Готовый перевод No Way, You Don't Have a Childhood Friend? / Да ладно, у тебя что, нет друга детства?: Глава 40

Из-за непрекращающегося дождя в кинотеатре было немноголюдно.

На временной стойке для зонтов в углу сиротливо висело всего пять-шесть штук.

В воздухе едва уловимо пахло попкорном и мороженым. Оба запаха были сладкими, но разными по температуре: теплое смешивалось с холодным, рождая липкую, душную влажность, от которой вблизи становилось тяжело дышать.

Неподалеку пятеро парней, на вид старшеклассников, покупали колу в пластиковых стаканах. Газировка с шипением лилась из автомата, у самого края весело пенились пузырьки, и от одного этого зрелища веяло приятной прохладой.

Ши Шу тоже захотелось колы.

Шагая рядом с Лян Цзином, он то и дело косился на автомат, выдавая свои желания с головой.

Лян Цзин заметил это, усмехнулся, но ничего не сказал. Забирая билеты из автомата самообслуживания, он одновременно отправлял сообщение Лу Фэйнин.

Летний сезон кинопремьер еще не начался в полную силу, на большинство фильмов пока только продавали билеты.

На огромном экране над эскалатором крутились трейлеры и реклама. Пестрые блики слепили глаза, а из динамиков под высоким потолком полупустого холла доносилось раскатистое эхо.

Картина, которую посоветовал Вэнь Цзин, оказалась темной лошадкой проката. Сразу после премьеры она получила неожиданно высокие оценки, и количество сеансов лавинообразно росло.

Забрав билеты, Лян Цзин остался ждать Ши Шу.

Тот вскоре вернулся, бережно неся два стакана. Даже на этом коротком пути Ши Шу ухитрился отвлечься: стоило ему улыбнуться Лян Цзину, как в следующую секунду его внимание привлекла вошедшая в кинотеатр пара — мать с дочкой. Малышка была в забавном нежно-розовом дождевике с бантиками, который мама, присев на корточки, как раз помогала ей снять.

— Я попросил Лу Фэйнин убрать видео, — сказал Лян Цзин, забирая свой стакан.

Пить он не стал. На проецируемом экране в одном из трейлеров мелькнул силуэт, показавшийся ему знакомым. Лицо женщины напомнило Шу Мин, но кадр сменился так стремительно, что Лян Цзин усомнился в своей догадке.

— А... — Ши Шу сделал глубокий глоток и поспешно проглотил газировку. С видом человека, спасающего мир, он выхватил телефон и открыл приложение. — Я же еще не дочитал все комментарии в теме!

Лян Цзин промолчал.

До начала сеанса оставалось еще прилично времени, и они устроились на диванах в зоне ожидания. Напротив выстроились автоматы с игрушками и витрины со всевозможным мерчем и коллекционными фигурками в закрытых коробках — так называемыми «блайнд-боксами». Стайка школьников, забрав свою колу, направилась прямиком туда и теперь шумно выбирала заветные коробочки.

— Из Фубэй, — обронил Лян Цзин, глядя на высокого худощавого парня на краю компании.

— Что? — Ши Шу на миг оторвался от экрана, но смотреть в ту сторону не стал. Он весело улыбнулся Лян Цзину и снова уткнулся в «Маленький рупор». Спустя полминуты его плечи затряслись от беззвучного смеха. — Лян Цзин, скажи честно, тебя в десятом классе на линейке действительно ударило флагом? Прямо шмякнуло по лицу? Ха-ха-ха! Знаешь, что там пишут? Кто-то заметил, как ты покраснел! А еще говорят, ты спускался со сцены, путая руки и ноги...

Лян Цзин только вздохнул.

Мыслями Ши Шу был бесконечно далек от кинотеатра — его целиком поглотил форум с его ворохом школьных сплетен и слухов. В порыве веселья он напрочь забыл о приличиях: сполз по дивану и привалился боком к Лян Цзину, уткнувшись макушкой в его рюкзак.

