Готовый перевод My Idol's Actor Husband / Замужем за сломленным киноимператором: Миссия по спасению любимого злодея: Глава 15

— Неужели ты так любишь геройствовать? Разве я просила тебя об этом?

Почему он так любит распускать руки? На шее точно останется след, если он (Хо Цзиньфэн) поймет всё превратно, будет неприятно.

Подумал Чжао Люкэ.

Она лишь изливала гнев словами, но продолжать физические действия не стала.

Потому что свадебный банкет вот-вот должен был начаться.

— По сути, ты всего лишь неблагодарная собака, которая ради выгоды готова на всё. Как увидел этого калеку, сразу начал лизать ему…

Чжао Люкэ, словно взбешенный, резко оттолкнул её руку. Он отступил на два шага, сжал кулаки, но не осмелился кричать. Ему пришлось понизить голос, и с горькими нотками в голосе он произнес:

— Не говорите так обо мне! Я…

В глазах юноши блестели слезы. Он с мукой прикрыл глаза, словно сдаваясь:

— Впрочем, неважно. Говорите, что хотите. Ведь я подписал договор именно с вами.

Его голос был тихим и слабым, а если прислушаться, можно было уловить тяжелое дыхание.

— Я… что я мог поделать? Хо Цзиньфэн… он… он выглядит так, будто вот-вот умрет…

Эти жалобы вывели Ян Сяоин из себя, она едва не сорвалась на крик.

«Лучше бы он сдох!»

Но она не могла окончательно терять лицо, а вот преподать урок этому юнцу было вполне допустимо.

Ян Сяоин не сдержалась, резко вскинула руку, собираясь дать юноше пощечину, но её руку перехватили на полпути. От неожиданности она отпрянула назад.

Появившийся, словно окутанный ледяным холодом, А Сан сжал её запястье и произнес:

— Госпожа, банкет скоро начнется.

На её нежной белой руке красовался изысканный маникюр, который сверкал на солнце, и до лица Чжао Люкэ оставались считанные миллиметры.

Хо Цзиньфэн сидел неподалеку, его взгляд, подобный взгляду ядовитой змеи, холодно вонзился в них.

Ян Сяоин побледнела и застыла на месте.

Чжао Люкэ отступил на два шага, казалось, он все еще не мог осознать тот факт, что она использовала его. Одурманенный, он послушно последовал за Хо Цзиньфэном.

В коридоре было пусто, слышался лишь скрип колес инвалидного кресла.

— Не умеешь уворачиваться? — раздраженно бросил Хо Цзиньфэн. — Так любишь получать по лицу?

Он не слишком хотел отпускать Чжао Люкэ одного, и, увидев, как обычно покладистый парень стоял в оцепенении под рукой Ян Сяоин, был готов взорваться от ярости. К счастью, проницательный А Сан сделал два шага вперед и вовремя преградил путь женщине.

Вспышка раздражения сменилась взглядом на собственные ноги.

Чжао Люкэ опустил голову, выглядя как ребенок, признающий свою вину перед родителем:

— Я ведь уже поднял руку, к тому же А Сан подоспел как раз вовремя.

Первая фраза показывала, что он пытался защититься.

Вторая подчеркивала своевременность появления Хо Цзиньфэна.

Какой же он краснобай.

Хо Цзиньфэн разозлился еще больше.

Чжао Люкэ, впрочем, не стал, как раньше, пускаться в долгие объяснения, а лишь осторожно спросил:

— Почему ты вышел?

Хо Цзиньфэн попытался проигнорировать накатившее чувство неловкости и ответил:

— Пришло время выходить.

Чжао Люкэ сделал два шага вперед, его рука, опущенная вдоль тела, дернулась.

Хо Цзиньфэн, нарочно идущий с той же скоростью, смотрел прямо перед собой, гнев в его глазах еще не успел полностью погаснуть.

Он протянул указательный палец и подцепил ладонь человека, сидевшего в кресле.

