Готовый перевод After Becoming a Scum Bug, I Conquered All / Став отбросом, я покорил мир: История искупления [Завершено]: Глава 11

В последние годы рождаемость самцов-инсектоидов в империи неуклонно падает. Если однажды самцы-инсектоиды исчезнут вовсе, а инсектоиды так и не найдут способ справиться с проблемой психики самок-инсектоидов, исход предсказуем. В Научно-исследовательском институце нарастает тревога, однако пока существует Ассоциация защиты самцов, она никогда не позволит самцам-инсектоидам участвовать в подобных проектах.

Медицинский факультет Имперской военной академии долгие годы поставлял в Научно-исследовательский институт многочисленные таланты, поэтому связь между НИИ и Имперской военной академией была чрезвычайно тесной. Сколь бы заносчивой ни была Имперская военная академия, ей всё же приходилось склонять голову и использовать присущие ей славу и статус, чтобы привлекать к исследованиям самцов-инсектоидов.

Прежде самцы-инсектоиды, опираясь на дарованный им от рождения талант к работе с духовной силой, словно создавались для управления мехами. В те времена поле боя никогда не принадлежало исключительно одним самкам-инсектоидам.

Костяные шипы и крылья наделяли самок-инсектоидов природным боевым даром, а их почти чудовищная физическая выносливость и способность к регенерации делали их поистине непобедимыми.

Однако самцы-инсектоиды, используя духовную силу, могли управлять мехами и покрывать ею всё поле боя, являясь лучшими военными стратегами.

После той катастрофы самцы-инсектоиды утратили способность парить в небесах и мчаться по полям сражений. Они начали деградировать — стали завистливыми, ленивыми, жадными и жестокими. Они позабыли заложенную в крови свирепость, позабыли о былой славе.

Эйвимир отставил чашку с уже остывшим чаем и посмотрел в окно на сияющие огни главного городского района.

В окутанной туманом ванной комнате Итулан открыл оптомозг и вошел в свой аккаунт. Стоило только авторизоваться, как один за другим раздались звуки входящих сообщений. Наверху списка контактов высветился Туань — по интерфейсу было заметно, как сильно тот торопился. Итулан нажал на уведомление.

Он переключился на голографическую связь, и Туань ответил буквально на следующей же секундах.

Маленькие золотистые кудряшки выглядели слегка растрёпанными, под глазами залегли следы усталости от бессонной ночи, а во взгляде читалась скрытная холодность и настороженность. Но стоило Туаню увидеть Итулана, как его глаза мгновенно засияли, наполнились влажным блеском, и он взволнованно воскликнул:

— Генерал, вы в порядке?

Выражение лица Итулана немного смягчилось, а суровые линии подбородка словно разгладились от поднимающегося в ванной горячего пара.

— Я в порядке, Туань.

Туань приходился ему генерал-майором и одновременно принадлежал к знатным самкам-инсектоидам. Как и у большинства самок, его отец-самка отличался крайней ветреностью: у того было три главных супруга-самца и несколько десятков наложников-самцов.

Туань родился от одного из наложников-самцов по имени Сэнь Хуа. К счастью, отец-самка Туаня происходил из знатного рода самок и сам трудился в административном секторе. Хотя мальчик не особо купался в отцовской любви, под заботливым крылом отца-самки он жил весьма неплохо.

Если бы всё шло по планам его отца-самки, Туань должен был унаследовать его власть, а затем подыскать себе подходящего самца-инсектоида — необязательно знатного происхождения, лучше всего простого простолюдина, которым легко управлять.

Сэнь Хуа вовсе не требовалось, чтобы его детеныш стремился к каким-то великим достижениям, он лишь желал, чтобы тот прожил как можно дольше.

Но еще с поступления в детский сад для личинок Туань проявлял необычайный интерес к занятиям по рукопашному бою и управлению мехами для самок. Боевой дух инсектоидов вряд ли удалось бы отыскать у его отца-самки Сэнь Хуа, но в самом Туане он пылал вовсю.

Бесконечные свидания, устраиваемые отцом-самкой, до того осточертели Туаню, что он тайком подал документы в Четвертую армию. В те времена Четвертая армия только обрела самостоятельность и являлась легионом, принимавшим к себе больше всего простолюдинов.