Лян Цзин повернул голову и посмотрел на него.

На уроках Ши Шу никогда не сидел с таким сосредоточенным лицом. Губы его по-прежнему кривились в довольной усмешке, а пушистые темные ресницы то и дело взмахивали. Со стороны он казался на редкость послушным мальком, но лишь самые близкие знали, каким невыносимым он становится, когда начинает дурачиться. Лян Цзин сидел так близко, что улавливал тонкий аромат его шампуня — точно такой же, каким пах он сам после утренних объятий. Чистый, нежный запах.

Лян Цзин промолчал. Полюбовавшись им немного, он отвел взгляд и снова принял лениво разглядывать экран, ожидая нового рекламного блока.

В холл потянулись новые зрители. Похоже, скоро должны были объявить посадку.

— Я ведь попросил Лу Фэйнин убрать тему, — повторил он.

По пластику стакана стекали прозрачные капли конденсата — лед внутри постепенно таял. Лян Цзин взял стакан Ши Шу, чтобы проверить содержимое: тот помнил о своем капризном желудке, поэтому взял колу безо льда.

Ши Шу поерзал, устраивая затылок на рюкзаке поудобнее, и расслабленно протянул:

— Наверное, она еще списывается с администратором. Это быстро не делается...

Школьники у витрин с фигурками дружно и громко загомонили — кому-то, видимо, попалась редкая модель. Малышка у кассы звонким голосом спорила с мамой, выпрашивая ведерко попкорна.

Самый обычный, сонный день.

Если не считать унылого дождя за окном.

Вдруг скрежет работающего эскалатора стал громче: из соседнего зала повалила толпа зрителей после окончания сеанса. В холле сразу сделалось шумно.

— Наш сеанс еще не объявили? — Ши Шу огляделся по сторонам.

— Почти пора, — отозвался Лян Цзин.

Тем временем на экране закончилась реклама и замелькали эффектные кадры нового трейлера.

Ши Шу поднялся с дивана, готовый идти к контролеру.

— Погоди, — Лян Цзин придержал его за руку, не отрывая взгляда от экрана. — Мне кажется, я только что видел твою маму.

Ши Шу резко обернулся и уставился на экран.

Как раз в этот момент главная героиня фильма, катя за собой чемодан, уходила вдаль. Сверху со свистом рухнуло огромное розовое сердце, которое, плавясь подобно восковой свече, растеклось по экрану забавными буквами названия: «Тайком люблю тебя».

Вдобавок буква «ю» в конце выпустила парочку мультяшных пузырей.

Ши Шу оцепенел. Он затравленно огляделся по сторонам, а затем перевел взгляд на Лян Цзина — тот изучал дурацкий логотип с абсолютно невозмутимым лицом.

С тихим стоном Ши Шу опустился обратно на диван и зажал ладонями лицо.

— Ты уверен, что это была она? — приглушенно спросил он.

Лян Цзин кивнул. На фоне сгорающего от стыда Ши Шу он выглядел сущим ангелом.

— Ага. Кажется, кадра два. Наверное, эпизодическая роль. — Заметив, как у того алеют уши, он негромко рассмеялся: — Да я и сам не уверен, все промелькнуло слишком быстро. Может, подождем следующего круга?

Трейлер сменился бесконечной чередой коммерческой рекламы.

Ши Шу подпер подбородок рукой и со вздохом уставился на экран.

— Слушай, даже если моя мама решила покорить кинематограф, зачем сниматься в таком?.. Ты точно обознался.

— Точно, — покорно согласился Лян Цзин, едва сдерживая улыбку. — Обознался.

— И все же внутренний голос шепчет: «Нет, верь Лян Цзину, это она. Кто еще, если не она?» — Ши Шу обреченно вздохнул. — Ладно, на сеансе рассмотрю получше.

Лян Цзин тихо рассмеялся.

На их сеанс уже объявили посадку, но до начала самого показа оставалось добрых минут десять, так что они не спешили.

