Готовый перевод After Descending the Mountain, I Opened a Zoo / После спуска с горы я открыл зоопарк: Глава 30

Да Цзюй озадаченно разглядывал Сяо Я. Чей это детёныш и почему он бродит здесь в полном одиночестве?

Сяо Я в изумлении распахнул глаза. Уставившись на упитанного рыжего кота, он даже рот приоткрыл от удивления.

— Котик... Котик разговаривает?!

Неужели этот говорящий зверь — оборотень? Но раз он не нападает, может, он добрый? Сяо Я был не по годам сообразительным мальчиком, но всё же оставался пятилетним ребёнком. Сбежав посреди ночи ради спасения лучшего друга, он действовал на чистом порыве, ведомый лишь страхом и преданностью. Сейчас, глядя на круглого пушистого кота, он почти не чувствовал опасности. То ли потому, что перед ним был именно кот, то ли потому, что Да Цзюй сейчас выглядел невероятно уютно.

По щекам малыша покатились крупные слёзы, оставляя грязные дорожки.

— Господин кот, умоляю, спасите меня! — всхлипнул он, шмыгая носом. — Я не хочу умирать... И не хочу, чтобы мои друзья погибли!

Да Цзюй озадаченно склонил голову набок. «Похоже, этот малец даже не подозревает, что сам наполовину человек, наполовину демон».

Не успел кот расспросить его подробнее, как издалека донёсся шорох торопливых шагов. Да Цзюй настороженно вытянул шею, всматриваясь во тьму. По дорожке, ведя за собой вереницу детей, шла матушка-директор.

Детей в этот раз было слишком много, и директор наложила на них чары подчинения — не хватало ещё, чтобы поднялся шум и сорвал все её планы.

Они шли послушно, опустив головы, словно безжизненные марионетки. Матушка-директор шагала впереди, держа в руке тусклый фонарь. В колеблющемся жёлтом свете её тень на стене казалась уродливой и зловещей.

От этой жуткой картины у Сяо Я перехватило дыхание, слёзы хлынули с новой силой. Он уже открыл было рот, чтобы закричать и разбудить друзей, но на его губы мягко, но настойчиво опустилась тяжёлая кошачья лапа.

— Тихо, — шёпотом скомандовал Да Цзюй.

Кот не на шутку посерьёзнел. Силы были неравны. По-хорошему, его духовных сил давно должно было хватить на то, чтобы принять человеческий облик. Но Да Цзюй страшно не любил вспоминать прошлое. Когда Цзяло подобрал его, тело кота было буквально разорвано на куски, он висел на волоске от смерти. Лишь благодаря заботе Цзяло и Да Хуа он выкарабкался, обрёл демоническую суть и начал практиковать самосовершенствование. Они постоянно подкармливали его духовными лакомствами, так что его сила росла не по дням, а по часам. Он давно мог бы превратиться в человека. Но мешал психологический барьер: Да Цзюй панически не хотел принимать облик тех, кто когда-то причинил ему столько боли.

Цзяло, конечно, об этом не догадывался, списывая всё на юный возраст кота и малый срок тренировок.

Когда директор с послушной толпой подошла почти вплотную к их укрытию, Да Цзюй решительно выскочил навстречу.

Женщина остановилась и хищно улыбнулась. Сейчас она ни капли не походила на ту добродушную наставницу, которой притворялась днём. Яркий, вызывающий макияж, губы, накрашенные тёмно-бордовой, почти чёрной помадой, изогнулись в плотоядной усмешке. Она медленно провела кончиком языка по губам.

— Надо же... Маленький кошачий демон забрёл на огонёк. Время ритуала ещё не пришло, так что я, пожалуй, полакомлюсь тобой для разогрева.

Она небрежно повела пальцем, и тело Да Цзюя оторвалось от земли, зависнув в воздухе. Но кот даже не подумал запаниковать. Сгруппировавшись, он оттолкнулся от невидимых нитей паутины, которыми его опутала директор, и молниеносным прыжком бросился прямо на неё, наотмашь полоснув лапой по лицу.

Женщина отшатнулась, глухо зарычав. Она опасалась использовать открытую демоническую магию, чтобы не привлечь внимание китайского Управления по делам аномальных существ.

— Паршивый уличный кот! — прошипела она, кривясь от злости. — Как ты смеешь вставать у меня на пути?!