Там еще многое толком не наладили, и Туань сумел этим воспользоваться. А его первым командиром оказался именно Итулан.

Теплый пар в ванной помогал Итулану расслабиться.

— Как обстоят дела на Севере в последнее время?

Туань зорко заметил на шее своего генерала багровый след и в ту же секунду вспыхнул, словно брошенный в огонь фитиль, а в его глазах заметались искры. Он вмиг выбросил из головы привычную сдержанность и рассудительность.

— Генерал! — завопил он. — Он поднял на вас руку? Что у вас с шеей?

Способность самок-инсектоидов к регенерации невероятно сильна. Насколько же тяжелым должно было быть ранение генерала, раз шрам остался вблизи столь уязвимых и трепетных желез, источающих духовную энергию?

Этот самец...

На губах Итулана неожиданно промелькнула редкая улыбка. Он покачал головой и тихо произнес:

— Туань, ты забыл обязательные лекции для самок?

В голове у Туаня на мгновение образовалась пустота, а затем его осенило — словно само собой разумеющееся. Зрачки слегка сузились.

Кончики его ушей покраснели, и он тактично кашлянул пару раз:

— Генерал, так ваше Море Духовной Энергии... стало лучше?

— Мне уже намного лучше, Туань. После окончания отпуска я вернусь на Север.

Итулан совершенно невозмутимо проигнорировал странную атмосферу, воцарившуюся на той стороне связи.

Едва слова стихли, как Туань с трудом удержал улыбку. Генерал действительно сможет вернуться на Север! А ведь он думал, что лучшим исходом станет лишь увольнение в запас и возвращение на Главную планету. В нынешней истории любой зрячий инсектоид понимал, что против генерала плели интриги и заговор. И вдруг — такой поворот событий, генерал всё же возвращается!

— Есть, генерал!

На душе у Туаня заметно отлегло, и он отдал безупречный воинский салют.

Итулан кивнул и отключил вызов.

Быстро ополоснувшись под душем, Итулан облачился в банный халат и вышел, на ходу протирая еще влажные пряди волос.

Виан, словно робкая молодая жена, сидел на кровати, выпрямившись и застыв в подобающей позе. Заметив появившегося Итулана, он вспыхнул чистым взглядом и уставился прямо на приближающегося инсектоида. Его духовные щупальца непослушно потянулись в сторону Итулана.

Тонкие, похожие на лианы духовные щупальца легко коснулись щеки Итулана, и легкое трение вызвало приятное щекочущее ощущение.

Итулан слегка удивился: неужели это духовные щупальца господина-хозяина?

Глядя на собственные никуда не годные духовные щупальца, Виан попытался сохранить невозмутимость. Неужели при тренировке духовной силы что-то пошло не так, и она мутировала?

Самец явно чувствовал себя не в своей тарелке, и его глаза забегали в сторону.

Итулан немного растерялся: неужели самец недоволен? Он подошел ближе, опустился на одно колено и заглянул в глаза с абсолютной нежностью и заботой. Он выглядел донельзя послушным, стоя на коленях перед Вианом. Даже принимая столь унизительную для гордого инсектоида позу, стройная фигура самки сохраняла безупречные, красивые линии.

Внезапно сократившееся расстояние заставило Виана окунуться в приятный аромат, исходивший от Итулана. Стоило ему поднять взгляд, как он тут же встретился с бледно-голубыми глазами собеседника, напоминавшими глубокое и сверкающее ночное небо.

Какое-то не поддающееся описанию ощущение пронзило его изнутри, заставив горло Виана судорожно сглотнуть.

Сердце неожиданно заколотилось сильнее, но он сделал вид, что ему всё равно, и равнодушно отвел взгляд. Коснувшись еще влажных волос самки, он тут же переключил внимание: так дело не пойдет, неужели тот собирается спать с мокрой головой?

Виан сделал манящий жест. Итулан не до конца понял смысл, но послушно подался навстречу ладони самца.

— Не нужно так, Итулан. Вставай скорее, я высушу твои волосы.