Ши Шу караулил трейлер, даже про телефон забыл, по-прежнему уютно устроившись на плече у Лян Цзина.

Тот сделал еще пару глотков, достал смартфон и, быстро вбив в поисковик название «Тайком люблю тебя», без труда отыскал в списке актеров имя Шу Мин. Оно скромно значилось в самом конце, в графе «приглашенные звезды». Тихонько убрав телефон в карман, он с самым невозмутимым видом продолжил ждать вместе с Ши Шу.

—... Да ты шутишь! Прямо своими глазами видела? Сюй Тана? Точно не ошиблась?

— Можешь орать еще громче, чего уж там.

— Но как так-то?.. Рядом с ним правда была девушка? Серьезно? Ну и козел...

— Умоляю, потише!

— Да ладно тебе... Просто поверить не могу. Из-за него тогда такой скандал поднялся, а потом его к нам перевели...

Пока парни молча ждали трейлер, на скамью позади них присели две девушки. Одна из них мимоходом мазнула взглядом по Ши Шу и Лян Цзину, после чего опасливо огляделась по сторонам.

Ши Шу и Лян Цзин переглянулись.

Имя «Сюй Тан» показалось обоим смутно знакомым.

Вдруг одна из девушек поднялась с места и крикнула парням у витрин:

— Цзян Нин!

Тот самый худой подросток обернулся на голос, и его лицо мгновенно просияло:

— Старшая сестра!

Ши Шу с любопытством приподнял голову.

Цзян Нин, сделав пару шагов навстречу девушкам, заметил сидящих перед ними Ши Шу и Лян Цзина. Его глаза удивленно округлились. Узнав старого знакомого, он приветливо кивнул Лян Цзину:

— Лян Цзин, сколько лет, сколько зим! Не думал встретить тебя здесь. У вас в Фучжуне тоже каникулы начались?

Ши Шу перевел вопросительный взгляд на Лян Цзина.

— Он из Фубэй, — негромко пояснил Лян Цзин. — На олимпиаде по математике отборочный тур проходил у них в школе, мы оказались в одной команде. — Он скользнул взглядом по стоящим рядом девушкам: — Они, похоже, тоже оттуда, но постарше, уже выпустились.

Ши Шу понимающе кивнул, но расспрашивать не стал. Его взгляд снова намертво прикипел к большому экрану. Он даже про колу забыл.

Забавному упрямству Ши Шу нельзя было не улыбнуться. Лян Цзин только хотел шепнуть ему что-то на ухо, как почувствовал легкое похлопывание по плечу. Обернувшись, он увидел Цзян Нина, который уже тащил за собой всю свою честную компанию.

— Слышал последние новости? — Цзян Нин без лишних церемоний примостился на свободный край дивана. — Помнишь учителя Хуа, который гонял нас на сборах? Он проговорился, что Наньда собирается объявить о самостоятельном наборе студентов. Ты сам туда планируешь поступать? Мест-то кот наплакал, и если ты пойдешь, у нас, простых смертных, шансов поубавится...

Последнюю фразу он произнес со смешком, явно набивая цену их соперничеству, и замер в ожидании ответа.

Лян Цзин чуть развернулся к собеседнику. Боковым зрением он видел круглый затылок Ши Шу, который сидел замерев и по-прежнему прижимал к себе стакан с колой.

— Посмотрим, — ровно ответил Лян Цзин. — Надо еще с родителями обсудить.

— Да ладно тебе, — Цзян Нин удивленно переглянулся с приятелями. — У тебя же отец в Наньда преподает. Тебе туда сам бог велел поступать, глупо упускать такую возможность.

— Наньда — всего лишь один из вариантов. Лян Цзин и в Эм-да без проблем поступит, если захочет, — лениво, но довольно резко вмешался в разговор Ши Шу, даже не соизволив обернуться. — И вообще, что такого особенного в этом вашем Южном университете? Если у него там отец работает, это что, значит, что теперь всей семье до десятого колена только туда дорога?

