Готовый перевод Not Obedient? Forced Love in the Dark Room: Baby, Don't Even Think of Escaping / Слишком строптивый! Пленник темной комнаты, тебе не сбежать: Глава 24

Гу Синлань едва заметно улыбнулся.

— То, что он ткнул тебя в шею, — действительно перебор. Но вот пощечина... Думаю, ты сам напросился. Ляпнул что-то не то и довел парня до белого каления.

Фу Юньтин возмущенно вскинул брови:

— Да пусть даже и ляпнул! Разве это повод бить меня по лицу? — Он недовольно скривился. — А-Лань, ты вообще себя слышишь? Вы знакомы без году неделя, а ты уже выгораживаешь его! Тоже мне, «карманный питомец»... Что-то не больно похоже!

Гу Синлань негромко хмыкнул.

"Выгораживаешь?"

А ведь забавно звучит.

— В общем, А-Лань, мне все равно! — не унимался Фу Юньтин. — Твой человек меня покалечил, чуть лицо не испортил. Ты обязан это как-то загладить!

Гу Синлань снисходительно прищурился:

— Я с ним разберусь. Мало не покажется.

— Одного «разберусь» мало! — упрямо буркнул Фу Юньтин. — Ты мне за моральный ущерб должен!

Гу Синлань ненадолго задумался.

— Ты ведь давно звал нас с Ли Е в Макао, перекинуться в карты? Ладно, так и быть. Считай это моей компенсацией.

Глаза Фу Юньтина мгновенно вспыхнули азартом.

— О, отличная мысль! Ловлю на слове! — Он тут же повернулся к Ли Е: — А-Е, слышал? Он согласен, так что тебе тоже не отвертеться!

Ли Е с улыбкой кивнул:

— Раз уж сам господин генеральный директор, наш вечный трудоголик, выкроил время в своем плотном графике, куда мне деваться? Я в деле.

Лицо Фу Юньтина расплылось в довольной, порочной улыбке.

— Надо же, не было бы счастья, да несчастье помогло!

Он поудобнее устроился на постели и с любопытством прищурился.

— Но если серьезно, А-Лань... Ты уверен, что сдюжишь этого дикаря? С твоими-то возможностями можно найти кого угодно — ласкового, послушного. Зачем тебе этот ураган?

Гу Синлань ленивым жестом коснулся переносицы, и его взгляд потеплел.

— Я же говорил: со мной он ведет себя тише травы.

Фу Юньтин вытаращил глаза.

— То есть этот когтедер только на мне зубы точит? Прекрасно. Считайте, сам виноват!

Гу Синлань тихо рассмеялся.

В этот момент в дверь палаты негромко постучали. Вошла медсестра.

— Генеральный директор Гу, господин Цинь пришел в себя.

Гу Синлань коротко кивнул.

— Ну все, А-Лань, иди! — замахал руками Фу Юньтин. — Иди и как следует приструни своего бешеного щенка!

Ли Е покачал головой и оборвал его, легонько хлопнув по плечу:

— Попридержи язык, Третий молодой господин. Парень только отравился, едва выкарабкался. Какая еще порка?

Он перевел взгляд на Гу Синланя, который уже поднимался с кресла. Тот промолчал, лишь молча развернулся и направился к выходу.

Ли Е вышел следом за ним в коридор.

— Синлань, полегче с ним, — негромко попросил он. — Да, он напал на Юньтина, но там пара царапин, ничего серьезного. Он явно не собирался его калечить. В конце концов, он еще совсем мальчишка, да и...

Ли Е осекся, не решившись закончить мысль.

Будучи его близким другом, Ли Е слишком хорошо знал характер Гу Синланя. Если тот на что-то нацеливался и не получал желаемого добром, в ход шли самые жесткие методы. Очевидно, Цинь Ваня загнали в угол, раз он решился на столь отчаянный шаг, поставив на карту все.

— А-Лань, раз уж он тебе дорог, постарайся обойтись без крайностей. Если хочешь завоевать человека, грубая сила — не лучший помощник.

Гу Синлань замолчал на мгновение, а затем глухо хмыкнул.

— Ли Е, помнишь, я рассказывал тебе историю из детства? Как меня, совсем еще сопляка, обул какой-то малец и украл телефон?

Ли Е ненадолго задумался, а потом согласно кивнул:

— Да, припоминаю. Тебя тогда отец заставил полночи на коленях стоять, а твоего пса пристрелил. Ты сильно переживал.

Гу Синлань криво усмехнулся.

— Так вот, тем мелким воришкой был Цинь Вань.

Ли Е от удивления даже замедлил шаг.

— Вот как? Надо же, какое совпадение...

— То предательство оставило глубокий шрам, — негромко произнес Гу Синлань, и его взгляд потемнел. — Прошло семь лет. Я помалкивал, но никогда об этом не забывал. И надо же было ему самому прийти ко мне в руки. Так с чего бы мне спускать ему это с рук?

В его глазах промелькнула холодная, хищная искра.

Ли Е промолчал. Против старых счетов спорить было бесполезно. Весь их круг знал, насколько мстителен и суров бывает Гу Синлань. Те, кто когда-то перешел ему дорогу, горько об этом жалели.

Понимая, что любые уговоры бессмысленны, Ли Е лишь покачал головой. В глубине души у него зародилось нехорошее предчувствие: эта схватка характеров затянется надолго и превратится в настоящую войну на выживание.

