Готовый перевод To Save the World, I Took Earth and Ran / Чтобы спасти мир, я сбежал вместе с Землей: Глава 18

— Мама... Мама-Шарик? — Тан Сун на мгновение опешил и растерянно переспросил, словно не веря собственным ушам.

Впрочем, молодую парочку, Маньмань и Сы Цзяяна, зацепило совсем другое. Они переглянулись и в один голос выпалили:

— Зона эрозии?

Цзин Цичжэнь лениво приподнял веки и с самым невозмутимым видом пояснил:

— Матушка-Земля. Сокращенно — Мама-Шарик.

Тан Сун лишь безмолвно таращился на него, мысленно проставляя в ряд знаки вопроса.

Остальные тоже замерли в ступоре. В их головах сейчас роились сотни безответных «почему».

Даже Маньмань и Сы Цзяяна это нелепое «Мама-Шарик» начисто сбило с толку. Позабыв про свои расспросы о таинственной зоне эрозии, влюбленные ошарашенно протянули:

— Матушка-Земля?..

Слыша, как эта компания раз за разом склоняет прозвище «Мама-Шарик», сам Шарик в сознании Цзин Цичжэня уже исходил на говно от ярости. Шарик взбесился окончательно и принялся неистово засыпать парня отборной руганью:

"Цзин Цичжэнь, да я тебя, сука, в #￥&…￥…) перееду!.."

Цзин Цичжэнь остался абсолютно глух к этому мысленному потоку нецензурщины и шифрованных помех. С непроницаемым лицом он подробно пересказал собравшимся, как впервые услышал голос Земли прямо посреди зоны эрозии. Разумеется, и сам термин, и гипотеза пузырьковой вселенной исходили от этого же невидимого собеседника, нагло обосновавшегося в его черепной коробке.

Когда парень закончил свой предельно логичный, сухой и ясный доклад, в переговорной воцарилась звенящая тишина.

Первым опомнился Тан Сун. Он кашлянул и озвучил очевидное:

— Врачи изучили твою компьютерную томографию вдоль и поперек. Мозг девственно чист, никаких патологий или отклонений.

Маньмань и Сы Цзяян переглянулись. Как заядлые геймеры, успевшие к тому же проглотить не один десяток фантастических веб-новелл о выживании в параллельных мирах, они не смогли удержаться от комментария:

— Ну вот, теперь у нас есть даже квестовый NPC. Реальность все больше смахивает на какую-то масштабную игрушку.

Шарик в голове Цзин Цичжэня взвился на дыбы:

"Я тебе не какой-то там квестовый болванчик!"

Цзин Цичжэнь даже бровью не повел.

— Наш Шарик утверждает, что он не NPC, — бесстрастно перевел он.

Сы Цзяян подавился воздухом.

Маньмань тихонько вздохнула и деловито предложила:

— Тогда спроси у него, что вообще такое эти зоны эрозии?

— Да я уже все выспросил, — лаконично отозвался Цзин Цичжэнь.

И он без утайки пересказал им свои предыдущие расспросы: как пытался выведать у планеты координаты других аномальных зон и как этот хваленый высший разум в ответ лишь беспомощно разводил руками.

Сы Цзяян обреченно фыркнул:

— Точно, классический гайд-персонаж из старых ММО. Крутит по кругу три дежурные фразы. Стоит расспросить поподробнее — и привет, пластинка заедает на чем-то вроде: «Приветствую в нашей деревне, о великий герой!»

От такого неуважения Шарик едва не лопнул по экватору. Забыв обиду на «Маму», он в бешенстве взвизгнул в мыслях Цзин Цичжэня:

"Да как он смеет?! Я не тупой скрипт! Я не имею ничего общего с теми безмозглыми ублюдскими планетами, которые бездумно дрейфуют на любой гравитационный призыв! У меня есть самосознание! Я мыслящая, разумная, высокоорганизованная сфера!"

Цзин Цичжэнь поморщился от этого мысленного ультразвука и тихо попросил:

"Сбавь децибелы, а? Голова раскалывается."

Подождав, пока планетарный гнев немного утихнет, он бесстрастно повернулся к Сы Цзяяну:

— Наш круглый друг заявляет, что твои слова оскорбляют его планетарное достоинство, и требует прекратить нападки.

— Э-э... Извиняюсь тогда, — неловко пробормотал Сы Цзяян.

Тан Сун в их пикировку вмешиваться не стал. Он уже вовсю листал контакты в телефоне и, прижав трубку к уху, заговорил быстрым деловым тоном:

— Говорит Тан Сун. Да. Срочно свяжите меня с ведущими специалистами по астрономии и космической физике. Да-да, профиль — пространственные аномалии и космология. Нет, приехать к ним лично я сейчас не могу. Пусть подключаются удаленно, устроим закрытую видеоконференцию. Все вводные им передадут. И еще... найдите парочку толковых профессоров по геологии и наукам о Земле. Тоже пусть будут на связи. Все, выполняйте.

