Готовый перевод Demon Lord's Babysitter / Демоническая нянька: Мое тело занято: Глава 11

Чжао Мин собственными глазами видел, как его девушка упала в обморок, но не мог даже поддержать её. Это чувство бессилия отзывалось в его сердце горьким разочарованием, а вид двух демонов перед ним, которые принялись о чём-то бормотать на непонятном языке, лишь сильнее разжигал в нём ярость. Однако, учитывая его нынешнее беспомощное состояние, ему оставалось лишь бушевать в собственном Духовном сознании.

— О чём вы там болтаете? Черт побери, Бен! Сначала отнеси Лэ И на кровать!

Выкрикивая это, он машинально взмахнул рукой, но когда перед глазами Чжао Мина мелькнула эта пухлая, похожая на стебель лотоса детская ручка, до него вдруг дошло: что-то здесь не так. С чего это вдруг в руках появилась такая сила?

Если бы Чжао Мин мог увидеть всего младенца целиком, он бы заметил, что этот ребёнок уже подрос — ему исполнилось около трёх месяцев. Большие черные глаза, чуть вздернутый носик и нежные, как свежие бутоны, губки в сочетании с белой, словно тончайший фарфор, кожей делали его похожим на безупречное произведение искусства, живую куклу. Родители, бросившие такого ребенка, явно были слепы. С такой-то внешностью стоило ему вырасти и податься в шоу-бизнес, как деньги рекой потекли бы! Детей ведь надо заводить с расчётом на будущее!

Чжао Мин пока еще ничего из этого не осознавал. Он знал лишь одно: силы вернулись, а шея вновь обрела гибкость. Повертевшись и поерзав в руках Бена, он забормотал что-то неопределенное. Бен решил, что малыш снова срыгивает, и приподнял его столбиком. Видя, как прямо перед его носом мелькает собственное ухо, Чжао Мин вдруг почувствовал, как во рту зачесалось, разинул рот и вцепился зубами в эту плоть. Беззубый рот мог лишь беззвучно присосаться, но младенческая хватка оказалась куда сильнее, чем можно было представить.Бань почувствовал резкую боль в ухе и рефлекторно отдернул голову, уворачиваясь. Чжао Мину же во рту стало еще сильнее щекотать, ему безумно хотелось что-нибудь укусить, и он скрежетал пустыми деснами, издавая бессмысленные младенческие звуки.

Бань тем временем наконец закончил разговор с внезапно появившимся подчиненным и перевел внимание обратно на младенца. Заметив, что тот трется губами и выглядит крайне недовольным, он с некоторым недоумением подхватил его под мышки, поднял перед своим лицом и спросил: — Ты что делаешь? Проголодался? Опять писаться собрался? Или, может, покакать?

Лицо Чжао Мина покраснело от стыда, и он завопил во всю мочь своего Духовного сознания: — Что ты за чепуху несешь? И вообще, взрослому мужчине не пристало использовать такие слова, как покакать, какая гадость!

— Я прочитал об этом в руководстве, — не меняя выражения лица, ответил Бань. — Так что с тобой в конце концов?У меня во рту чешется, хочу поесть. Едва прозвучал голос Чжао Мина, как раздался голос того самого Демонического Генерала, который уничтожил в его доме панорамное окно.

— Господин Бан, позвольте подчиненному взглянуть?

Судя по тому, как удобно было лежать в объятиях этого Демонического Генерала, у этого парня определенно был опыт ухода за детьми. Его мужественное, привлекательное лицо появилось в поле зрения Чжао Мина, двумя пальцами он раздвинул верхнюю и нижнюю губы Чжао Мина и позвал своего командира подойти поближе.

— Господин Бан, посмотрите ему в рот, у него начинают расти зубы.

Бан присмотрелся и действительно увидел, как на розовых деснах проклюнулись несколько белых крошечных зернышек, причем они стремительно росли. Увидев это зрелище, Демонический Генерал нахмурился.

— Господин Бан, не вы ли влили Демоническую Ци в эту плоть?Бань словно немного смягчился по отношению к этому подчинённому и, пытаясь скрыть смущение за показной строгостью, произвёл:

— Что такое? Я считаю заботу об этом младенце слишком хлопотной, разве капелька Демонической Ци кому-то навредит?

