Готовый перевод The World Upside Down / Перевернутая судьба: Между золотом и пылью: Глава 1

Ночь была глубокой, всё вокруг погрузилось в тишину и безмолвие. Небо затянуло плотным слоем чёрного бархата, и казалось, что окрестности Шэньчэня погрузились в сон.

Узкая извилистая река текла в тишине ночной прохлады. Над ней раскинулся старый, искусственно состаренный каменный мост. Мужчина в строгом деловом костюме и начищенных до блеска туфлях поднимался по ступеням. Перейдя через мост и рассеяв пелену водного тумана, он словно приподнял завесу тайны над древним городом Цинъюнь.

Облик мира вокруг изменился: по обеим сторонам узких переулков выстроились ряды традиционных антикварных зданий, наперебой демонстрирующих всю свою роскошь, суету и пьянящий дух ночной жизни.

Звуки разнообразной музыки доносились из оживленных баров и, подхваченные уличным ветром, проникали прямо в сердца людей.

Мужчина был статного телосложения, с поистине выдающейся осанкой. Сейчас на его лице не читалось никаких эмоций, он быстрым шагом миновал одно заведение за другим, совершенно не обращая внимания на яркие огни, пёструю толпу и царивший вокруг сюрреалистичный полумрак.

Следом за ним шел другой мужчина, также одетый в деловой костюм, однако его шаг был чуть более размеренным, и он неизменно держался на полшага позади.

Лишь когда они почти дошли до самого конца древнего города, оба наконец остановились. Мужчина слегка приподнял голову и молча прочитал неоновую вывеску с сияющими иероглифами «Цзочао».

Не успели они сделать и шагу к входу в «Цзочао», как изнутри тут же выскочил невысокий лысеющий человек с угодливой улыбкой на лице:

— Оу, уважаемые боссы, прошу, проходите скорее!

Лысого мужчину звали Фэн Бинсинь, он и был управляющим бара «Цзочао».

До того как наладить связи с Инвестиции Лимин и стать управляющим трех баров на улице Чанхай и в древнем городе Цинъюнь, Фэн Бинсинь уже почти два десятка лет крутился в сфере общественного питания и развлечений Шэньчэня. Какой же уштой лисой он был!

Он в суете подбежал к мужчине и затараторил:

— Директор Цзян, мы наконец-то дождались Вас!

Цзян Имин лишь легко улыбнулся лысому и проследовал за ним внутрь бара.

— Управляющий Фэн, давненько не виделись.

В отличие от Цзян Имина, Юань Вэйхуа держался с Фэн Бинсинем куда более оживленно. Пока они втроем неторопливо проходили вглубь бара, Юань Вэйхуа успел переброситься с Фэн Бинсинем парой дежурных фраз.

Фэн Бинсинь, не переставая рассыпаться в улыбках, проводил двух важных гостей к диванам в углу.

Стоило им расположиться, как услужливый официант тут же подбежал к ним и осведомился:

— Добрый вечер, что желаете выпить? Директор Цзян, директор Юань, быть может, у вас есть какие-то предпочтения?

Юань Вэйхуа с улыбкой произнес:

— Директору Цзяну принесите Лагавулин, а мне — сухой мартини.

Ритмичная музыка терзала душу, но как бы искренне ни старался выступавший на сцене музыкант, Цзян Имин казался совершенно равнодушным.

Он был немногословен и лишь коротко отвечал, когда Фэн Бинсинь или Юань Вэйхуа обращались к нему с вопросами.

Будучи владельцем Инвестиции Лимин и человеком, стоящим за спиной «Цзочао», Цзян Имин приехал сюда сегодня явно не ради простой выпивки.

Когда вечер перевалил за половину, Юань Вэйхуа перевел разговор на дела. С видом человека, который просто коротает время, он обвел взглядом весь бар и с улыбкой сказал Фэн Бинсиню:

— Дела у вашего заведения идут отлично, даже прибыльнее, чем у того бара на улице Чанхай.

Фэн Бинсинь рассмеялся в ответ:

— Еще бы! На этот раз мне, можно сказать, удалось сорвать настоящий куш.

Юань Вэйхуа приподнял брови и ничего не ответил, переводя взгляд на сцену.

Выступавший до этого с полной отдачей молодой музыкант как раз закончил свой номер. Он был одет в пеструю одежду, а его руки и шея были увешаны броскими украшениями. В лучах прожекторов Юань Вэйхуа отчетливо разглядел на его лице плотный слой макияжа.

Парень поклонился зрителям, объявив, что выступает здесь каждый вечер. И как только стихли разносившиеся по всему бару аплодисменты, он повернулся и ушел со сцены.

Фэн Бинсинь слегка прищурился и, дождавшись, пока сцена опустеет, указал пальцем в сторону кулис:

— Вот, тот, о ком я говорил, сейчас появится.

В полумраке зала Юань Вэйхуа проследил за направлением его пальца.

В отличие от только что ушедшего музыканта, этот человек был одет предельно просто: на нем была обычная белая футболка и самые заурядные джинсы.

На нем не было ни единого украшения, никаких вычурных причесок — напротив, простая одежда лишь подчеркивала его необыкновенную свежесть и утонченность, заставляя невольно заглядеться.

Он неспешно вышел на середину сцены и опустился на стул.

Потолочные прожекторы испустили два чистых белых луча, осветивших его с обеих сторон.

В лучах света Юань Вэйхуа принялся внимательно рассматривать нового исполнителя.

Кожа парня была белоснежной, волосы — средней длины, с пробором на правую сторону; правая прядь наполовину прикрывала веко, тогда как левая открывала гладкий лоб. Под изогнутыми бровями скрывались глубокие глаза, нос был высоким и прямым, а тонкие губы почти не изгибались в улыбке, что придавало ему несколько отстраненный и холодный вид, столь необычный для здешней бурной атмосферы.

http://bllate.org/book/37052/4610754