Готовый перевод Hell Customer Service Online / Адская служба поддержки: Погладь монстра и выживи: Глава 13

Прошло немного времени, и покров с Цзян Иня сняли, но перед его глазами по-прежнему царила темнота.

Я ослеп?

Мысленно поинтересовался Цзян Инь.

В этот момент до его слуха долетел чей-то голос:

— Детям до шестнадцати, человек внутри остался в одних трусах. Найди мужика, тьфу, нормального парня традиционной ориентации, пусть переоденет его, давай быстрей.

Цзян Инь глубоко вздохнул.

Ладно, трусы остались, достоинство тоже, пусть и в минимальном количестве.

Глава 7. Вы только и заслуживаете, что жить здесь

Вскоре кто-то набросил на Цзян Иня кусок черной ткани и, укрывая его, пробормотал:

— И к чему такие строгости? Что вообще считается неприличным?

Другой поторопил его:

— Ой, да не то, о чем ты думаешь. Надень на него халат, Янь-ван ведь вечно в них щеголяет.

— Ладно, включи свет, давай выберем.

Едва замолкли слова, как перед глазами Цзян Иня снова ярко вспыхнул свет.

Цзян Инь: «...Да чтоб тебя».

Выколите мне глаза, честное слово.

Цзян Инь не мог пошевелить глазными яблоками и лишь бессильно пялился на потолочную балку.

Судя по тому, что удавалось разглядеть боковым зрачком, эта комната походила на древнее здание: сводчатый потолок, поддерживающие балки и несколько деревянных опор по углам.

Пол был застелен ковром со странными, лишенными всякого смысла узорами. Боковым зрением Цзян Инь не мог охватить его целиком, но точно знал, что ничего вычурного там не было.

Двое рядом выбирали одежду, осторожно перебирая длинные халаты. Наконец, один из молодых мужчин подошел к нему.

Молодой человек некоторое время пристально всматривался в его лицо, а затем произвел:

— Эй, говорят, ты немой?

Цзян Инь: «...»

А сам-то как думаешь?

Второй тоже подошел ближе:

— Ты что, дурак? Сказали же, что это экспонат. Видел ты когда-нибудь живые экспонаты? Он в сознании, просто пошевелиться не может.

Молодой мужчина повернулся и спросил:

— И как тогда выбирать?

Тот осекся, посмотрел на Цзян Иня, потом на собеседника и, немного помедлив, ответил:

— Спрошу у Янь-вана.

Пропав ненадолго, товарищ вернулся и прямо поверх Цзян Иня натянул длинный халат, приговаривая:

— Янь-ван разрешил брать любую его одежду. Ха, а я ведь видел у него в коллекции эротический костюмчик, интересно, подошел бы?

Молодой мужчина протянул:

— Тогда, пожалуй, тебе стоит заранее готовиться к горе Ножей. Судя по всему, этот парень как-то связан с Янь-ваном, понимаешь?

Цзян Инь мысленно закатил глаза. Он чист перед законом и совестью, он даже с Янь-ваном в глаза не виделся, а любит исключительно собак и всю оставшуюся жизнь мечтает провести в компании целой своры.

Парень, наряжавший Цзян Иня, хмыкнул:

— Я натурал, откуда мне знать? Плевать на всякие связи, я знаю лишь одно: если он будет одет слишком откровенно, Янь-ван разгневается.

Диагноз поставлен: это ад какой-то несерьезный.

Цзян Инь позволил делать с собой всё что угодно. Облачив в халат, его швырнули на жесткую кровать, и он уставился глазами в потолок, вытянувшись подобно трупу.

Шли секунды, минуты. Цзян Инь потерял счет времени, пока безучастно таращился в пространство, и в конце концов впал в состояние спячки.

Да уж, уснул прямо с открытыми глазами, и даже никакой сухости — до чего удивительная способность.

Проспав неизвестно сколько, Цзян Инь услышал знакомый голос, зовущий его.

— Собаки.

Цзян Инь резко очнулся. Вокруг было светло; оглядевшись, он перевел взгляд на слегка опешившего Чу Шици и внезапно сообразил, что вернулся.

Он по-прежнему находился в Комнате 307. Сидя напротив Чу Шици в роскошном белом халате, он чувствовал, как ярко сияют под искусственным светом ярко-золотые узоры на ткани, отчего даже заболели глаза.

Чу Шици указал на его одеяние и с улыбкой произвел:

— Мм, сидит не по размеру, да и манера держаться совсем не та.

Цзян Инь промолчал.

Возразить ему было абсолютно нечего.

Короткостриженый парень в древнем роскошном белом халате — зрелище напоминало современного человека, который переместился во времени и стащил чужой наряд, да еще и с прескверным характером, напрочь лишенный какого-либо благородного величия.

Так что спорить с замечанием Чу Шици он не мог.

Помолчав немного, Цзян Инь осведомился:

— Сколько меня не было?

И почему спустя сутки Чу Шици всё еще здесь?

— Один час, — ответил тот.

Прошло так мало времени?

Словно заметив его недоумение, Чу Шици пояснил:

— Время здесь искажено и сильно отличается от внешнего мира. Мнеут ужасно любопытно, что же ты такого сотворил на выставке, раз дошел до жизни такой?

Вспоминать об этом не хотелось.

Цзян Инь отмахнулся общими фразами:

— Я ослеп, ничего не видел.

Чу Шици тихонько усмехнулся, разглядывая его наряд, и заметил:

— Утонченный вкус. Это любимая вещь Янь-вана.

— Откуда знаешь? — удивился Цзян Инь.

Положив руки на подлокотники кресла, Чу Шици ответил:

— Знаю. Я из числа Постоянных жителей Ада, и он частенько хаживал в этом халате во время обходов. У меня есть вопрос, не знаю, захочешь ли ты на него ответить.

Цзян Инь терпеть не мог подобных соплежуев. Хочешь спросить — так спрашивай, а это топтание вокруг да около лишь раздражает: с виду вежливость, а на деле жуткая трата чужого времени.

И тем не менее, учитывая, что собеседник вел себя относительно сносно, срываться Цзян Инь не стал и глухим голосом бросил:

— Говори.

Чу Шици:

— Тебе не страшно носить одежду, принадлежащую Янь-вану?

Услышав это, Цзян Инь холодно усмехнулся в ответ:

— Раз уж в подведомственной ему зоне заводится подобная Система, лишая живого человека нормальной жизни, то обеспечить меня приличной одеждой — его прямая обязанность. То, что я не брезгую носить чужие обноски, уже говорит о моем высоком уровне воспитания. С какой стати мне испытывать страх и благоговейный трепет перед ним вместо того, чтобы дождаться извинений? Знаете, почему вы до сих пор остаетесь Постоянными Жителями Ада? Да потому, что вы больше ни на что не годитесь, кроме как жить в этом месте.

Чу Шици сидел прямо, с серьезным выражением лица и неотрывным взглядом. Выслушав его тираду, он слегка улыбнулся.

— Ну что ж, сказано верно. Местные обитатели в малом своем числе люди хорошие — сплошь психопаты с кучей душевных расстройств, сквернословы, распутники, лишенные всякой морали и совести. Такова суровая реальность Ада, и твой ответ мне по душе. — С этими словами Чу Шици приподнял руки и принялся хлопать, с легкой иронией в голосе добавляя: — Здесь все до единого заслуживают смерти, и никому из нас не суждено переродиться.

http://bllate.org/book/37442/4667886