Готовый перевод To Save the World, I Took Earth and Ran / Чтобы спасти мир, я сбежал вместе с Землей: Глава 64

Цзин Цичжэнь поднял взгляд на объятую пламенем виллу, затем оценил размеры сада и расстояние до соседнего дома. Этого пространства вполне хватало, чтобы огонь не перекинулся дальше.

Идти к соседям за шлангом и дежурить у забора, высматривая шальные искры, не требовалось.

— У отдельных коттеджей свои плюсы, — серьезно заметил Цзин Цичжэнь. — Соседи далеко, так что за них можно не переживать. Огонь не перекинется.

— Не всегда, — лениво отозвалась привыкшая к загородной жизни Маньмань. — Бывают исключения. Если хозяева со слишком большим рвением обустраивают сад, понастроив там кучу несогласованных беседок и пристроек, которые управляющая компания не успела снести, пожар запросто может пойти гулять дальше.

Цзин Цичжэнь кивнул:

— К счастью, сейчас зима. Ветра почти нет, да и зелени маловато.

— Хорошо еще, что мы в жилом квартале, — негромко пробормотал внимательный к деталям Лу Линси.

Окажись они сейчас в лесах Шэньнунцзя, где проходила прошлая Зона эрозии, он ни за что не решился бы на поджог. Если честно, даже тогда, в деревне, глядя на устроенный Сюй Сыя Ад кипящего котла, он не только боялся жуткой девчонки, но и изрядно переживал: вдруг один из котлов опрокинется и начнется лесной пожар?..

Сы Цзяян, стоявший за спиной Маньмань, закинул голову, придирчиво разглядывая бушующее пламя, цвет огня и поднимающиеся клубы дыма.

Взяв Полароид, который прихватил с собой Лу Линси, он сделал несколько снимков полыхающего здания. Разглядывая проступающие изображения, Сы Цзяян принялся анализировать оттенок гари и силу пламени:

— Вот этот белесый дым явно от пластика. Наверняка токсичный. Судя по очагу, горит холл первого этажа — там ведь лежали те дешевые одноразовые костюмы для вечеринки. Качество у них явно дрянное, дышать этим точно нельзя. О, глядите, там пламя отливает зеленым! Спорю, это горит латунь или медь.

— Должно быть, каминная решетка или какие-нибудь медные безделушки, — предположил Цзин Цичжэнь.

— Вполне возможно! — согласился Сы Цзяян.

Огонь разгорался все сильнее, и вскоре за сплошной стеной пламени стало уже не разобрать, что именно превращается в пепел.

Филиппинская горничная судорожно всхлипнула и, уткнувшись лицом во влажное полотенце, в отчаянии взмолилась:

— Боже мой!

Стоявшие на противоположной стороне улицы Кэролайн и остальные выжившие, вынужденные сжимать в руках чемоданы и прижимать к лицам мокрые тряпки, молча созерцали бушующее море огня.

В их глазах застыл немой вопрос:

"И это та самая спасательная команда, за которую заплатили бешеные деньги?.. Какого черта они орудуют спичками с такой профессиональной непринужденностью?!"

Обычно невозмутимый профессор Джонс тоже не выдержал. Он резко повернулся к Джойсу:

— Да кто они, черт возьми, такие?!

Джойс, который уже мысленно сдался и плыл по течению, лишь вяло отмахнулся:

— Спросите моего кузена Уилкотеса! Откуда мне знать? Меня заперли вместе с вами. Я ничего не знаю, отстаньте от меня!

Профессор Джонс лишь промолчал в ответ.

Иностранцы растерянно переглядывались. Бежать им было некуда, расходиться — бессмысленно, поэтому им оставалось лишь раздраженно коситься друг на друга.

Тем временем внимание спасателей постепенно переключилось с пылающего здания на Юнь Шуанхуа.

Изначально Цзин Цичжэнь планировал отправить парня к компании Джойса. Ведь как бы тот ни очутился в зоне эрозии — пробрался ли намеренно или угодил случайно, — все его снаряжение состояло из одежды на теле да пресловутой черствой далебы...

Однако сам Юнь Шуанхуа уходить не собирался. Он стоял бок о бок со спасателями, совершенно игнорируя бушующее поблизости пламя.

Лу Линси и Лао Гу как профессиональные военные отличались наблюдательностью. Они уже собирались окликнуть незнакомца и предупредить об опасности, но тут же осеклись от изумления. Несмотря на валивший от виллы едкий дым, Юнь Шуанхуа дышал ровно и глубоко, даже не жмурясь. Едкая гарь словно обтекала его стороной.

Чертовщина какая-то. Обычный человек так себя вести просто не может.