За её спиной взметнулись и начали стремительно удлиняться уродливые, покрытые жёсткими чёрными волосками паучьи лапы.

Да Цзюй лишь насмешливо фыркнул:

— Я-то думал, тут кто-то серьёзный, а это всего лишь обычная паучиха.

Для Паучихи-оборотня упоминание её истинной сути было худшим оскорблением — на слух это слово всегда казалось ей созвучным со свиньёй. Ярость окончательно затмила её разум. Паучьи лапы со свистом обрушились на Да Цзюя. Кот облегчённо выдохнул: пока тварь не использует чистую духовную энергию, он легко с ней справится.

Пусть Да Цзюй и выглядел ленивым толстяком, в драке он был невероятно проворен. Ему регулярно приходилось выдерживать суровые баталии с самим Цзяло, когда тот пытался его искупать. По сравнению с теми битвами за чистоту шерсти, неуклюжие выпады паучихи казались детской забавой.

Уклонившись от очередного удара, Да Цзюй скользнул вбок и со всей силы засадил когтистую лапу врагу прямо в лоб.

Выпустив лапы, Паучиха-оборотень словно лишилась остатков человеческого разума. Она раскрыла пасть, собираясь плюнуть в кота липкой паутиной, и лишь в этот момент почувствовала жгучую боль. Коснувшись лица, она увидела на пальцах кровь. Алая пелена застелила её глаза. К чёрту осторожность! Эта тварь должна сдохнуть прямо сейчас!

В конце концов, скрывающие барьеры этого места надёжно поглощают демоническую ауру. Главное — не переусердствовать. Она решила, что была слишком деликатной, из-за чего пострадало её прекрасное лицо.

Паучьи лапы втянулись обратно. В её ладони закрутился плотный, сияющий матовым блеском клубок смертоносной шёлковой нити. Да Цзюй насторожился, понимая: если эта гадость попадёт на него, он лишится не только своей великолепной шубки, но и жизни.

Кот начал медленно отступать. Сяо Я, заметив опасность, неожиданно выскочил из укрытия и закрыл кота собой. Клубок паутины уже летел прямо в них.

Да Цзюй в ужасе расширил зрачки. Он никак не ожидал, что этот глупый ребёнок бросится под удар ради его спасения. Издав отчаянный кошачий вопль, Да Цзюй рванулся вперёд, пытаясь сбить мальчика с ног и увести от траектории заклинания.

Паучиха торжествующе оскалилась. Эта паутина — её эссенция. Пора заканчивать эту возню, впереди главное дело, и некогда отвлекаться на досадные помехи.

Но за мгновение до того, как смертоносная нить коснулась детей, пространство пошло рябью. Цзяло и остальные подоспели вовремя.

В глазах Цзяло вспыхнул опасный огонёк. Мгновенно переместившись, он вырос прямо перед Да Цзюем и Сяо Я, небрежным движением перехватив летящую паутину голой рукой.

Матушка-директор застыла на месте, её глаза едва не вылезли из орбит от изумления. Это же тот самый изнеженный молодой господин, который собирался строить зоопарк! Как он умудрился голыми руками поймать её ядовитую паутину и даже не поморщиться?!

Цзяло брезгливо стряхнул остатки шёлка с ладони и нахмурился. Тварь била наверняка, не щадя никого. Он медленно перевёл холодный взгляд на Дзирогумо. Да Цзюй, почувствовав за спиной надёжную опору, плюхнулся на пушистую попу и принялся обиженно и громко жаловаться, во всех красках описывая бесчинства паучихи.

Цзяло молча выслушал кота и понимающе кивнул:

— Я понял.

Цзин Шэнь и Цзяо Цзо стояли чуть поодаль. Цзин Шэнь с тревогой всматривался в силуэт юноши. Он хотел было броситься на помощь, но не решался вмешаться без разрешения.

Заметив его порыв, дядя Цзяо одобрительно улыбнулся и мягко придержал его за плечо:

— Не беспокойся. С такой мелкой букашкой наш Лоло управится играючи. Для него это просто забава.

И действительно, в следующую секунду Цзяло бесшумно сорвался с места. Раздался глухой удар — и паучиха, получив сокрушительный пинок, отлетела на несколько метров, пропахав телом глубокую борозду в каменистой земле.

При падении послышался сухой, отчётливый хруст — её кости сместились и сломались в нескольких местах.

Цзяло завис в воздухе прямо над образовавшейся ямой.

