Готовый перевод Villainous Cannon Fodder? No, I'm the Beautiful Wife / Злобный пушечный корм? Нет, я — твоя прекрасная жена: Глава 3

Юань Су облегченно выдохнул, но, как оказалось, поторопился: как только Цюй Чжилань вошел в комнату, Юань Су остро почувствовал запах крови.

Бросив взгляд в сторону, он заметил засохшие пятна на длинных пальцах мужчины.

Кровь?

Приглядевшись, Юань Су понял, что и на одежде гостя видны следы, пусть и не столь заметные.

Цюй Чжилань был облачен в черную тренировочную форму; тонкая ткань плотно облегала его крепкое, атлетичное тело, подчеркивая четкие и сексуальные линии фигуры.

Однако взгляд мужчины был холодным, словно замерзшее озеро. Он источал ауру человека, к которому невозможно подойти, с которым трудно найти общий язык, и тех, кто поначалу проникался симпатией к его незаурядной внешности, тут отпугивала его ледяная неприступность.

Заметив внимание Юань Су, Цюй Чжилань поднял руку и нарочито медленно повернул ладонь, без тени смущения демонстрируя алые разводы на своих холодных белых пальцах.

— Боишься? — спросил он.

Пугает меня?

Юань Су, даже не подняв головы, указал в сторону ванной:

— Иди помой руки, ты грязный.

Тон юноши прозвучал настолько естественно, будто Цюй Чжилань был обязан его слушаться. В этой небрежной, наставительной манере было что-то, от чего сердце невольно начинало биться чаще — то ли от раздражения, то ли от странного волнения.

Мужчина, не мигая, смотрел на Юань Су своими темными, узкими глазами. Подавив странное чувство, он резко сократил дистанцию и приблизился, нависнув над ним:

— Где ключ?

Юань Су, испугавшись, отступил на два шага, сохраняя безопасное расстояние, и решительно ответил:

— Не дам.

Его тапочки тревожно шаркнули по полу — звук получился резким и отчетливым. Напряжение, только что нависшее в воздухе, в этой короткой паузе странно изменило свой характер.

Цюй Чжилань помолчал, а затем прямо спросил:

— Почему ты тайком встречался с Чу Вэньхэ?

Юань Су замер на несколько секунд, после чего до него дошло, и он воскликнул с недоверием:

— Ты следил за мной?

— Изначально — ради твоей же безопасности.

Цюй Чжилань не стал отрицать и привел благовидный предлог:

— В конце концов, Цинь Чжао погиб, и я, как вице-президент Гильдии Дикой Охоты и его брат, обязан позаботиться о его вдове.

Его холодный взгляд был прикован к лицу Юань Су, словно он пытался найти там следы вины или смятения. Но прелестное, тонкое лицо юноши сейчас выражало лишь возмущение и гнев, алые пухлые губы были искусаны до красноты, а нежные щеки слегка розовели от волнения.

Очень красив.

Красив настолько, что это мешает думать.

Цюй Чжилань опустил ресницы, отводя взгляд, и его голос стал чуть глуше:

— Отвечай.

Юань Су, сжимая в руках стеклянный стакан, вздрогнул. Еще не придумав оправдания, он смягчил тон:

— Не кричи на меня…

Эта обиженная, недовольная, но при этом трусливая нотка в голосе в глазах Цюй Чжиланя выглядела как откровенное кокетство.

Мужчина осекся. У него не было ни необходимости, ни обязательства исполнять просьбу этого человека, но напряженная челюсть невольно расслабилась.

Цюй Чжилань глубоко вдохнул, заподозрив, что в комнате распылен какой-то дурман — голова шла кругом.

Нетерпеливо цыкнув, он повторил:

— Ключ у тебя вызовет лишь зависть и подвергнет опасности. Отдай его мне на хранение.

— Нет, — отрезал Юань Су.

Цюй Чжилань насмешливо изогнул губы и, не меняясь в лице, спросил:

— Ты уже отдал ключ Чу Вэньхэ?

Юань Су, пронзенный этим хищным, проницательным взглядом, почувствовал, как у него мурашки побежали по спине, и совершенно потерял волю.

Как же он страшен.

В базе запрещено хранить частное оружие, все найденное за пределами базы снаряжение подлежит сдаче. В противном случае нарушителя изгоняют из базы, вносят в черный список и лишают права доступа в любые убежища, созданные военными.

Именно поэтому оружейные склады Гильдии Дикой Охоты располагались вне базы. Транспортировка большого количества оружия была сопряжена с трудностями, к тому же было сложно скрыть это от глаз, так что хранить его снаружи было безопаснее — в конце концов, дикие звери с автоматами не бегают.

В эпоху конца света еда и оружие — самые ценные ресурсы.

Юань Су осознавал, насколько важно оружие для гильдии, поэтому он никак не мог признаться в том, что встречался с Чу Вэньхэ, чтобы присягнуть ему на верность.

— Я не отдавал, — возразил Юань Су. — Только сказал им, где примерно находится склад.

Голос мужчины стал ледяным, он чеканил каждое слово:

— Ты решил предать гильдию.

Прежний владелец тела действительно вынашивал такие планы.

Юань Су был в отчаянии, но он прекрасно понимал: если не можешь разрешить конфликт — смени его направление.

В следующее мгновение Цюй Чжилань увидел, как Юань Су, только что напоминавший распушенную кошку, внезапно обмяк, опустил голову, и его темные волосы мягко рассыпались по плечам.

— Я… я не предавал гильдию.

Юноша слегка сжался, нервно закусив губу:

— Это Чу Вэньхэ первый нашел меня. Он заставлял, принуждал меня стать его…

На этом слове Юань Су замолчал.

Сердце в наступившей тишине неконтролируемо подпрыгнуло и замерло, но продолжения всё не было.

Цюй Чжилань негромко цыкнул:

— Говори.

Уголки глаз Юань Су покраснели, длинные ресницы мелко дрожали, а в глазах блестели слезы. Казалось, он был охвачен глубочайшим стыдом, когда с его губ сорвались два слова:

— Любовником.

Рука мужчины, безвольно опущенная вдоль тела, мгновенно окаменела, мышцы непроизвольно напряглись.

Эти два слова ударили его, словно тяжелый молот, но одновременно коснулись души, подобно пальцам, задевшим струну.

— Сделать его любовником…

Странное чувство вновь нахлынуло на сердце, окутывая, словно густой дым, проникая с каждым вздохом в саму грудь, не желая рассеиваться.

— Мне было так страшно, я не осмелился сопротивляться…

Когда Юань Су снова поднял глаза, слезы уже намочили его ресницы и скатились по чистым щекам, а искусанные, слегка припухшие губы подрагивали от сдерживаемых рыданий.

Его янтарные глаза с чуть приподнятыми уголками светились чистотой. Юноша, нерешительно сделав пару шагов вперед, со слезами на глазах посмотрел на Цюй Чжиланя и начал оправдываться, заикаясь от всхлипов:

— Я не хотел предавать гильдию… и тебя.

Не хотел… предавать тебя…

Эти слова эхом отдавались в голове, снова и снова.

Как можно произнести такую фразу — признание в верности, заявление позиции — настолько двусмысленно, вызывая такие неуместные мысли?

Но Юань Су, казалось, совершенно не осознавал, сколько двусмысленности и томной неги в его словах. Его дыхание, сбившееся от плача, было таким слабым и жалким, словно у маленького котенка, перенесшего великую обиду и испуг.

Видно было невооруженным глазом — он такой хрупкий и невинный, его хочется спрятать на груди.

В тот же миг у Цюй Чжиланя на лбу вздулась вена. Он не выдержал и произнес хриплым, словно больным голосом:

— Отойди от меня.

Его взгляд, подобно рыбе, почуявшей аромат приманки, не мог оторваться от Юань Су.

Юань Су этого и добивался. Увидев, что цель достигнута, он без колебаний отступил.

Он шмыгнул носом и произнес гнусавым голосом:

— Я не отдам тебе ключ… Если у меня ничего не останется, как долго я продержусь в этой базе?

У прежнего владельца была дурная репутация, его поведение в базе вызывало много вопросов, он нажил немало врагов. Раньше его прикрывал муж, а теперь эта защита исчезла.

Юноша, лишившийся покровительства, стал лакомой добычей. Стоило ему показаться на людях, как он тут же притянул бы к себе тысячи недобрых взглядов.

— Члены гильдии меня не любят и уж точно не станут помогать. Я знаю, вы все ненавидите меня, просто из уважения к моему мужу не говорили об этом в лицо…

Цюй Чжилань промолчал, потому что в гильдии действительно никто не любил Юань Су, этого хрупкого, как фарфоровая кукла, бесполезного красавца.

— Я никому не отдам ключ, — Юань Су перевел дух и опустил руку, которой вытирал слезы. Его тонкие веки покраснели от трения, длинные угольно-черные ресницы слиплись от слез в пучки, кончик носа и нежные щеки алели от рыданий, придавая ему вид фарфоровой статуэтки — такой хрупкой и пугающе красивой.

Своими чистыми, влажными глазами он упрямо смотрел на Цюй Чжиланя и твердо произнес:

— Это все, что осталось от моего мужа.

***

Ночь окутала все вокруг, света уличных фонарей было недостаточно, чтобы осветить фасад многоквартирного дома.

Но в тени, куда не проникал свет, какая-то бесформенная черная тень внезапно взобралась по стене к окну на седьмом этаже.

Ночь была черна, и двое в комнате не заметили ничего странного.

Жуткий, фиолетово-синий глаз прижался к стеклу, холодно и жадно наблюдая за тем самым тонким и красивым юношей внутри.

— Моя…

— Жена…

http://bllate.org/book/37218/4636011