Каким бы выносливым и тренированным ни был организм, без противогаза в таком облаке токсичных продуктов горения долго не протянуть. Газы моментально выжигают слизистую глаз и носоглотки, не говоря уже об опасности смертельного отравления.

Лу Линси и Лао Гу переглянулись сквозь стекла противогазов и молча кивнули друг другу, решив пока не нагнетать обстановку.

Сы Цзяян, державший руки на плечах Маньмань, тоже заметил неладное и предостерегающе сжал ладони.

Девушка промолчала, лишь едва заметно кивнула в знак того, что все поняла, и доверчиво прижалась к плечу мужа.

Цзин Цичжэнь помолчал немного, а затем перевел взгляд на Юнь Шуанхуа.

Почувствовав на себе чужое внимание, тот повернулся. Лицо его оставалось бесстрастным, но в глазах проскользнуло легкое недоумение.

Цзин Цичжэнь проглотил готовые сорваться вопросы и негромко произнес:

— Твоя далеба пропахла гарью, есть её уже нельзя. На соседней вилле найдутся продукты? Я испеку тебе новую.

Юнь Шуанхуа слегка нахмурился:

— Что именно тебе нужно?

— Сложно сказать заранее... Ладно, на месте разберемся.

Собеседник молча кивнул, сохранив все то же мрачное выражение лица.

Впрочем, зная, что за этим холодным фасадом скрывается вполне дружелюбный нрав, Цзин Цичжэнь невольно подумал:

"Может, он при переходе границы зоны себе что-то повредил? Мышцы лица, например..."

Воздух стремительно накалялся. Даже сквозь плотные резиновые маски пробивался удушливый, плотный жар.

— Отодвинемся подальше, — скомандовал Лао Гу. — К самым воротам.

Хотя зимняя стужа кусалась, греться у костра из пылающего особняка было сомнительной затеей.

Все дружно послушались совета и отступили еще на несколько метров назад.

Маньмань повредила только руки, но стоило ей подняться с кресла, как Сы Цзяян повел себя так, будто его супруга лишилась возможности ходить. Подхватив ее на руки, он решительно зашагал прочь от огня.

— Крошка, аккуратнее, — нежно ворковал он ей прямо на ухо. — Обнимай меня за шею только локтями, береги ладони!

Маньмань промолчала.

"Да у меня ноги целы!"

Однако, взглянув в преданные, подозрительно блестящие глаза мужа, она лишь вздохнула, устроилась поудобнее у него на груди и тихонько угукнула в знак согласия.

Цзин Цичжэнь действительно выбился из сил. Он попытался подняться следом, но ноги не держали, пришлось опереться о край стола.

Юнь Шуанхуа, стоявший рядом, сориентировался мгновенно. Недолго думая, он в точности скопировал маневр Сы Цзяяна и без лишних слов легко поднял Цзин Цичжэня на руки.

Юноша ошалело моргнул:

— Э-э... Что?

Юнь Шуанхуа хранил величественное молчание.

Но нес он его по той же траектории, держась поближе к чете Сы, чтобы двое пострадавших могли спокойно продолжить разговор.

Цзин Цичжэнь лишился дара речи.

Маньмань округлила глаза от удивления.

Сы Цзяян одобрительно присвистнул:

— Ого, приятель! А ты силен.

Маньмань тут же ткнула мужа локтем в бок.

Сы Цзяян лишь зажмурился от притворного испуга, не переставая ухмыляться.

Янь Хун, оторвавшись от созерцания пожара, со вздохом поинтересовался у балагурящего парня:

— Тебе тоже комплимент отвесить, что ли?

— Ну что вы, я же адекватно оцениваю весовые категории, — замахал головой Сы Цзяян. — Разве моя хрупкая Маньмань весит столько же, сколько Сяо Цзин?

Супруга одарила его ледяным взглядом.

Цзин Цичжэню захотелось провалиться сквозь землю.

"Детка, ты как? Живой вообще? Сам-то стоять можешь?" — весело защебетал в голове драгоценный Шарик.

"Просто пристрелите меня".

Собрав остатки гордости, он несильно похлопал Юнь Шуанхуа по плечу:

— Пожалуйста, опусти меня на землю.

Юнь Шуанхуа с сомнением покосился на него. На его каменном лице явственно читался вопрос: «Уверен, что не рухнешь?»

— Я справлюсь. Спасибо, — выдохнул Цзин Цичжэнь.

У него просто подкосились ноги от перенапряжения, достаточно было немного посидеть. На самом деле его состояние было куда менее опасным, чем изрезанные ладони Маньмань, которым требовалось время на заживление.