Лян Цзин тихонько фыркнул и ласково потрепал Ши Шу по волосам.

Девушка, которую Цзян Нин звал старшей сестрой, полюбопытствовала:

— Цзян Нин, а это кто с тобой?

— А, знакомьтесь. Лян Цзин, лучший ученик на физмате в Фучжуне. А это наша выпускница, Чжоу Юянь, она сейчас как раз учится в Эм-да.

Ши Шу мгновенно обернулся к ней, его глаза восхищенно заблестели:

— Ого, ничего себе! Вот это круто!

Восхищение в его голосе было абсолютно искренним.

Но для Лян Цзина эта непосредственность прозвучала совсем по-другому.

Он молча уставился на Ши Шу. Выражение его лица почти не изменилось, и расспросы Цзян Нина не задели его ни на йоту, однако от этих восторженных слов в глубине его темных глаз вспыхнул опасный огонек. Этот тяжелый, собственнический взгляд не предвещал ничего хорошего.

Ши Шу поймал его взгляд и не продержался и секунды — поспешно отвел глаза, смущенно кашлянул и пробормотал под нос:

— Ладно, я лучше маму на экране караулить буду...

Только тогда губы Лян Цзина тронула едва заметная усмешка.

Возможно, дело было в переменах, произошедших между ними за последнее время, но теперь Ши Шу без всяких слов угадывал малейшие колебания настроения Лян Цзина. Все стало предельно очевидным.

Особенно когда тот ревновал.

Тут и гадать не приходилось. Ревность Лян Цзина заявляла о себе громче июньской грозы. Разве что над ухом у него не орал мегафон: «Ты серьезно сейчас хвалишь какого-то постороннего парня?! А на меня посмотреть не хочешь? Я что, по-твоему, недостаточно хорош? Недостаточно умен?!»

Ши Шу оставалось только мысленно сокрушаться.

Глядя на экран, он невольно вспомнил их недавнее сумасшествие в школьном спортзале. В голове Лян Цзина определенно существовал отдельный закрытый архив под кодовым названием «Обиды за всю ревность, скопившуюся из-за Ши Шу за долгие годы». Раньше Ши Шу об этом даже не догадывался. Но после того случая уяснил твердо: злить Лян Цзина в такие моменты смертельно опасно. Тот терял всякий самоконтроль — бесцеремонно хватал, срывал одежду и принимался исступленно, до изнеможения целовать.

— О, так вы из Фучжуна? — подала голос вторая девушка. — Значит, точно должны знать Сюй Тана! Он ведь тоже ваш бывший старшеклассник. В свое время он...

— Перестань, — Чжоу Юянь неловко кашлянула и попыталась сменить тему. — Я же сказала, мне могло просто показаться.

— Сюй Тан? — нахмурился Цзян Нин. — Разве он не уехал за границу? Перевелся к нам в школу, не проучился и года — и укатил. А что с ним не так? Насколько я знаю, он поступил в Чикагский университет, парень с мозгами.

Теперь все присутствующие, за исключением Ши Шу, который упорно гипнотизировал экран, и Лян Цзина, не сводившего с Ши Шу глаз, уставились на Чжоу Юянь.

Девушка попыталась отмахнуться:

— Да пустяки, просто показалось, что мельком видела его в фойе...

— Значит, точно он! — ухмыльнулся круглолицый добродушный парень из компании Цзян Нина. — Мы когда коробки выбирали, я тоже заметил знакомое лицо. Юянь-цзе, ты не ошиблась, это сто процентов он!

Чжоу Юянь промолчала, явно не желая продолжать разговор.

— Слушайте, а кто вообще такой этот Сюй Тан? — спросил кто-то из младших ребят. — Что за тайны мадридского двора?

Новички из компании засыпали Цзян Нина вопросами.

Лян Цзин заметил, как Ши Шу при этих словах незаметно навострил уши.