Хо Цзиньфэн не пошевелился.

Его палец не оттолкнули.

Тогда этот палец легонько поскреб ладонь того, кто не двигался.

— Не балуйся, — Хо Цзиньфэн воспользовался моментом и сжал его палец.

Улыбка Чжао Люкэ стала шире, он слегка качнул его руку:

— Не сердись.

Хо Цзиньфэн снова прикусил язык.

Они свернули за угол, и перед ними открылся Т-образный банкетный зал. Двое мужчин — один в черном, другой в белом, один идет, другой едет, соприкасаясь лишь пальцами — смотрелись настолько гармонично, что у окружающих невольно краснели лица.

Изящные пальцы переплелись. Тот, что шел, продолжал просить прощения, и так как вокруг становилось всё больше людей, а музыка в зале нарастала, он говорил немного громче, чтобы человек рядом точно услышал.

— Посмотри на меня.

— Ну же?

— Я знаю, что был неправ.

— Такого больше не повторится.

Горный ветерок пронесся мимо, словно в ответ.

Хо Цзиньфэн терпел, но не удержался.

Почему он ведет себя как ребенок?

Он приподнял уголки губ.

Ладно.

Фотографы, отвечавшие за съемку, смотрели на эту пару. Единственным их действием было поднять камеры и синхронно нажать на затвор.

Один повернул голову, другой, словно пытаясь скрыть смущение, смотрел на руки — оба с легкими улыбками, которые не могли не тронуть сердца.

Церемонии помолвки бывают разными, им нужно было всего лишь показаться один раз.

Некоторые из тех, кто хотел посмеяться и ждал конфуза, были неприятно удивлены — пара смотрелась на редкость гармонично, что вызвало волну шепотков.

После того как они сошли с помоста, Чжао Люкэ встал рядом с Хо Цзиньфэном. Не успели они сесть, как к ним направилась высокая женщина в темных очках, облаченная в платье, усыпанное блестками, сверкающими даже в прохладном ветерке.

Если бы не искусственная трава под ногами, Чжао Люкэ мог бы поклясться, что слышит цокот её десятисантиметровых каблуков.

Она остановилась перед ними, даже не взглянув на Хо Цзиньфэна, и через темные очки начала с головы до ног изучать Чжао Люкэ.

Она смотрела целую минуту, прежде чем наконец разомкнула губы, накрашенные блестящей помадой, и с удивлением произнесла свою первую фразу:

— Фэн, где ты нашел такую красавицу-спасительницу с таким покладистым характером, чтобы взять её в жены? Я тоже такую хочу!

Лицо Хо Цзиньфэна на глазах почернело.

Чжао Люкэ не смог сдержать смешок и протянул руку:

— Здравствуйте, сестренка.

— Ой, здравствуй, братишка! — Хо Цзиньхуа просияла, пожимая ему руку. Заметив рядом стул, она присела, ловко вклинившись между ними.

Их руки, которые до этого были сцеплены, разомкнулись.

У неё совершенно не было чувства такта, свойственного одиноким людям, поэтому она махнула рукой, прогоняя Хо Цзиньфэна:

— А Сан, уведи своего босса, он слишком мешает. Дай мне поболтать с братишкой.

Хо Цзиньфэн, которого лишили статуса брата одним махом, на удивление послушно ушел, словно хотел что-то сказать, но лишь пошевелил губами.

Чжао Люкэ взглянул на него и улыбнулся.

Ничего страшного.

Хо Цзиньхуа сняла очки, открыв лицо, на шестьдесят процентов похожее на лицо Хо Цзиньфэна.

— Представлюсь, я Хо Цзиньхуа, сестра А Фэна. Раньше не виделись?

Чжао Люкэ кивнул и тепло посмотрел на неё.

Хо Цзиньхуа, сестра-близнец Хо Цзиньфэна.