— Тронуть моего кота?! — ледяным тоном произнёс он.

Взмахом руки он поднял изувеченное тело Паучихи-оборотня в воздух. Если паучиха до этого удерживала Да Цзюя с помощью осязаемой паутины, то Цзяло подчинил её волю чистой, ошеломляющей мощью своей духовной силы.

Дальнейшее превратилось в безжалостное, одностороннее избиение. Каждый удар Цзяло дробил кости твари, лишая её малейшей возможности сопротивляться.

Впрочем, юноша помнил, что эта паучиха напрямую связана с осквернённой землёй под ногами, а потому остановился в шаге от того, чтобы развоплотить её окончательно.

Опустив полуживое тело на землю, он обернулся к Цзин Шэню и Цзяо Цзо и с детской гордостью спросил:

— Видите? Я оставил её в живых!

Цзин Шэнь и дядя Цзяо дружно улыбнулись, осыпая его похвалами:

— Лоло, у тебя потрясающий самоконтроль!

— Наш Лоло просто умница.

Валяющаяся в грязи Паучиха-оборотень едва не захлебнулась собственной кровью от злости и унижения. «Какая к чёрту "умница"?! Да лучше бы вы меня прикончили на месте!»

Сяо Я, который всё это время крепко обнимал Да Цзюя, наконец пришёл в себя. Крепче прижав к себе кота, он на цыпочках подошёл к Цзяло, глядя на него снизу вверх с немым восторгом.

— Старший брат... ты что, божество? — прошептал малыш.

Это был тот самый прекрасный юноша, которого он искал! Он спас его и всех его друзей!

Вспомнив о ребятах, Сяо Я испуганно оглянулся. Дети по-прежнему неподвижно стояли поодаль, опустив головы. Он умоляюще посмотрел на Цзяло:

— Братик, а с ними всё будет хорошо?

Цзяло присел перед ним на корточки и мягко улыбнулся:

— С ними всё в порядке, малыш. Возвращайтесь в спальню. Стоит вам крепко уснуть, и завтра утром всё наладится, обещаю.

Сяо Я послушно кивнул, преисполненный абсолютного доверия к своему спасителю. Затем он перевёл взгляд на безвольно свисающего из его рук упитанного кота, который, казалось, смирился со своей участью.

— А можно Толстячок пойдёт со мной? Мне... мне всё ещё немного страшно. — Мальчик робко свёл пальцы, показывая крошечное расстояние. — Вот совсем чуть-чуть.

Цзяло вопросительно посмотрел на Да Цзюя. Не заметив на пушистой морде протеста, он кивнул:

— Хорошо. Пусть Да Цзюй проводит вас.

Он ласково погладил Сяо Я по голове. Перед ним был сирота, да ещё и полудемон. Цзяло всегда трепетно относился к детям, особенно к тем, в чьих жилах текла кровь его сородичей. А отважный поступок мальчика, закрывшего собой кота, окончательно покорил его сердце. Какой храбрый и славный ребёнок!

Да Цзюй аккуратно высвободился из объятий Сяо Я и негромко мяукнул Цзяло:

— Я побуду с этим трусишкой.

Юноша кивнул в ответ. Поступок маленького полудемона явно задел за живое даже вечно ворчливого кота, пусть тот и пытался скрыть это за напускным безразличием.

Когда дети скрылись в темноте, пришло время заняться делом. Цзяло подошёл к хрипящей паучихе и склонил голову набок.

— Сама всё расскажешь или нам прибегнуть к поиску души?

Тварь выплюнула сгусток тёмной крови и прохрипела со злобной усмешкой:

— То, что я попалась вам — просто невезение. Кончайте меня, я ничего не скажу.

Дядя Цзяо неторопливо приблизился к ней, его губы тронула мягкая, обманчиво тёплая улыбка:

— Что ж, значит, выбираешь поиск души.

Он небрежно откинул широкий рукав и прижал палец к её лбу. В ту же секунду взгляд Паучихи-оборотня остекленел. Цзяо Цзо сделал плавное круговое движение рукой, и в воздухе над ними соткалось мерцающее облако, транслирующее обрывки её воспоминаний. Цзин Шэнь сосредоточенно вглядывался в проплывающие образы. Из всей их компании он лучше всех ориентировался в хитросплетениях человеческого мира, поэтому анализ ситуации лежал полностью на его плечах.

По мере того как раскрывались тайны паучихи, лицо Цзин Шэня становилось всё более суровым и холодным.

