миллион. Живым ещё везёт, а вы на вакансии для свирепых призраков посмотрите! Спрос дикий, конкуренция бешеная. Никогда не угадаешь, кто подаст заявку вместе с тобой: свирепый призрак или свирепый призрак, который коптит этот свет ещё со времён палеолита».

[Снова в бой на триста лет]: «Очуметь, рейтинг опять обновился! Команда "Бритые Головы" закрыла очередное дело. У них на счету уже триста шестьдесят девять выполненных заданий! Какого чёрта организаторы сквозь пальцы смотрят на этих фармеров?»

[В чём радость жизни]: «Да почему сразу фармеры? Может, у них просто банда огромная, вот и приходится без остановки пахать, чтобы на всех очков хватило. Жаль, ребята шифруются по-чёрному, никто из реальных участников так и не слил инфу. А те редкие "инсайды", что всплывали, оказались дешёвым фейком».

[Говорят, после смерти я стану щеночком]: «Да сколько их там вообще в этих "Бритых Головах"? Где они только находят эти аномалии? Я из десяти проверенных слухов хорошо если трижды на реальную чертовщину наткнусь. И из этих трёх призраков дай бог у одного окажется нужное задание! Может, у них есть какой-то секретный радар? Сил моих больше нет, я от этих поисков скоро умом тронусь...»

***

Далее следовала добрая тысяча страниц с подробнейшим разбором стратегии «Бритых Голов», которую У Було благополучно пролистал.

Правила отбора вполне допускали создание коалиций и боевых групп. После подачи официальной заявки на форуме регистрировался отряд, куда могли вступать новые участники. Модераторы ежедневно выкатывали статистику раскрытых паранормальных явлений — по сути, количество найденных экзаменационных задач. Это подстёгивало отстающих шевелиться быстрее. Лимиты на задания были жёсткими: если шустрые конкуренты заграбастают всё себе, остальным просто ничего не достанется, сколько бы времени ни оставалось до конца тура.

Поэтому кандидаты люто ненавидели везунчиков, которые уже набрали проходной балл, но продолжали пылесосить карту ради рейтинга. Каждый закрытый ими кейс — это украденный шанс для аутсайдеров.

Пролистав ветку до конца и не найдя полезных зацепок, У Було свернул вкладку.

***

"Братишка, если ты читаешь это сообщение, меня, скорее всего, уже нет в живых. Не ищи моё тело и не пытайся разыскать мою душу. Немедленно беги из дома туда, куда я говорила. И запомни самое главное: никогда, слышишь, никогда не верь тем, кто внезапно решит проявить к тебе доброту!!!"

"Беги и не вздумай останавливаться!"

Хлестал проливной дождь. Задыхаясь и даже не думая искать зонт, У Було мчался сквозь ночную темень, прочь от родного поместья. Телефон в руке то и дело вибрировал, принимая отложенные сообщения, которые его сестра настроила заранее. Ему приходилось читать их прямо на бегу, спотыкаясь в грязи.

— Твою мать! Разве нам не говорили, что младшенький у них пустышка и пороха не нюхал? Как этот сопляк умудрился уйти от свирепого призрака?

— Девка сдохла, а значит, ценность точно у её братца. Костьми лягте, но не дайте ему ускользнуть!

— Чёрт, надо перехватить ублюдка до начала экзамена, иначе пиши пропало.

Голоса преследователей звучали где-то вдалеке, но Було отчётливо различал каждое слово, словно шептали ему прямо на ухо. Он знал, что это работает защитный талисман, который сестра успела сунуть ему перед своим исчезновением.

Семья У на протяжении многих поколений славилась тем, что регулярно поставляла кадры для Подземного царства. Они были официальными исполнителями воли Дифу среди смертных и считались одной из самых влиятельных и уважаемых династий. Увы, на его родителях золотой век прервался.

Сначала несколько высокопоставленных Иньских чиновников из их клана устроили мятеж, за что были низвергнуты в бездну Восемнадцати кругов ада, а вскоре при загадочных обстоятельствах бесследно развеялись души отца и матери. Юной У Бухуа пришлось взвалить на свои плечи бремя угасающего рода. Кое-как она тащила эту неподъёмную ношу почти два года, но теперь и её след простыл.

По юношескому, ещё совсем детскому лицу У Було текли струи — то ли холодная дождевая вода, то ли жгучие слёзы. Семья У перестала существовать, он остался совсем один. Среди ночи его разбудил невыносимый жар от талисмана на груди. В тот же миг преданные слуги-призраки, веками охранявшие усадьбу, сгорели заживо, обратившись в пепел. Було не рискнул притрагиваться к фамильным артефактам — схватил документы, кошелёк и бросился наутёк.

