Готовый перевод I Became Famous After Teaming Up with the Future Top Idol / Стать знаменитым? Легко, если твой партнёр по CP — будущий топовый айдол!: Глава 22

Лю Цин, забившись в угол, отстукивал сообщение Ли Хайчэну:

«Брат Ли, я сдаюсь. Не могу я его переубедить, у него на всё собственное мнение».

Хотя, если честно, он даже не пытался.

Ответ прилетел незамедлительно:

«Хрен там, а не мнение! Ни черта он не соображает».

Ли Хайчэн категорически отказывался верить в здравомыслие своего подопечного.

***

Чэн Лэ и Ли Юйан продолжали молча стоять друг напротив друга. Наконец даже до заторможенного Чэн Лэ дошло, насколько нелепо затянулась пауза. Проведя пальцем по ободку чашки, он с максимально серьёзным видом выдавил из себя:

— Да… и впрямь неплохо.

Ли Юйан поджал губы, литая линия его челюсти чуть расслабилась, но он ничего не ответил.

— Поздно уже, — Чэн Лэ спасся тем, что вцепился в Лю Цина, точно в соломинку. — Брат, ложился бы ты спать. Доброй ночи.

И, совершенно не считаясь с опешившим ассистентом, увлёк его за собой прочь.

Поскольку травмированная нога ещё не зажила, Чэн Лэ резво скакал на одной, напрочь забыв, как пользоваться костылями. Глядя, как тот удаляется, Ли Юйан вспомнил, что артист простоял на ногах целый день, и выражение его лица заметно смягчилось.

Чэн Лэ же перевёл дух, только очутившись перед дверью своего номера.

Лю Цин с искренним восхищением заметил:

— Брат Чэн, ну ты и шустрый!

Фраза «несгибаемая воля вопреки недугу» подходила сюда как нельзя кстати.

Однако Чэн Лэ было не до шуток:

— С чего это он сегодня такой неадекватный?

Лю Цин лишь пожал плечами.

— И где я успел наступить ему на мозоль? — искренне досадовал Чэн Лэ. — У него же настроение меняется со скоростью света!

— Брат Лэ, а зачем ты вообще перед ним выслуживаешься? — не удержался Лю Цин.

Оба ведь ноунеймы. Ну да, набрали популярность на шоу, но статус-то у них примерно одинаковый. Даже если перейдёшь ему дорогу — с чего так убиваться?

Звучит так, будто он… партнёра капризного уламывает.

Чэн Лэ напустил на себя загадочный вид:

— Мал ещё, не поймёшь.

Лю Цин промолчал. Ну-ну.

— Брат, а насчёт того романтического реалити ты точно всё решил? — снова заговорил ассистент. — По-моему, стоит переговорить с братом Ли и поискать другие варианты.

Чэн Лэ берёг ногу да и в дорамах сниматься пока не горел желанием.

Но то шоу про свидания… Если согласиться, не факт, что их смешают с грязью. В мире пейрингов зритель ест то, что вкусно подано. А если фанаты устроят междоусобные войны — хайп гарантированно взлетит до небес.

Чэн Лэ с самого начала вели по пути скандальной популярности. Позиции его пока неустойчивы, и Ли Хайчэн вовсе не торопился обелять его репутацию.

Скандальная слава иной раз кормит дольше безупречной — таковы суровые реалии шоу-бизнеса.

Кто же знал, что Чэн Лэ окажется настолько непробиваемым?

***

Фандом пейринга Чэн Лэ и Ли Юйана уже давно выплеснулся за пределы узких кругов, так что на следующий день аудитория прямой трансляции снова удвоилась.

Вот только между самими «возлюбленными» воцарилась глухая, неловкая тишина.

Чэн Лэ, боясь опять сморозить глупость и задеть спутника, резко прикусил язык. Но ведь именно он всегда тащил на себе весь разговор! Стоило ему умолкнуть, как эфир погрузился в молчание.

Времена изменились. Провисев всю ночь в трендах и отвоевав третье место в горячем поиске, дуэт стал ключевой козырной картой съёмочной группы.

Даже режиссёр, прильнув к мониторам, изводил оператора через гарнитуру:

— Что эти двое вытворяют? Почему молчат? Всё же нормально было последние дни! А ну сделай что-нибудь, подтолкни их!