Он достал планшет с собранными документами по этой местности и принялся сопоставлять факты. Его губы сжались в тонкую линию. Эта тварь прибыла из Страны Нисходящего Солнца. Строго говоря, она даже не была полноценным свободным демоном — скорее, послушной марионеткой в руках тамошних оккультистов.

Причина, по которой здешний зловещий ритуал оставался незамеченным на протяжении почти века, крылась не только в маскировке под обычное кладбище. Всё было гораздо страшнее. Здесь были заложены Детские столпы.

Лица Цзяло и дяди Цзяо исказились от гнева.

Согласно старым архивам, которые сейчас изучал Цзин Шэнь, корпорация Цзин выступала главным попечителем этого сиротского приюта с момента его основания в начале прошлого века. Тогдашний глава семьи Цзин был близким другом первого директора. Они открыли приют в тяжёлые времена войны, чтобы дать кров и защиту тысячам обездоленных детей, лишившихся родителей.

Рядом была построена начальная школа под названием «Надежда» — символ веры в светлое будущее. В те суровые годы сирот практически никто не усыновлял, да и сами ребята не хотели покидать свой новый дом. Поэтому семья Цзин полностью взяла на себя финансирование школы.

Земля вокруг приюта пустовала. Место было глухим, прилегающим к диким горам, поэтому здесь никто не селился и не возделывал почву.

Матушка-директор — точнее, заменявшая её Паучиха-оборотень — знала об этом предостаточно.

Во время войны, когда приют и школа едва сводили концы с концами, вражеские лазутчики воспользовались хаосом. Семья Цзин, обладавшая мощной благой судьбой, изо всех сил старалась уберечь детей, но оккультисты Страны Нисходящего Солнца тайно проникли на эту территорию. Именно тогда они заложили здесь Детские столпы, чтобы запечатать и осквернить проходящую глубоко под землёй Драконью жилу.

Морской город являлся истоком великой Драконьей жилы страны. Императорская столица представляла собой её хребет, где концентрировалась самая мощная императорская энергия, а хвост уходил далеко на север. Заблокировав саму голову дракона здесь, в устье, враги перекрыли свободное течение энергии, погрузив это место во тьму. Но этого им было мало.

Потомки тех оккультистов выследили древнее место силы и решили завершить осквернение Драконьей жилы с помощью чёрной магии.

В те годы здешние края были дикими, сильных демонов поблизости не водилось, и на этот глухой угол никто не обращал внимания. Пользуясь этим, враги присылали в приют специально подготовленных детей с полностью промытыми мозгами.

Внедрив своих людей в руководство, они начали методично закладывать Детские столпы. Число девять в нумерологии считается пределом, числом абсолютного владычества. Каждые девять лет они выбирали ребёнка, заживо замуровывали его в глубокой яме и заливали бетоном.

Чудовищная обида и предсмертная мука невинных душ веками отравляли Драконью жилу. К счастью, со временем мощь страны возросла, и Драконья жила обрела способность сопротивляться скверне.

До завершения девяностодевятилетнего цикла оставалось всего два года. Если бы ритуал завершился, Драконья жила окончательно превратилась бы в безумного Тёмного Дракона, сотканного из ненависти и боли. И хотя влияние мистических сил в современном мире ослабло, осквернение жилы нанесло бы непоправимый удар по государственной судьбе всей страны.

Паучиха-оборотень была прислана сюда именно для того, чтобы контролировать финальную стадию ритуала.

Следующее жертвоприношение планировалось через два года, но тут Цзин Шэнь выкупил эту землю под строительство зоопарка для Цзяло. Враги пытались перекупить участок, но их подставные личности не прошли бы строгую проверку безопасности корпорации Цзин.

Оказавшись прижатыми к стене, они решили действовать немедленно. Свалить вину за осквернение планировалось на саму семью Цзин — козлом отпущения должен был стать Цзин Чжэнь, которого они давно обрабатывали. Благословенная судьба рода Цзин должна была поглотить обратный удар проклятия. Они не учли лишь одного: Цзин Шэнь выжил, а Цзин Чжэнь так и не получил бразды правления.

Дядя Цзяо презрительно усмехнулся. Пусть они и были демонами, но эта земля была их домом, их родиной. Наглые чужаки без зазрения совести гадили прямо у них под носом.