Ориентируясь по доносившимся из амулета крикам погони, он старался выбирать самые глухие тропы.

Поместье Семьи У стояло на уединённой вершине холма. Помимо асфальтированного серпантина, вниз вело множество петляющих тропинок, не отмеченных ни на одной карте. Було с детства облазил эти склоны вдоль и поперёк, а потому прекрасно знал, какими лазейками воспользоваться, чтобы обвести преследователей вокруг пальца.

Он никогда не походил на свою старшую сестру, У Бухуа. С самого рождения его духовные каналы были забиты, а способности к даосским практикам стремились к нулю. Родители махнули на него рукой и не требовали свершений, рассудив, что жизнь обычного смертного куда безопаснее. Було и сам не возражал: роль праздного богатого наследника его вполне устраивала, и в дела клана он не совал нос.

А вот У Бухуа считалась гением, рождающимся раз в столетие. Уже в пять лет она с лёгкостью изгоняла разную нечисть, а её редчайшее тело чистейшего Инь вызывало благоговение у старейшин. И теперь эта могущественная заклинательница сгинула без следа, а её никчёмный младший брат даже не имел права отправиться на поиски.

У него попросту не хватило бы сил.

Впереди послышались шаги. У Було резко замер и плашмя рухнул в жидкую грязь, надеясь, что сплошная стена ливня надёжно скроет его присутствие.

— Мы перекрыли все выходы с горы, а этого щенка и след простыл, — раздался недовольный голос совсем близко. — К слову, кто-нибудь вообще знает, как он выглядит?

— В Семье У его прятали пуще зеницы ока. У мелкого штук восемь поддельных паспортов, поди разберись, где его настоящее имя. Придётся ловить на живца.

— Везёт же тем, кто пошёл штурмовать усадьбу. Клан хоть и дышит на ладан, но сколько у них в роду было Иньских чиновников! Наверняка хапнут гору редких артефактов. А нам достанутся крохи.

— Чему удивляешься? Сами виноваты, силёнок маловато с сильными тягаться.

Було затаил дыхание, боясь пошевелиться.

Он прекрасно понимал: его до сих пор не засекли вовсе не из-за глупости врагов. Просто на его груди сейчас горели сразу три талисмана невидимости, скрывая парня даже от взора рыщущих по лесу свирепых призраков.

Однако вечно прятаться не получится, да и прорваться сквозь оцепление — задача невыполнимая. Талисманы лишь делали его незримым, но у подножия холма преследователи наверняка развернули блокирующие массивы, которые мгновенно развеют любые даосские чары.

Вдруг в памяти всплыла очередная строчка из наставлений У Бухуа:

"Братишка, если тебя загонят в угол, беги к той безымянной могиле, которую мы навещали в детстве!"

«К тому жуткому холмику?!»

Було передёрнуло от страха.

Каждый раз, когда старшие водили его туда совершать поминальные обряды, он по возвращении домой слёг с диким жаром и бредил несколько дней. Он до икоты боялся этого проклятого места. Но сейчас выбирать не приходилось: уж лучше сгореть в лихорадке, чем попасться в лапы этим ублюдкам.

У Було не питал иллюзий насчёт собственной стойкости. Он рос изнеженным и трусливым барчуком, безумно боялся физической боли и под пытками раскололся бы в первую же секунду.

«Была не была!»

Стиснув зубы, он круто развернулся и побежал вглубь леса, выискивая заброшенное захоронение.

Тьма стояла кромешная, а тропинку развезло от потоков воды. Було постоянно оскальзывался, падал в грязь и катился по колючим кустам. Защитные письмена на талисманах невидимости начали стираться, стремительно теряя силу.

— Вон он! — раздался торжествующий крик позади. — Держи его!

Було вылетел на небольшую поляну к покосившемуся надгробию. Не помня себя от ужаса, он рухнул на колени и принялся отчаянно разгребать сырую землю голыми руками. Пальцы быстро онемели от холода и боли, под ногти забилась глина, но парень, обливаясь слезами, продолжал копать, словно безумный.

Когда преследователи ворвались на поляну и протянули к нему когтистые лапы, пальцы Було наткнулись в яме на что-то твёрдое. Не глядя, он схватил этот предмет и со всей силы швырнул в лицо первому подбежавшему врагу.

— А-а-а-а! — огласил ночной лес истошный вопль.

Вспыхнул ослепительный зелёный свет. Преследователи один за другим рухнули на землю, катаясь от невыносимой боли и зажимая сожжённые до костей лица.

Сквозь грохот грозы раздался ленивый, слегка хриплый голос, доносившийся прямо из разрытой могилы:

— Эй, малец... Разве старшие не учили тебя, что кидаться чужими пальцами в приличных людей — это как минимум дурной тон?

http://bllate.org/book/37845/4780878