Изначально уголки глаз Итулана слегка омрачились от первых слов самца: из-за вчерашней близости он наивно полагал, что господин-хозяин больше не чуждается его общества. Но печаль еще не успела толком зародить горечь в душе, как он услышал вторую фразу Виана — и уныние мгновенно сменилось ликованием, словно после грозы выглянуло солнце.

Итулан осторожно присел рядышком с Вианом, боковым зрение следя за тем, не выкажет ли самец недовольства, однако лицо Виана по-прежнему озаряла мягкая, светлая улыбка.

Опустив взгляд на серебристые пряди между пальцами, Виан ощутил их превосходную текстуру — подсыхающие волосы оказались на редкость мягкими и упругими. Виану даже не хотелось выпускать их из рук. Этот наполненный житейским теплом миг заставил его забыть о сильном чувстве чужеродности, испытанном сразу после попадания в этот неведомый мир.

Исходивший от Итулана аромат растворялся в воздухе, превращаясь в некое опьяняющее сладкое вино.

Заметив, что движения сидящего рядом замерли, Итулан невольно повернулся, желая выяснить причину, но в этот момент Виан мягко ухватил его за мочку уха. Легкое скольжение пальцев принесло мимолетную щекотку, и Итулан кротко подчинился движениям Виана — при всей своей холодной и неприступной внешности сейчас он выглядел невероятно послушно.

Уставившись на белоснежную шею сидевшей перед ним самки, Виан прикусил губу, сглотнул всколыхнувшуюся слюну и всё же отвел взгляд.

— Итулан, твое Море Духовной Энергии стало лучше?

Слова того насекомого-медика врезались Виану в память: стоящая перед ним сильная и прекрасная самка находилась буквально в шаге от полного разрушения Моря Духовной Энергии. Сделанный той ночью укол лишь ускорил распад ее духовной силы. Если он хотел, чтобы она осталась жива, требовалось как можно скорее стабилизировать её Море Духовной Энергии.

Виан уже отступил на пару шагов, то и дело оглядываясь и жалостливо глядя на Итулана.

Итулан, поддавшись какому-то внутреннему порыву, наконец произнес:

— Господин-хозяин, не желаете ли...

Не договорив фразу — Виан, еще не дошедший до двери, совершенно естественным образом развернулся, шагнул назад и опустился на постель Итулана.

— Желаю.

За окном бушевала метель, но в комнате царило тепло. Лицо Итулана казалось безупречно белым, в бледно-голубых глазах неизменно залегла тоска, а тонкие губы слегка сжались. Лежа на кровати, он излучал некую фатальную истовость, словно приносил себя в жертву — сдержанную, запретную и притягательную.

Контроль Виана над духовными щупальцами значительно улучшился: они больше не метались из стороны в сторону и не выходили из-под подчинения. Выпущенные им духовные щупальца излучали белоснежное и изящное сияние, однако на самых кончиках отливали розоватым оттенком.

Тонкие и длинные духовные щупальца ласково потревожили бушующее Море Духовной Энергии Итулана, постепенно успокаивая его. Виан мысленно перевел дыхание, хотя прекрасно понимал: это всего лишь спящий вулкан, и до истинного спокойствия еще очень далеко.

Впрочем, ничего страшного. Пока он рядом, пока он неизменно сопровождает Итулана, всё непременно наладится окончательно. Виан обнял Итулана за шею, заставив того прижаться головой к его груди, и ощутил приятное тепло.

— Итулан, я намерен поступить на медицинский факультет Имперской военной академии. Ты что-нибудь знаешь об этом? — мягко проговорил Виан в тишине комнаты, поглаживая самку по волосам.

Прижавшись к не особо крепким, но теплым и надежным объятиям самца, Итулан тоже позволил себе расслабиться. Подумав пару мгновений, он медленно ответил:

— Медицинский факультет Имперской военной академии открыл курсы для самцов-инсектоидов только в прошлом году. Они начали набирать самцов, судя по всему, чтобы помогать Научно-исследовательскому институту в подготовке кадров. Я слышал от маршала Бай Цзэ, что НИИ уже много лет пытается отыскать способ раз и навсегда разрешить проблему психики самок-инсектоидов.

http://bllate.org/book/37643/4701662