— И все же, Синлань, если бы не выходка Цинь Ваня, грызня внутри вашей семьи не разрешилась бы так быстро, — примирительно заметил Ли Е. — В каком-то смысле он оказал тебе услугу.

Взгляд Гу Синланя на миг смягчился, а уголок губ дернулся в едва заметной усмешке.

— Пожалуй, тут ты прав, — бросил он и решительно зашагал к соседней палате.

***

Цинь Вань лежал на больничной койке, безучастно уставившись в потолок.

Тишину нарушил негромкий щелчок дверного замка. В палату кто-то вошел. Помещение было просторным, кровать стояла в самом конце за плотной светонепроницаемой ширмой, так что разглядеть вошедшего отсюда не представлялось возможным.

Однако знакомый, размеренный стук шагов не оставлял сомнений: это был Гу Синлань.

Цинь Вань судорожно зажмурился. Он замер, затаив дыхание, отчаянно притворяясь, будто все еще находится в глубоком беспамятстве. Встречаться лицом к лицу с этим чудовищем не хотелось больше всего на свете. Хотелось оттянуть этот момент хотя бы на пару секунд.

Гу Синлань бесшумно подошел к кровати и сверху вниз посмотрел на беглеца. Тот уже заметно порозовел, но глаза зажмурил так старательно, что ресницы подрагивали.

Гость негромко усмехнулся.

— Все еще спишь? — вкрадчиво прошептал он. — Цинь Вань, если я возьму тебя прямо сейчас, пока ты в отключке, ты ведь не будешь брыкаться и плакать? Какая благословенная тишина.

С этими словами его прохладные пальцы коснулись теплой щеки юноши.

У Цинь Ваня по спине продрал мороз. Он ни на секунду не сомневался, что этот сумасшедший ублюдок действительно способен разложить его прямо на больничной койке, не заботясь о приличиях.

Огромные, испуганные глаза распахнулись сами собой.

— Б-брат... Брат Синлань! Я проснулся, я уже проснулся! — в панике затараторил он, едва не прикусив язык.

Вид этого испуганного, загнанного зверька откровенно забавлял Гу Синланя. Лисьи глаза Цинь Ваня, влажные от выступивших слез, смотрели на него с таким чистым, первобытным ужасом, что внутри просыпалось темное, непреодолимое желание сжать его в тисках еще крепче, сломать и подчинить себе без остатка.

— Очнулся наконец? — изогнул бровь Гу Синлань.

Цинь Вань закивал как заведенный:

— Да, да! Совсем пришел в себя!

— И когда же это случилось? — вкрадчиво поинтересовался мужчина.

— Толь... — Цинь Вань уже собирался соврать, что открыл глаза буквально секунду назад, но вовремя осекся. В темном взгляде Гу Синланя сквозило опасное торжество.

Вдруг он все понял? Ложь только усугубит его и без того плачевное положение. Синлань терпеть не мог, когда ему вешали лапшу на уши. А ведь на кону стоял не только этот глупый обман, но и неудавшаяся попытка побега, за которую наказание еще не последовало. Если эти грехи сложатся вместе, живым он из этой палаты точно не выйдет.

— На самом деле... минут десять назад, — обреченно пролепетал он, вжимая голову в плечи.

— В таком случае почему ты притворялся бревном, когда я зашел? — продолжал допрос Гу Синлань.

Цинь Вань опустил ресницы, решив давить на жалость:

— Я... я просто испугался. Знал, что ты разозлишься из-за моего побега. Прости меня, брат... Пожалуйста.

Гу Синлань внимательно всматривался в его бледное личико. Надо же, как быстро спесь сошла — сейчас этот дикарь выглядел на удивление покладистым.

Мужчина опустился на край постели.

— Как себя чувствуешь?

— Уже лучше, — тихо ответил Цинь Вань. — Спасибо, что привез меня сюда.

Гу Синлань снисходительно приподнял бровь.

— Ты даже не представляешь, насколько должен быть мне благодарен. Врачи сказали, опоздай мы еще на полчаса, и спасать было бы некого.

Его тонкие пальцы лениво скользнули вверх и принялись ласкать аккуратную мочку уха юноши.

— Подумай сам, Цинь Вань. Ты торчишь мне кучу денег, на твоей совести две загубленные жизни, а теперь я еще и из могилы тебя вытащил. Как долги возвращать собираешься?

Цинь Вань смолк, уставившись на одеяло. Спорить было глупо — в словах мучителя крылась горькая правда.

Огромный долг за разбитые вещи — это лишь верхушка айсберга. Давным-давно, будучи глупым ребенком, он обманул этого человека, из-за чего тот лишился единственного верного друга. Смерть старого господина Гу тоже косвенно лежала на его совести. А теперь Синлань спас его от яда.

Конечно, не затащи его этот садист в лесную глушь, никакой змеи бы не случилось. Но факт оставался фактом: если бы не Гу Синлань, он был бы уже мертв.

Цинь Вань мысленно вздохнул. Неужели этот кошмарный узел связывает их на всю оставшуюся жизнь?

В палате повисла тяжелая, гнетущая тишина.

В душе Цинь Ваня робко шевельнулась глупая надежда: вдруг обойдется? Вдруг грозный господин сжалится над едва выжившим больным, который к тому же так послушно раскаялся?

Но иллюзии рассеялись без следа при первых же словах мужчины.

— Цинь Вань, — голос Гу Синланя внезапно упал до леденящего шепота. — Раз уж ты сам все прекрасно понимаешь... скажи мне, какое наказание ты заслужил за свой побег?

http://bllate.org/book/37436/4922812