Закончив считывание памяти, Цзяо Цзо брезгливо сжал пальцы. Паучиха-оборотень издала последний хрип, вернулась в свой истинный облик уродливого гигантского паука и затихла.

— Лоло, забери Цзин Шэня и отойди немного назад, — мягко произнёс дядя Цзяо, оглядывая поляну. — Я здесь немного приберусь.

Цзяло послушно кивнул и взмахом руки воздвиг мощный невидимый барьер, чтобы грохот предстоящей работы не разбудил обитателей приюта и школы.

Дядя Цзяо резко опустил ладонь на землю. С глухим рокотом из-под земли один за другим начали вылетать массивные Детские столпы. Они отливали зловещим маслянистым блеском, совершенно не похожим на обычный строительный бетон.

Это была сама материализованная ненависть, соткавшаяся из вековых страданий.

В тот же миг в Императорской столице, в главном штабе Управления по делам аномальных существ, тревожно взвыли сирены, а сигнальные лампы залили коридоры багровым светом.

Мастер Чэньань, быстро перебирая чётки в руках, сурово произнёс:

— Беда. Срочно отправляйтесь в Морской город и предупредите группу Цзянь У. Направление — Хайши!

Пока столичные оперативники экстренно мобилизовались, Цзяло, Цзин Шэнь и дядя Цзяо молча созерцали вырванные из земли Детские столпы. За каждым из них стояла загубленная детская жизнь. Малыши, не успев толком увидеть мир, были преданы мучительной смерти и запечатаны под землёй без надежды на перерождение.

Несмотря на свою демоническую природу, Цзяло и дядя Цзяо испытывали глубокое благоговение перед священным даром жизни. Юноша с невыносимой горечью смотрел на искажённые детские лица, проступающие на поверхности колонн. Каким же чудовищем нужно быть, чтобы сотворить подобное?

Дядя Цзяо ласково коснулся его плеча:

— Не грусти, Лоло. Прошлое не вернуть, но мы можем восстановить справедливость и воздать виновным по заслугам.

Раз уж они знают, чьих рук это дело, виновных ждёт скорая и безжалостная расплата. На этой земле им больше не место.

Цзяло кивнул и медленно подошёл к первому столбу. Цзин Шэнь инстинктивно хотел остановить его, опасаясь скопившегося проклятия, но дядя Цзяо мягко придержал его за плечо, качнув головой:

— Не надо. Позволь ему. Он справится.

Всего Детских столпов было десять — по одному на каждые девять лет кошмара. Цзяло бережно прижал ладонь к первому из них. Зловещая чернота на глазах начала таять, уступая место чистому свету. Обида и ярость, копившиеся десятилетиями, кротко растворялись под его пальцами. С каждым прикосновением юноши очередной столб рассыпался в невесомый прах, освобождая крошечный, едва мерцающий полупрозрачный силуэт ребёнка.

В тот самый миг, когда последний столб обратился в пыль, в далёком элитном поместье Императорской столицы седовласый старик-оккультист захлебнулся собственной кровью, а во дворце Страны Нисходящего Солнца их тайный покровитель мгновенно впал в глубокую кому от сокрушительного обратного удара.

А перед Цзяло, забавно хлопая глазами, соткался маленький золотой человечек — пробудившийся дух Драконьей жилы.

Тем временем к оцепленной территории стянулись силы местного отделения Управления по делам аномальных существ во главе с Цзянь У.

Цзянь У понятия не имел, что происходит за невидимой стеной барьера, но его интуиция тактика буквально вопила о смертельной опасности. Он поднял рупор, усиленный защитными рунами, и громко произнёс:

— Уважаемый предшественник! Управление по делам аномальных существ приветствует вас. Я, Цзянь У, прошу дозволения войти для переговоров!

Дядя Цзяо и Цзин Шэнь переглянулись.

— Управление? — Дядя Цзяо вопросительно посмотрел на Цзин Шэня. Тот озадаченно покачал головой — о существовании этой секретной службы он раньше не слышал.

Судя по всему, прибыли официальные представители властей. Что ж, это было даже кстати. Свалить расследование векового заговора на государственные органы — лучший выход из ситуации. Как пострадавшая сторона, зачистившая очаг скверны, они имели полное право диктовать свои условия. Прагматичный ум Цзин Шэня уже вовсю просчитывал, какие выгоды и привилегии он сможет выбить у государства для своего любимого Лоло.

http://bllate.org/book/37090/5012614