Юнь Шуанхуа окинул взглядом идущую впереди парочку, прикинул, какими вялыми кажутся руки его ноши, и пришел к выводу, что Цзин Цичжэнь сейчас выглядит слишком слабым и беззащитным. А раз так — протесты можно смело проигнорировать.

"Похоже, у слабых и беспомощных нет права голоса. Могу только ворчать, все равно никто не слушает..."

"Сяо Цзин, а чего ты так расклеился? — удивился Шарик. — Ты же обычно парень крепкий!"

"Есть такое".

"Неужели вилла отняла столько сил?"

"Да".

Чтобы не отключиться внутри проклятого дома, ему пришлось терпеть невыносимый гул голоса Земли прямо в черепной коробке. В какой-то момент Цзин Цичжэню казалось, что его мозг просто взорвется.

Лишь очутившись на свежем воздухе благодаря Юнь Шуанхуа, он осознал, сколько энергии сожрала попытка сопротивляться наведенному сну.

Все заняло от силы пару минут, но за это время из него выкачали все соки. Обычная усталость так быстро не наваливается. Именно поэтому он и принял столь радикальное решение — сжечь источник аномалии дотла.

Сонливость навалилась внезапно, удушающей волной, лишая воли к сопротивлению. Мягкими методами тут было не обойтись. Пришлось действовать жестко: разрубить узел одним ударом.

Пожар утихнет нескоро, а сухая далеба Юнь Шуанхуа безвозвратно погибла в дыму. Цзин Цичжэнь отогнал лишние мысли и предложил:

— Идемте в соседний дом, обустроим спальные места. Скоро ночь, надо где-то лечь.

А заодно следовало как-то компенсировать потерю чужого ужина.

Лу Линси указал пальцем на прикрепленную к одежде микрокамеру:

— Я останусь здесь и присмотрю за пепелищем.

Быстро посовещавшись, они распределили обязанности.

Главной задачей у кострища оставалось наблюдение за огнем и контроль над кучкой уцелевших иностранцев, чтобы те не наделали глупостей.

Цзин Цичжэня и Маньмань как временно нетрудоспособных отправили устраиваться на ночлег. Разумеется, Сы Цзяян пошел за женой, а в качестве силовой поддержки к ним присоединился Лао Гу — непревзойденный мастер рукопашного боя.

Юнь Шуанхуа, этот ходячий сборник загадок, не выказывавший, впрочем, никаких враждебных намерений, двинулся вместе с ними. Ему ведь все еще причиталась новая далеба.

По дороге Цзин Цичжэнь шепотом спросил у друга:

— Цзяян, а ты печь-то умеешь?

Наобещать-то он наобещал, но кулинарными талантами никогда не отличался.

Признанный шеф-повар их компании уверенно заявил:

— Были бы печь да мука, а уж за результат я ручаюсь!

— Это точно, — подтвердила Маньмань.

Гуйцзюань с улыбкой покачала головой:

— Получается, вы у нас сегодня за дежурных по кухне?

Цзин Цичжэнь усмехнулся:

— Главное — уловить суть.

"А тебе, похоже, нравится кататься у него на ручках, — съязвил Шарик. — Силы-то все равно кончились. Юнь Шуанхуа — отличный бесплатный транспорт: молчит, лишних вопросов не задает. Пользуйся моментом!"

"Сам ты сломался!"

И тут же поспешно добавил:

"Хотя нет, тебе ломаться нельзя. Если ты загнешься, то и всему человечеству конец".

"То-то же!" — самодовольно фыркнул Шарик, раздуваясь от гордости.

Лао Гу подошел к ним, держа в руках увесистые рюкзаки:

— Ладно, шевелимся. Пора осваивать соседнюю территорию.

Вдруг из ревущего пламени выскочила темная фигура.

Набросив на себя мокрое одеяло и судорожно зажимая рот влажной тряпкой, человек тяжело рухнул на землю, кашляя и задыхаясь.

Кэролайн и профессор Джонс застыли от неожиданности:

— Анджелина?!

Уилкотес от удивления даже перешел на свой излюбленный южный говор:

— Да чтоб меня черти драли! Гляньте-ка, эта девка, оказывается, просто прикидывалась дохлой!

— Главное, чтобы там больше никто не остался гореть, — спокойно заметил Цзин Цичжэнь.

Уилкотес помрачнел, осознав масштаб бедствия, и заорал на младшего кузена:

— Джойс, твою налево! Вы вообще проверяли пульс у тех, кого посчитали мертвецами?!

Джойс, окончательно измученный за день, едва не зарыдал:

— Да почему опять я-то виноват?!

http://bllate.org/book/37752/5258131

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь