Готовый перевод The Saint's Daily Troubles / Святой Сын сегодня снова в печали: Глава 4

Иссер не мог не заметить этот пылкий взгляд. Он обернулся и, обнаружив, что на него смотрит тот самый неприятный тип, мгновенно поджал губы, хотя секунду назад на его лице играла мягкая улыбка, и отвернулся.

— Хм.

Этот тихий звук не ускользнул от чуткого слуха Мо Вэня.

Ну надо же. Как быстро меняются маски.

Пока один не сводил с другого глаз, а второй старательно смотрел куда угодно, лишь бы не на оппонента, состязания наконец подошли к концу.

Результат оказался неожиданным для большинства. После благословения Иссера разрыв между простолюдинами-NPC, игроками и аристократами сократился, и многие знатные NPC показали крайне слабые результаты. Итог можно было смело назвать великой победой игроков.

Иссер украдкой перевел дух.

Если посмотреть с этой стороны, то слова игроков на форумах о том, что «если у цели есть полоска здоровья, то мы и божество убьем», были не таким уж и пустым хвастовством. По крайней мере, в плане упорства у них действительно стоило поучиться.

Проигравшие аристократы выглядели хуже некуда — им было совсем не до радости.

Они никогда прежде не видели таких людей: те напоминали неистребимых насекомых, из кожи вон лезли, чтобы увернуться от атак, а затем украдкой наносили удары самыми примитивными приемами. Это жутко раздражало, но справиться с ними не получалось. Те, кто был послабее духом, умудрились проиграть игрокам, которые нашли-таки способ их одолеть.

Этот финал был куда обиднее, чем поражение от рук Мо Вэня. В первом случае это была полная доминация силы, а здесь — чувство, будто проглотил муху: гадко и неприятно.

— Я не согласен! — выкрикнул кто-то из толпы и добавил: — Я требую переигровки!

В этот раз он точно не проиграет.

Ответом ему стал холодный взгляд Джимы. Распорядительница махнула рукой, и к недовольному тут же подошли люди, чтобы увести его прочь.

Остальные аристократы, у которых всё еще оставались претензии, мгновенно притихли.

Они забыли, что даже знатное происхождение и определенное влияние в Церкви — еще не повод устраивать дебош в Храме Божьем. Если Храм Божий навлечет на них гнев, по возвращении домой им не поздоровится. Шумная площадь мгновенно погрузилась в тишину.

Игроки, включая Фондан, наблюдали за этим с изумлением, всё больше проникаясь осознанием статуса Церкви.

Раз уж дело зашло так далеко, результат состязаний было уже не изменить. Рыцарям-аристократам оставалось лишь надеяться, что их происхождение принесет дополнительные очки и поможет быть избранными Святым Сыном.

Толпа неотрывно следила за Иссером, возвышавшимся над ними.

Он взял перо, записал имена кандидатов в Святые Рыцари, которые пришлись ему по душе, а затем передал кристалл со списком финалистов Джиме, чтобы та огласила результаты.

Джима взяла кристалл и, пробежав глазами по списку, на миг замерла в изумлении.

Помимо нескольких аристократов, вроде Симонса, в этом списке оказались сплошь простолюдины и игроки. В истории отбора Святых Рыцарей такого еще не случалось.

— Что такое, Джима? Со списком что-то не так? — Иссер наклонил голову, и его голос звучал по-прежнему невинно, хотя Джима так и не могла до конца разгадать его истинных намерений.

Она крепко сжала кристалл, но вскоре разжала пальцы и ответила:

— Всё в порядке.

Даже если бы что-то было не так, она не стала бы ставить под сомнение решение Святого Сына прямо здесь. К тому же Иссеру лучше не вмешиваться слишком глубоко в мирские дела между Церковью и знатью.

Она начала медленно зачитывать имена прошедших отбор.

— Симонс, Лайсли… Рис Холл, Фондан… — Имя за именем слетали с уст Джимы, и лица аристократов, полные надежд, постепенно вытягивались от неверия.

Десять мест для Святых Рыцарей, а им досталось всего три. Остальные отошли этим жалким простолюдинам.

Нетрудно было представить, что, как только эта новость разлетится, все они станут посмешищем.

— Ваше Высочество Святой Сын, это несправедливо! — не выдержал один из проигравших, пытаясь добиться правды. — По крайней мере, в плане силы многие из тех, кто не прошел, гораздо лучше нас!

Иссер не стал отвечать на его слишком резкий выпад, а просто молча ждал. И действительно, через мгновение Джима уже отрезала строгим голосом:

— Господин, вы ставите под сомнение выбор Его Высочества Святого Сына и Храма Светлого Бога?

Даже если сама Джима испытывала сомнения насчет кандидатов, она не могла позволить этим людям открыто критиковать Иссера.

Иссер — Святой Сын, который номинально подчиняется лишь Папе Римскому, поэтому любые нападки на него — это нападки на весь Храм Светлого Бога.

Внутренние проблемы они могут решить сами, но давать этим людям повод для дерзости она не собиралась.

Резкие слова заставили дворянина запнуться. Вспомнив, как выставили предыдущего рыцаря, он что-то невнятно пробормотал, окончательно растеряв всю спесь, и в конце концов выдавил:

— В конце концов, нужно же дать нам хоть какое-то объяснение.

— Вы правы, — Иссер наконец ответил, и в его лазурных глазах читалась искренность. — Я выбрал их потому, что их Сродство со светом очень велико. Я чувствую, как сильно их любит Божество.

Мо Вэнь, наблюдавший за всем со стороны, вскинул бровь.

Правда? А он-то и не знал.

Он снова взглянул на Иссера и увидел, что Святой Сын, который вовсе не привык лгать, сейчас судорожно сжимает рукава — того и гляди, порвет бедную ткань — а его щеки предательски покраснели.

Будь кто-то посмелее Мо Вэня, давно бы заметил неладное.

Мо Вэнь невольно усмехнулся.

Что это такое? Маленький лжец, который даже врать-то не умеет.

Иссер тоже почувствовал, что его лицо пылает. Он украдкой применил магию охлаждения, но, подняв глаза, наткнулся на насмешливый взгляд Мо Вэня.

Плохо дело. Когда этот негодяй успел на него посмотреть? Неужели он что-то понял?

Если бы это был кто-то другой — еще куда ни шло, но именно Мо Вэнь… Сердце Иссера сжалось от страха: он боялся, что этот непредсказуемый тип прямо сейчас объявит о своих подозрениях.

К счастью, Мо Вэнь не был настолько скучающим и не стал болтать лишнего. Однако тревожный взгляд, который он не сводил с Иссера, заставлял последнего чувствовать себя крайне неуютно.

Но о чем ему беспокоиться? Разве Мо Вэнь может наверняка знать, что его слова — ложь?

По крайней мере, у тех, кого он отобрал, Сродство со светом действительно выше, чем у остальных. Если только это не само Божество, никто не сможет разоблачить его слова.

И всё же Иссеру казалось, что он сейчас увянет.

Ох, мало того, что соврал, так еще и прикрылся именем Божества — он просто ужасен.

Но если бы не этот предлог, Иссер не знал бы, как на законных основаниях сократить квоту для рыцарей-аристократов.

В отличие от знати, которая тесно связана с Церковью, имеет кучу обязательств и ограничений, вера рыцарей-простолюдинов гораздо чище. Что же касается игроков, то у них нет розовых очков по отношению к Храму, и они не станут слепо служить одной фракции.

Для Иссера, у которого на самом деле нет ни одного доверенного лица, они — отличные партнеры.

Иссер каждый день читал форум, восполняя пробелы в знаниях. В основном там были теории заговора, но встречалась и полезная информация.

Например, то, что игроки видят этот мир лишь как игру. В игре их особенность — бессмертие и невосприимчивость к игровым порядкам, а за достойную награду они готовы на всё.

Если правильно наладить сотрудничество, Иссеру будет гораздо легче склонить их на свою сторону, чем остальных обитателей Церкви, и не нужно будет переживать, что они доложат о каждом его шаге.

Но вечером, вернувшись в покои, придется прочитать молитву еще несколько раз, покаяться в своей лжи и попросить Божество простить его.

Раскаяние Иссера было настолько искренним и сильным, что даже без слов молитвы его чувства легко угадывались.

Особенно Мо Вэню, который всё это время наблюдал за ним — он почти физически ощущал то, что шептал Иссер под своей кажущейся безмятежностью.

Ну и зачем всё это? Не умеет врать, требует от себя невозможного и делает то, что вовсе не соответствует его характеру.

Или для него этот список действительно так важен?

Размышляя над списком, Мо Вэнь вдруг запоздало осознал: его имени среди десяти избранных нет.

Так что же, маленький Святой Сын безжалостно вычеркнул его, или же…

Мо Вэнь не успел додумать вторую мысль, как Джима произнесла:

— А что касается господина Мо Вэня, то отныне вы — личный рыцарь Его Высочества Святого Сына.

Джима, произнесшая эти четыре слова, была удивлена не меньше остальных, кто не прошел отбор.

Всем было прекрасно известно, как Иссер недолюбливает Мо Вэня — стоило ему увидеть этого дерзкого юношу, как Святой Сын даже улыбки для него не находил.

И вот теперь Иссер отдал место личного рыцаря именно Мо Вэню.

Все были в полном недоумении, но возразить никто не посмел.

В конце концов, сила Мо Вэня была очевидна для всех. Люди решили, что Иссер остается тем самым справедливым Святым Сыном: даже ненавидя кого-то, он всё равно готов признать его заслуги и дать должность, соответствующую его способностям.

Значит, действительно ли они менее любимы Божеством, чем эти простолюдины?

Неудачники невольно начали копаться в себе и обнаружили, что их собственные поступки в последнее время тоже нельзя было назвать безупречными. Они притихли, их лица стали задумчивыми, а уверенность в собственной правоте испарилась. Некоторые даже начали размышлять, не стоит ли им вести себя поскромнее.

В конце концов, Иссер — самый чистый и могущественный Святой Сын за всю историю — утверждает, что чувствует волю Божества. Значит, это вполне может быть правдой. Чтобы в будущем не нажить неприятностей, лучше быть тише воды, ниже травы.

Даже сам Иссер не ожидал, что одно его слово и один поступок вызовут такой шквал мыслей у проигравших, невольно уменьшив давление со стороны аристократии.

На самом же деле он сделал это лишь для того, чтобы опасный тип по имени Мо Вэнь не ускользал из его поля зрения, позволяя следить за каждым его движением.

Конечно, самокопание отвергнутых рыцарей избавило его от лишних расспросов.

Тем не менее, после окончания сегодняшнего отбора, Иссера вызвали в кабинет Папы Римского.

http://bllate.org/book/37400/4661639