Подруга Чжоу Юянь заговорила вполголоса:

— Он учился на два класса старше нас, шел на золотую медаль. Можете у ребят из Фучжуна спросить, они наверняка слышали эту историю. Тогда их школьный форум, «Маленький рупор», заблокировали больше чем на месяц. И все из-за того, что Сюй Тан публично признался в любви.

— Подумаешь, великое дело, — фыркнул кто-то. — Нашли из-за чего форум закрывать. Подумаешь, признание.

Цзян Нин кашлянул, привлекая внимание, и заговорщически понизил голос:

— Все дело в том, что признался он парню. Просекаешь фишку?

Ши Шу внутри весь подобрался.

Он вспомнил, как когда-то слышал обрывки этих слухов, но тогда счел их обычной школьной легендой. Выходит, все правда. Юань Си как-то обмолвилась, что именно после того скандала с форума вычистили кучу архивных веток, а на «Маленьком рупоре» ввели строгую модерацию.

На пару секунд повисла тишина.

Старшеклассники замялись, не зная, как реагировать.

— В Фучжуне эту тему тогда замяли очень жестко, — добавил Цзян Нин, слегка подтолкнув Лян Цзина локтем. — Огласки они не хотели. А когда Сюй Тана перевели к нам в Фубэй, история потихоньку всплыла наружу. А вы сами-то ничего об этом не слышали?

Лян Цзин коротко качнул головой.

На экране как раз начался трейлер комедии «Тайком люблю тебя».

— Ну вот, а сегодня мы видели его под ручку с какой-то девчонкой, — со злорадным вздохом продолжила подруга Чжоу Юянь. — Пришли в кино как ни в чем не бывало. Ну не двуличный ли тип? Сначала из-за пацана устраивает драму на всю школу, а теперь гуляет с девками. Тьфу, противно...

Чжоу Юянь поняла, что затыкать рот раздухарившейся подруге бесполезно, и лишь тихо вздохнула. Она перевела взгляд на Ши Шу. Парня никто не представил. Судя по всему, Цзян Нин понятия не имел, кто он такой, да и Лян Цзин намеренно опустил этот момент при знакомстве.

«Надо же, какой симпатичный мальчик, — невольно подумала Чжоу Юянь, разглядывая его тонкие черты лица. — Как вообще можно вырасти настолько красивым?»

— Может, он бисексуал? В наше время рамки пола уже стираются...

— Да какое там! Родители наверняка наступили на горло, — отмахнулась девушка. — Тогда ведь его предки устроили в Фучжуне грандиозный скандал. Дирекция пыталась все замять, но компромисса не нашли, пришлось переводиться. Его мать грозилась затаскать школу по судам за «пропаганду» и «неправильное воспитание». Зато как он к нам в Фубэй ушел, наши учителя прямо расцвели. Еще бы, утереть нос великому Фучжуну!

— Да ну, бред какой-то, — засомневался Цзян Нин и повернулся к Чжоу Юянь. — Юянь-цзе, вы точно ничего не перепутали? Может, это сестра его была? Я тут расспрашивал про учебу в Штатах, в Чикагском университете у меня есть знакомый. Он пересекался с Сюй Таном и говорил, что тот парень, из-за которого все началось, позже приехал к нему в Чикаго. Они вместе учились. Если у них все было настолько серьезно, с чего бы ему сейчас гулять с девчонками? Всего-то пара лет прошла.

— Ничего удивительного, — меланхолично вставил один из приятелей Цзян Нина, кивая на экран, где в трейлере как раз высветилась пафосная цитата. — «Любовь — это иллюзия, а реальность всегда бьет наотмашь». Вот уж точно. Любви не существует, все это чушь собачья.

Цзян Нин прыснул со смеху:

— Ой, прости, брат, совсем забыл, что тебя только-только бросили.

— Спасибо, удружил. Я уже почти забывать начал...

— Прошу прощения, наш сеанс начинается. Нам пора, — внезапно перебил их Лян Цзин.