Получив нагоняй от руководства, оператор начал отчаянно подавать знаки Чэн Лэ. Поняв, что притворяться слепым дальше не выйдет, тот со вздохом повернулся к партнёру:

— Чем мы сегодня займёмся… брат Ян?

И тут же мысленно проклял себя.

«Чёрт, я же это уже спрашивал!»

Тогда его жёстко отшили. Он уже ждал от Ли Юйана привычного сухого: «А я откуда знаю?», но тот неожиданно спокойно отозвался:

— Заберём глиняные штуки, которые делали в прошлый раз.

В общем, управляемости этим двоим явно не хватало. Даже внезапная слава не сбила с них спеси и не заставила играть по сценарию. Режиссёр за кулисами готов был биться головой о стену.

Чат трансляции моментально уловил перемену настроения:

[А чего Лэлэ сегодня такой тихий?]

[Что стряслось? Голубчики поссорились?]

[Хех, я ж говорил, что между ними пробежала кошка! Вчера только заикнулся — так шипперы меня три квартала помоями поливали. Ну и что скажете теперь?]

[А мы никому ничего объяснять не обязаны, так что закрой рот и свали отсюда.]

[...]

Популярность — штука пагубная: хейтеры и любители поспорить слетелись на запах жареного оперативнее любого экстренного реагирования.

***

Глиняную посуду, слепленную в прошлый раз, они сразу не забрали из-за какой-то накладки. Вообще-то заготовки подсохли ещё на следующий день, но из-за плотного графика съёмок руки так и не дошли.

Забрав готовые изделия, Чэн Лэ уставился на свою кривобокую поделку, а затем перевёл взгляд на работу Ли Юйана.

«М-да… Всё познаётся в сравнении, и сравнение явно не в мою пользу».

В глазах Ли Юйана мелькнула тень усмешки. Он чуть отвернулся и мгновение спустя вновь принял невозмутимый вид.

Фанаты пейринга «Апельсиновые груши» зашлись в экстазе:

[Брат Ян только что улыбнулся, да?!]

[Мать твоя ж! Я смотрю это шоу с самого первого дня и ни разу не видела у него такой улыбки!]

[Какая же красота, а-а-а-а-а!]

— Можешь забрать моё, — как бы между прочим предложил Ли Юйан. — Хочешь поменяться?

Чэн Лэ скептически подумал: «Тоже мне, шедевр! Твоё аккуратнее моего ровно на полмиллиметра». Но взгляд помимо воли прикипел к ровной глиняной чаше, а пальцы сами собой зачесались.

— Как-то неловко… — смущённо пробормотал он.

Ли Юйан не стал вступать в долгие дискуссии: просто вложил своё изделие ему в руки, а взамен забрал бесформенный комок Чэн Лэ.

«Апельсиновые груши» снова сошли с ума от восторга!

[Я тут новенький, скажите, они всегда так жеманничают? Это что за завуалированная милота такая?]

[Именно, дружище! Сам чёрт не разберёт этих сладких парочек!]

Выйдя из мастерской с «шедеврами» друг друга в руках, они направились вдоль улицы. Оператор преданно следовал по пятам. Чэн Лэ вдруг почувствовал неладное и обернулся:

— Так какой у нас план на сегодня?

Оператор, исполнявший роль рупора режиссёра, торжественно вещал:

— Сегодня ваш первый день после «свадьбы». Режиссёр сказал: развлекайтесь, как душе угодно. А ровно через два дня стартует медовый месяц. Следите за эфиром!

Чэн Лэ промолчал. Никакого желания следить за этим у него не было.

Зрители валялись со смеху:

[Уже послесвадебные будни?! Вы серьёзно?!]

Переглянувшись с Чэн Лэ, Ли Юйан слегка замешкался:

— Ты вроде в прошлый раз не догулял? Может, рванём в парк аттракционов?

Чэн Лэ оторопел: надо же, запомнил!

Хотя вообще-то он тогда хотел просто урвать халявы… Но признаться в этом вслух язык не поворачивался.

***

Народу в парке оказалось куда больше, чем в прошлый раз. Когда Чэн Лэ и Ли Юйан вышли из машины под прицелом объектива, толпа мгновенно уставилась на них. Чэн Лэ невольно ёжился от повышенного внимания.

Вдруг чьи-то пальцы обхватили его запястье. Чэн Лэ повернул голову и встретился взглядом с Ли Юйаном.

Когда тот чуть прищуривался, в его глазах проглядывало нечто невыразимо мягкое. И пусть это была лишь иллюзия, Чэн Лэ на мгновение опешил.

Опустив взгляд на подвёрнутую ногу спутника, Ли Юйан произнёс:

— Ладно, пойдём найдём какое-нибудь тихое местечко и просто посидим.

Парк развлечений — явно не лучшее место для калеки.

Чэн Лэ потерял дар речи.

«Меня что, только что списали со счетов?!»

Впрочем, возражать он не стал.

Казалось, Ли Юйан наконец нащупал рычаги управления своим напарником. Впервые он ощутил, насколько Чэн Лэ может быть шелковым — и это послушание доставляло ему куда больше удовольствия, чем все льстивые дифирамбы.

В этот день Чэн Лэ разблокировал ачивку: «Успокоить буяна, не сказав ни слова».

Они выбирали самые спокойные и неторопливые развлечения, проведя остаток дня, словно два пенсионера.

Всё это время Ли Юйан не выпускал из рук кособокую поделку Чэн Лэ. Когда тот попытался сдать глиняный горшок на хранение Лю Цину, Ли Юйан с абсолютно непроницаемым лицом перехватил его, благородно заявив, что сам за ним присмотрит.

Вещица всё равно не представляла ценности, так что Чэн Лэ спорить не стал.

***

Вечером, после завершения съёмок, они вместе возвращались на виллу.

Сегодняшняя смена выдалась куда спокойнее предыдущих: шоу только что пережило грандиозный всплеск драмы, и продюсеры пока решили не форсировать события.

— Заживёт нога — съездим, — неожиданно робко проронил Ли Юйан.

Чэн Лэ повернулся к нему. Глядя, как тот всё ещё таскает с собой эту несчастную глиняную корягу, он едва сдержал улыбку:

— Куда?

— В парк аттракционов, — отрезал Ли Юйан.

За его обыденным тоном угадывалась едва заметная, но абсолютная серьёзность.

«Да у него точно крыша поехала!»

Осознав это, Чэн Лэ отбросил шутливый тон и с глубоким сочувствием похлопал парня по плечу:

— Брат Ян, если тебя удерживают в заложниках, мигни два раза. Что с тобой вообще сегодня происходит?

Ли Юйан застыл.

Мышцы под его ладонью натянулись, как струна. Ли Юйан молча сунул глиняную плошку обратно Чэн Лэ в руки и развернулся, чеканя шаг.

Чэн Лэ остался стоять посреди дороги с керамическим горшком в руках, совершенно растерянный.

«Ну вот, опять! Найти к нему подход с каждым днём всё сложнее и сложнее!»

Впрочем, предаваться кручине пришлось от силы полминуты: Лю Цин осторожно потрогал его за плечо.

— Брат Лэ, тут брат Ли просил передать, чтобы ты срочно ответил на его сообщения.

Вздрогнув, Чэн Лэ обернулся и вытащил смартфон. Экран пестрел пропущенными уведомлениями от Ли Хайчэна.

Судя по переписке, менеджер пережил настоящую эмоциональную драму:

«Тут новый проект подоспел. Посмотришь?»

«Ответь, мать твоя!»

«Да и хрен с тобой, не смотри».

Часом позже от Ли Хайчэна прилетел прикреплённый документ.

Чэн Лэ вздохнул.

Скачав файл, он обнаружил, что это предложение от другого шоу. Формат — всего один спецвыпуск, но в приглашении чётко прописано: зовут их исключительно в дуэте с Ли Юйаном.

Ли Хайчэн добавил:

«Насчёт физических нагрузок обсудим с продюсерами. Съёмки всего на один день, пролетит — глазом моргнуть не успеешь».

Чэн Лэ на мгновение задумался и набрал:

«Я подумаю».

http://bllate.org/book/37168/4900301