Опустив трубку, офицер Тан обнаружил, что вся честная компания за столом не мигая уставилась на него.

Он обезоруживающе улыбнулся, блеснув аккуратным клыком:

— Что такое? Я что-то не то сказал?

— Мы понимали, что у госструктур длинные руки, — озвучил общую мысль Цзин Цичжэнь, — но чтобы настолько...

Тан Сун усмехнулся:

— Да ладно вам делить на «наших» и «ваших». Я ведь тоже здесь, с вами на карантине кукую. Так подстраховка лишней не будет — исключительно ради общего спокойствия. В конце концов, одна голова хорошо, а научный консилиум — лучше.

Часы на стене показывали глубокую ночь.

Молодежь в лице Цзин Цичжэня, Маньмань, Сы Цзяяна и Уилкотеса, привыкшая полуночничать, усталости почти не чувствовала. Офицер Тан и Янь Хун, закаленные бесконечными дежурствами и авралами, тоже держались бодряком. А вот пожилая бабушка Фан, кассирша Цзинь Гуйцзюань и измученный офисной рутиной Лао Сяо уже вовсю зевали, едва удерживая тяжелые веки.

Заметив это, Тан Сун мягко предложил:

— Если валитесь с ног, может, пойдете отдыхать?

Затем он повернулся к Цзин Цичжэню с виноватой улыбкой:

— Тебе, боюсь, придется еще немного побыть здесь. Профессора скоро подключатся. Не сочти за труд рассказать им все про наш Шарик и зоны эрозии еще раз, ладно?

— Без проблем, — кивнул парень.

Поскольку Цзин Цичжэнь перестал отпускать шпильки в его адрес, Шарик быстро сменил гнев на милость. В его ментальном голосе зазвучали горделивые нотки:

"Ого! Эксперты по Земле! Я так и знал, что вы, людишки, без меня никуда!"

"А то, — мысленно съязвил Цзин Цичжэнь. — Ты наш центр вселенной. Если ты вдруг вздумаешь крикнуть: «Я кончаю жизнь самоубийством, и не смейте меня держать!», то, уверяю тебя, все человечество, за вычетом кучки поехавших сектантов, бросится тебя спасать с воплями: «Шарик, живи, умоляем!»"

"Именно! Так все и будет... Погоди, почему мне кажется, что в твоем голосе сквозит сарказм?"

"Тебе кажется", — соврал парень, даже не моргнув.

"Ладно, так и быть. Покажи мне ваших светил науки, которые изучают меня!"

Цзин Цичжэнь достал смартфон, быстро вбил в поисковик имена ведущих отечественных и мировых геологов и геофизиков, составил краткий список и мысленно переслал его собеседнику:

"На, изучай."

Шарик неожиданно расчувствовался:

"Оу... Спасибо. Как-нибудь на досуге обязательно загляну на их лекции. Знаешь, быть главным действующим лицом и простым слушателем на парах обо мне самом — это совершенно разный опыт."

"Охотно верю", — согласился парень.

"Так, надо прикинуть разницу во времени. Интересно, в каком полушарии сейчас день и идут занятия?"

"Подожди, давай сначала послушаем, что скажут наши спецы", — остановил его Цзин Цичжэнь.

"Ну ладно, уговорил. Сделаю тебе одолжение и останусь", — величественно снизошел Шарик.

Тем временем Тан Сун вывел на огромную интерактивную панель окна видеоконференции. Вскоре на разделенном экране один за другим начали появляться сонные, но крайне заинтригованные лица авторитетных академиков и профессоров.

Впрочем, транслировать изображение из переговорной офицер Тан не стал — в целях безопасности. Он лишь пододвинул к Цзин Цичжэню настольный микрофон и ободряюще кивнул.

Парень поправил стойку, перевел дыхание и заговорил. Первые же звуки собственного голоса заставили его мысленно хмыкнуть — микрофон шел со встроенным шифратором речи, превращавшим его баритон в безликий синтетический тенор, который не узнала бы и родная мать.

Цзин Цичжэнь ровно и методично изложил суть дела. Он ожидал, что на него сразу же обрушится лавина каверзных вопросов, но едва он замолчал, как на том конце провода разверзся настоящий ад. Профессора принялись спорить друг с другом с таким неистовством, будто оказались на передовой интеллектуального фронта.

Если бы не разделяющие их километры кабелей и экранов, они наверняка уже перешли бы от слов к делу и сошлись врукопашную.

Тем не менее, сквозь дебри яростной полемики ученые мужи на удивление быстро нащупали точки соприкосновения и пришли к первым общим выводам.

Поначалу они, разумеется, скептически отнеслись к самой концепции «разумной Земли». Но стоило им принять это допущение как рабочую гипотезу, как один из профессоров-геологов мгновенно переобулся. Сменив гнев на милость, он загорелся идеей использовать новоявленного «собеседника» как живую энциклопедию и засыпал Цзин Цичжэня просьбами расспросить планету о деталях древних геологических эпох.