Он мягко, но настойчиво потянул Ши Шу за собой. Вежливо, одними губами улыбнувшись компании, Лян Цзин развернулся и увлек своего парня к контролю билетов.

На экране над эскалатором в этот момент вновь рухнуло гигантское розовое сердце, знаменуя конец трейлера.

Фигуры ребят быстро скрылись за поворотом коридора.

— М-да, понтов у этих фучжуновских не занимать... — пробормотал один из парней, глядя им вслед. — Весь разговор молчал с таким видом, будто мы для него пустое место.

— Да ладно тебе, — возразил другой, почесав затылок. — По-моему, ему просто было плевать. Он только и ждал, когда мы замолчим. Наверное, мы и правда расшумелись. Еще и давай при них перемывать кости этому Сюй Тану...

— Брось, мы в общественном месте и не орали на весь зал, — отмахнулся первый. — К тому же эта каша заварилась в их хваленом Фучжуне...

Цзян Нин вздохнул и повернулся к Чжоу Юянь:

— Но этот Лян Цзин реально монстр в плане учебы. Так что, Юянь-цзе, не исключено, что скоро он станет твоим однокурсником в Эм-да.

Девушка вежливо улыбнулась, но промолчала.

Холл казался полупустым, но внутри кинозала яблоку негде было упасть.

Рекламный блок перед сеансом уже закончился, и свет погас. Пространство погрузилось во мрак, разбавляемый лишь тусклым зеленым свечением указателей аварийного выхода.

На огромном экране, заливая зал холодными сполохами, медленно вращалась одинокая планета, уплывая в бесконечную пустоту нарисованного космоса.

Из-за задержки в холле им пришлось пробираться к своим местам в самом центре ряда в полной темноте.

Лян Цзин крепко сжимал ладонь Ши Шу, ведя его за собой и негромко извиняясь перед потревоженными зрителями.

Когда они наконец уселись и он отпустил руку Ши Шу, то почувствовал, какими ледяными были его пальцы.

Лян Цзин повернулся к нему. Ши Шу сидел замерев, с каким-то потерянным, отрешенным видом.

Немного помолчав, Лян Цзин склонился к его уху и прошептал:

— Ну так что, разглядел тетушку Шу Мин в трейлере?

Ши Шу вздрогнул, повернул к нему голову, но ничего не ответил.

В блеклом, мерцающем свете экрана, выхватывающем из темноты парящие пылинки, их глаза встретились. В этот миг им обоим не нужны были слова — они понимали друг друга безраздельно.

Ши Шу отвел взгляд и едва слышно выдохнул:

— Да нет... не успел разглядеть.

Он казался затерянным в пространстве: то ли все еще прокручивал в голове чужую историю любви и предательства, то ли погрузился в собственные невеселые мысли. Словно маленькая, всеми позабытая планетка, он одиноко дрейфовал посреди этого темного зала — притихший и растерянный.

Лян Цзину не нужно было ничего объяснять. Он все понял.

Он ласково прикоснулся к его лбу тыльной стороной ладони:

— Не переживай. Я проверил в сети, твоя мама действительно там снималась...

Ши Шу слегка наклонил голову, уклоняясь от ласки, и умоляюще прошептал:

— Вокруг же люди...

Лян Цзин молча убрал руку.

Фильм оказался комедийной фантастикой.

Сюжет крутился вокруг чудаковатого ученого, который вычислил, что ровно через трое суток Земля столкнется с гигантским астероидом и погибнет. Разумеется, никто ему не поверил, посчитав сумасшедшим фантазером.

Посреди сеанса Ши Шу, перебравший газировки, тихонько выскользнул в туалет. Когда он вернулся на свое место, на экране как раз шла уморительная сцена: главный герой изливал душу своей подружке, а та, преисполнившись сочувствия, предложила напоследок «взять от жизни все» и без долгих раздумий принялась сбрасывать одежду. Ученый в кадре комично паниковал, одновременно пытаясь не пялиться на нее слишком откровенно.

Зал дружно покатился со смеху.

Ши Шу, пропустивший завязку сцены, зашептал на ухо Лян Цзину:

— Чего все ржут?

За час с лишним кино полностью завладело его вниманием, вытеснив из головы тоскливые думы, и теперь им двигало чистое любопытство.

Но Лян Цзин даже не повернулся к нему. Более того, он сухо уперся ладонью в лоб Ши Шу, мягко, но непреклонно отодвигая его обратно, и холодно обронил:

— Не мешай людям смотреть фильм.

Ресницы Ши Шу щекотно затрепетали о его ладонь. Почуяв, что Лян Цзин находится на грани очередной вспышки дурного настроения, он решил не искушать судьбу, послушно затих и выпрямился в кресле.

Вторая половина фильма оказалась еще более захватывающей. Взрывы хохота сотрясали зал каждые пять минут. К финалу Ши Шу окончательно развеселился. Выходя из кинотеатра, он напрочь забыл и о недавних сплетнях, и о мимолетной роли матери. Наперебой делясь впечатлениями, он тащил Лян Цзина за рукав, загоревшись идеей зайти в торговый центр и наесться острого хотпота.

Они вышли на улицу. Дождь кончился, оставив после себя умытый, пахнущий свежестью асфальт.

Один так и сиял, а на его щеках все еще горел здоровый румянец после душного кинозала. Второй выглядел мрачнее тучи. Лян Цзин буравил его тяжелым, нечитаемым взглядом, словно прикидывая, не проще ли прямо здесь вырубить этого несносного мальчишку и утащить домой под замок.

Тем временем на город опускались сумерки. Влажный туман медленно таял в воздухе.

В вечернем воздухе отчетливо чувствовалось дыхание раннего лета — казалось, теплый ветер доносил соленый шлейф далекого Тихого океана.

Лян Цзин упорно хранил молчание. Ши Шу тоже притих, не зная, с чего начать разговор. Он безропотно плелся следом, то и дело обреченно вздыхая.

В каком-то смысле Лян Цзин чувствовал себя безвинно замученным.

А Ши Шу, в свою очередь, считал, что тот просто-напросто капризничает на пустом месте.

Они дулись друг на друга, напоминая две планеты из разных галактик, чьи орбиты вопреки всем законам физики пересеклись в одной точке. Каждое их столкновение грозило локальной катастрофой и искажением пространственно-временного континуума.

Внезапно Лян Цзин замер как вкопанный, уставившись на яркую вывеску круглосуточного мини-маркета.

Ши Шу проследил за его взглядом и робко предложил:

— Ну ладно... Фан Аньюй как-то говорил, что у них тут завезли обалденный рис с раками...

Лян Цзин наградил его таким уничтожающим взглядом, что Ши Шу моментально прикусил язык. После чего, железной хваткой взяв его за запястье, Лян Цзин потащил его к дороге ловить такси.

Они поехали в точно такой же сетевой магазинчик, но расположенный в самом центре города.

Через полчаса Ши Шу стоял у кассы этого круглосуточного маркета и смотрел на друга как на сумасшедшего:

— Лян Цзин, ты совсем с катушек съехал? На кой черт переводить деньги на...

Но в следующую секунду его челюсть едва не встретилась с полом.

Лян Цзин с абсолютно невозмутимым видом протянул руку к витрине у кассы и снял с крючка упаковку презервативов.

Никакого риса с раками здесь не было.

И, разумеется, никогда не планировалось.

Их мысли двигались в диаметрально противоположных направлениях.

Всю обратную дорогу в такси Ши Шу не сводил испуганного взгляда с рюкзака Лян Цзина, куда тот самым будничным жестом спрятал заветную коробочку.

Примечательно, что после этой покупки Лян Цзин заметно повеселел. От его недавней могильной мрачности не осталось и следа — он выглядел на удивление довольным и умиротворенным. Словно подменили человека.

Но Ши Шу от этого стало только страшнее. Ему казалось, что прямо сейчас этот довольный хищник готовится проглотить его целиком, даже не поморщившись.