— Не говоря уже о том, что ваше истинное тело еще не вырвалось на свободу, — лицо Демонического Генерала стало суровым, и даже Чжао Мин физически ощутил эту удушающую педантичность. — Если вы не умеете заботиться о младенце, просто поручите это мне. Зачем вы растратили драгоценную Демоническую Ци, чтобы насильно вырастить это тело? К тому же, когда ребёнок вырастет, от него будет исходить ваша Демоническая Ци. Если из-за этого на ваш след выйдут из Мира Бессмертных, что вы намерены делать?

Бань вовсе не заглядывал так далеко в будущее — он сделал это просто потому, что ему польстило умение Чжао Мина вовремя сказать лесть. Против воли Владыки Демонов никто не смел пойти, но перед этой въедливой и правильной манерой поведения Демонического Генерала он неизменно пасовал. Сейчас ему оставалось лишь неловко отмахнуться:

— Знаю я, не усложняй, ты думаешь слишком далеко.

Демонический Генерал по имени У хотел было сказать что-то еще, но Бань поспешно перебил его:

— Оставь это! Лучше помоги мне разобраться с этой женщиной, она ужасно надоела.

Услышав это, Чжао Мин тут же завопил:

— Бань! Тебе запрещено трогать Лэ И! Слышишь меня?! Если ты хоть пальцем её тронешь, я пойду с тобой до конца!

Бань хмыкнул, притянул к себе Чжао Мина и произнес:

— И как же ты собираешься со мной бороться?

Лицо младенца покраснело от гнева, крошечные ручки беспорядочно махали в воздухе, но прикосновения к лицу Бань ощущались не сильнее легкого взмаха пера. Видя, как У направляется к Лэ И, охваченный отчаянием Чжао Мин изо всех сил задействовал крошечное тело, и комнату тут же пронзил истошный детский плач. В то же время в голове Баня гремел разъяренный крик Чжао Мина:

— Даже став призраком, я не прощу тебя! Бань! Я никогда не прощу тебя!

Неизвестно почему, но слыша, как Чжао Мин так яростно защищает эту девчонку, Бань почувствовал, как в его сердце поднимается жгучее раздражение. Фыркнув, он бросил У:

— Брось эту женщину в Мир Демонов на корм!

У с почтением ответил:

— Тогда подчиненный попутно вернется в Мир Демонов, чтобы передать весть Четырем Демоническим Генералам, а Владыку Баня прошу пока поумерить Демоническую Ци в человеческом мире и переждать этот период.

— Знаю я! — нетерпеливо махнул рукой Бань.

Под крики Чжао Мина и плач младенца У вместе с Лэ И исчез, шагнув прямо сквозь окно, и Чжао Мин мгновенно онемел от шока.

Бань уложил ребенка обратно на кровать и самодовольно произнес:

— Что, перестал орать?

Чжао Мин странным образом не отвечал. Его девушка, с которой они встречались столько лет, была унесена в Мир Демонов на съедение чудовищам. Пусть порой она бывала излишне ворчливой, временами мелочной или эгоистичной, но для него, как для мужчины, оказаться неспособным защитить любимого человека перед лицом беды было тяжелейшим ударом.

Крупные, чистые слезинки покатились по лицу младенца со сжатыми от боли чертами. Чжао Мин почувствовал тупую боль в груди — даже Бань ощутил в его Духовном сознании густую волну отчаяния и нежелания мириться с происходящим. И в этот момент, когда демон был в растерянности, в его голове прозвучал голос, звучавший совсем не так, как обычно:

— Бань, пока во мне теплится хоть одна искра жизни, я не оставлю тебя в покое! Бань, я буду враждовать с тобой до конца!

Гнев поднялся из самых глубин души. Бань холодно фыркнул и зловеще произнес:

— Что ж, я с удовольствием посмотрю, как именно ты не оставишь меня в покое!

С этими словами он резко развернулся, отошел от кровати и твердо решил больше никогда не обращать внимания на этого упрямца, предоставив ему плыть по течению и выживать как получится.

http://bllate.org/book/37650/4702703