Шарик лишь презрительно фыркнул, наотрез отказавшись удовлетворять академическое любопытство.

"Скажи ему, пусть закатает губу, — проворчал он в голове Цзин Цичжэня. — Ты сам-то помнишь, какого цвета футболку надевал, скажем, миллиард дней назад?"

Цзин Цичжэнь мысленно покачал головой:

"Я даже не помню, в чем сдавал выпускные экзамены. Помню только, что на дворе стояло пекло, так что на мне точно была футболка с коротким рукавом."

"Вот и я о том же! Я помню только, что до кембрийского периода щеголял в унылом ледяном скине. А потом бахнул эволюционный взрыв, и на мне появилась куча всякой аляповатой живности."

"Да-да, Драгоценный Шарик, ты абсолютно прав", — мысленно погладил его по эго парень.

"Ой, ну ладно тебе... 0.0"

Пока геолог тщетно пытался вытянуть из Цзин Цичжэня воспоминания юности планеты, его внезапно осенило.

— Постойте! — воскликнул ученый. — Мой коллега из сейсмологической лаборатории на днях упоминал странные аномалии. Сначала они приняли их за необычные отголоски тектонических колебаний. Однако детальный анализ показал, что природа этих волн не имеет ничего общего с привычными землетрясениями. Причину до сих пор ищут. И теперь, сопоставив факты, я начинаю думать: не являются ли эти энергетические всплески предвестниками формирования тех самых зон эрозии, о которых вы говорите?

Реакция Тан Суна была молниеносной. Профессор еще не успел договорить, а офицер уже набирал номер технической службы, требуя немедленно запросить и переслать свежие сводки из национального сейсмологического центра.

Спустя всего пару минут Тан Сун развернул экран своего ноутбука к Цзин Цичжэню.

— Вот прислали данные по нетипичным колебаниям за последнюю неделю. Можешь попросить Шарика сверить их с его картой?

Академики на том конце видеосвязи, лишенные возможности видеть экран, зашумели:

— Что там у вас? Выведите графики на общий экран, мы тоже хотим взглянуть!

Тан Сун молча перенаправил поток данных в окно конференции.

Цзин Цичжэнь углубился в координаты. Сверяя полученные от сейсмологов широты и долготы с ментальной картой Земли, он наложил точки на карту Китая. Аномалий оказалось три. И эпицентром самой мощной из них, без всяких сомнений, являлся торговый центр Юньхай Ваньчэн!

Увидев, что теория подтверждается практикой, ученые оживились пуще прежнего. Двое из них, быстро переговорив между собой, заявили:

— Завтра же вылетаем на место! Раз уж процесс зарождения зоны эрозии сопровождается столь мощным энергетическим выбросом, в торговом центре наверняка остались поддающиеся фиксации следы. Нужно провести замеры!

— Возражений нет, — одобрил Тан Сун.

Цзин Цичжэнь лишь мысленно вздохнул. Похоже, несчастному торговому центру Юньхай Ваньчэн не светило открыться в ближайшее время — его превратят в режимный объект для кучи яйцеголовых. Впрочем, это было на руку: завтра днем Тан Сун как раз планировал привезти для разговора госпожу Ли Цзянли.

Парень вновь обратился к Шарику. Убедившись, что тот может с точностью до метра указать места «соприкосновения» с чужими мирами, он развернул карту до глобального масштаба и принялся методично отмечать очаги. На экране один за другим загорались красные маркеры — около полутора десятков уже активных и только зарождающихся зон эрозии по всему земному шару.

Глядя на россыпь алых точек, Цзин Цичжэнь слегка нахмурился и спросил Землю:

"Торговый центр, где мы были, отмечен здесь. Но ведь там все закончилось, верно?"

"Конечно, — самодовольно отозвался Шарик. — Я пинком под зад вышвырнул ту недоделанную сферу со своей территории!"

"Выходит, зона эрозии в Бостоне, где пропали студенты на вечеринке, все еще активна?"

"Она продолжает разрастаться! — посерьезнел Шарик. — Понимаешь, пока ядро эрозии цело, мне чертовски трудно разорвать сцепку. Помимо притяжения самого ядра, между нами, планетами, действует банальная гравитация. Нас буквально затягивает друг в друга!"

"А остальные зоны эрозии, где инцидентов пока не зафиксировано, находятся в фазе формирования? Ты можешь рассчитать точное время их активации?"

"Разумеется, нет! — возмутился Шарик. — Это же зависит не только от меня! Тот паршивый пришелец прет напролом, так что все вопросы к нему!"

"Ясно", — мысленно вздохнул Цзин Цичжэнь.

Он повернулся к офицеру Тану:

— Наш круглый друг дает только географические координаты. Точные сроки запуска аномалий он предсказать не в силах.

— Это поправимо, — мгновенно среагировал Тан Сун. — Я свяжусь с зарубежными коллегами. Если их сейсмологи не спят, у них наверняка найдутся аналогичные аномальные показатели по этим координатам. Сверим часы.

http://bllate.org/book/37752/4948011