Вжавшись в противоположную дверцу машины, он робко спросил:

— Ты... все еще злишься на меня?

Только в этот момент до него наконец дошла истинная причина недовольства Лян Цзина.

Лян Цзин медленно повернул к нему голову. На его губах играла легкая, почти ласковая полуулыбка, но взгляд оставался пугающе глубоким и темным. Он безупречно владел собой — за пару секунд этой игры в гляделки Ши Шу едва не купился на его мирный вид.

Но Лян Цзин молчал. А его молчание пугало сильнее любых криков.

Ши Шу еще плотнее вжался спиной в дверь такси и предупреждающе прошептал:

— Лян Цзин, не сходи с ума.

От волнения и страха его щеки вспыхнули пунцовым цветом. Пожилой водитель на переднем сиденье подозрительно зыркнул на них через зеркало заднего вида.

Лян Цзин проследил за его паническим маневром и негромко, ледяным тоном процедил:

— Можешь отсесть еще дальше. Чего уж там, давай остановим машину и ты поедешь на другой?

Ши Шу оцепенел. Этот язвительный, вкрадчивый тон живо воскресил в памяти ту безумную сцену в школьном спортзале. Но сейчас у него не хватило бы духу спорить или дерзить в ответ — он прекрасно понимал, что если сорвется на крик, Лян Цзин устроит скандал прямо в салоне такси.

Остаток пути прошел в мучительном напряжении.

Когда машина наконец затормозила у дома, даже водитель не выдержал, заметив витавшую между ними грозовую атмосферу.

Забирая плату, пожилой мужчина покачал головой и наставительно произнес:

— Да ладно вам, пацаны, чего вы как неродные? Оба же мужики, ну подеритесь один раз, да и дело с концом!

Ши Шу густо покраснел и промолчал.

Лян Цзин уже вышел. Придерживая дверцу рукой, он сверху вниз посмотрел на притаившегося в салоне парня и сухо бросил:

— Вылезать думаешь?

— Сначала скажи, что ты задумал! — вспылил Ши Шу.

Внутри все клокотало от злости на собственную беспомощность — ну почему он так глупо пасует перед ним? Но один взгляд на рюкзак, где лежала злополучная коробочка, лишал его всяких сил сопротивляться.

Лян Цзин удивленно изогнул бровь:

— Ты уверен, что хочешь обсудить это прямо на улице?

У Ши Шу от ужаса округлились глаза — он ни секунды не сомневался, что этот безумец действительно может выдать кассиру или случайным прохожим подробности их интимных планов. Не дожидаясь продолжения, он пулей выскочил из машины и бросился к подъезду так быстро, словно за ним гналась свора собак.

Как назло, лифт застрял на верхнем этаже. Услышав за спиной приближающиеся шаги Лян Цзина, Ши Шу запаниковал, махнул рукой на лифт и рванул к пожарной лестнице.

Но не успел он даже толкнуть тяжелую дверь, как сильные руки обхватили его со спины и рванули назад, прижимая к широкой груди.

Лян Цзин, бережно, но крепко удерживая его в объятиях, развернул обратно к лифту и примирительно, словно ласковый родитель, прошептал на ухо:

— Да не бойся ты так. Обещаю, дома я тебя просто зацелую.

Этот невозмутимый, будничный тон сбил Ши Шу с толку. Словно они обсуждали не то, что должно произойти за закрытыми дверями спальни, а меню на ужин.

Ши Шу ошарашенно уставился на него, беззвучно хватая ртом воздух. Лишь когда кабина лифта с тихим звяканьем открылась, он сумел выдавить из себя:

— И... как именно ты собираешься целовать?..

Лян Цзин отпер дверь квартиры Ши Шу, обернулся и мягко улыбнулся. Его потемневшие глаза горели лихорадочным блеском, а голос звучал невероятно нежно:

— Так, чтобы ты у меня расплакался. Идет?

http://bllate.org/book/37589/5120999