У неё был живой, но очень проницательный ум, характер открытый и щедрый, а сама она была уверенной и гордой.

В книге, в те дни, когда Хо Цзиньфэн после увечья перестал ходить и едва не наложил на себя руки, именно Хо Цзиньхуа помогала ему выстоять.

Они были неразлучны, их связывала странная близость. Можно сказать, что Хо Цзиньхуа по крупицам собирала разбитого Хо Цзиньфэна. В этой книге она была единственным человеком, связанным с ним и кровными, и теплыми родственными узами.

Поэтому даже сейчас, когда она пыталась его прощупать, Чжао Люкэ не чувствовал ни капли неприязни.

Напротив, ему хотелось лишь вздохнуть.

— Та женщина только что угрожала тебе? — Хо Цзиньхуа заметила красный след на его шее. Она была неподалеку и теперь с тревогой сказала: — Прости за это, как ты? Мы обязательно расквитаемся, подожди немного, и мы вместе её проучим, хорошо?

Только сейчас Чжао Люкэ понял…

Оказывается, он всё-таки злится.

Конечно, обидно, когда тебя оскорбляют. То, что она называла его бесчувственным за то, что он не навещает отца — что ж, он стерпел, хотя на душе было гадко.

Ведь у него не было никакой позиции, до сих пор он оставался лишь мелким актером, застрявшим на самом дне.

Но когда она назвала Хо Цзиньфэна калекой, его ярость едва не сорвала всю игру.

А теперь, когда Хо Цзиньхуа заметила это и попыталась успокоить его, у него перехватило дыхание.

Эта сестра и брат были такими замечательными людьми, но финал Хо Цзиньхуа… он помнил, что он был незавидным.

На этапе замужества Хо Цзиньхуа совершила ошибку — кажется, женщины в этом романе часто ошибались: и мать Хо Цзиньфэна, и сама Хо Цзиньхуа. Неясно, было ли это предостережением или печальной закономерностью. Она думала, что её муж — целеустремленный человек, а оказалось, что он пал жертвой алчности и роскоши, и в итоге, используя акции, нанес ответный удар.

В оригинале, услышав об этом, Хо Цзиньфэн отвлекся от коммерческой войны с главным героем и запер своего зятя в подвале. Его били до тех пор, пока кожа не слезала, раны заживали и снова открывались, кровь засыхала, но появлялась новая. Он держал его там сорок дней, пока тот не подписал все контракты, не передал все активы и не подписал бумаги о разводе. Держал до тех пор, пока тот не сошел с ума и не перестал себя контролировать.

В конце концов Хо Цзиньфэн просто выбросил его в психиатрическую лечебницу.

Хо Цзиньхуа больше никогда не влюблялась, уехала жить в Швейцарию и завела собаку по кличке Райан.

Чжао Люкэ отбросил эти мысли и покачал головой:

— Я в порядке.

Хо Цзиньхуа увидела его спокойное лицо, услышала ровный голос и в душе восхитилась его выдержкой. Отношение к нему стало еще лучше, и она непринужденно перевела тему на светскую беседу.

— Тогда буду звать тебя Люкэ, звучит красиво, — Хо Цзиньхуа улыбнулась, её глаза блестели от любопытства. — Пей поменьше воды, ладно?

Чжао Люкэ, который как раз поднес чашку к губам, замер и удивленно приподнял бровь.

— Вы… как далеко вы зашли?

— Кхе-кхе!!!

Чжао Люкэ не сдержался и закашлялся.

Хо Цзиньхуа громко рассмеялась.

Чжао Люкэ был застигнут врасплох этим прямым вопросом, который заставил его вспомнить всю абсурдную суть этого романа.

Он закатил глаза, еще не придумав, как отыграть роль, когда Хо Цзиньхуа ущипнула его за щеку и в шутку пригрозила:

— Даже не вздумай играть! Что это за дурацкие замашки у вас, артистов?

http://bllate.org/book/37402/4661866