Готовый перевод No Touching My Treasure / Не тронь меня, или история одной фальшивой любви: Глава 14

Эмоции Сюй Инбая за этот вечер швыряло из стороны в сторону, и от его былого повседневного спокойствия не осталось и следа. Словно вымещая на ком-то накопившуюся злость, он выпалил:

— Да! Денег куры не клюют, упустишь момент — другого такого шанса не представится, так что лучше подумай хорошенько. Сколько ни попросишь, я сегодня всё отдам, но после сегодняшнего вечера я больше ни во что вмешиваться не стану.

Се Чэнфэн, выдержав этот яростный натиск, беззаботно улыбнулся, а в его тоне прозвуло напускное неверие:

— Я что, и вправду похож на злодея?

Фонарь у входа во двор светил ярко, однако не мог затмить его выразительных, с четко очерченными белками и зрачками глаз. Он выглядел растерянным и простодушным. Сюй Инбай на секунду отвел взгляд, а когда посмотрел снова, лицо его было холодным и преисполненным самоиронии:

— Это я злодей. Сколько тебе нужно? Я заплачу, и на этом наше дело закончится.

Атмосфера тут же накалилась до предела. Се Чэнфэн сжал пальцы в кулак, нащупав край марлевой повязки, и произвел:

— Сто тысяч. Номер карты скину, переводи.

Услышав эту немалую сумму, Сюй Инбай лишь на мгновение замер, после чего достал телефон и, даже не моргнув глазом, перевел деньги. Бросив напоследок: «Увидимся в воскресенье утром», — он развернулся, сел в машину и уехал.

Эта ссора вышла какой-то нелепой, и задние фонари автомобиля быстро растворились в конце переулка. Се Чэнфэн полагал, что его баснословный запрос отобьет у того всякое желание продолжать, но, взглянув на пришедшее уведомление о зачислении средств, а затем на давно скрывшуюся из виду машину, он без всякого приличного вида пнул дверь своего дома и не удержался от ругани:

— Сюй Инбай, ну у тебя и мозги набекрень!

Эта ночь выдалась на редкость изнурительной: после возвращения домой у Сюй Инбая совершенно не осталось сил воспитывать Сяобая. Он открыл ему банку консервов, а сам отправился в ванную умываться.

Светлая одежда давно испачкалась, а чистый хлопок прекрасно впитывал запахи — к аромату шашлыка примешивался тяжелый дух больничного хлора. Эта гремучая смесь пахла крайне отвратительно.

Шум работающей стиральной машины отчетливо разносился по ванной. Сюй Инбай стоял с обнаженным торсом, молча глядя на собственное отражение в зеркале.

Перед глазами вновь всплывали события сегодняшнего вечера: и этот разговор, и атмосфера казались окутанными пеленой тумана, и лишь те выразительные глаза никак не шли у него из головы.

Он думал о том, что не должен был так поступать. Се Чэнфэн здесь совершенно ни при чем, и он тем более не заслуживал подобного обращения.

Телефон на тумбочке вдруг завибрировал. Сюй Инбай помедлил несколько секунд, взял его в руки и увидел сообщение от Се Чэнфэна.

— В воскресенье не увидимся. Машину я тебе продал, сто тысяч — я в огромном плюсе.

Желание извиниться было окончательно стерто этим сообщением в Вичате. Сюй Инбай горько усмехнулся, ответил короткое «хорошо», палец на мгновение замер над значком огонька, после чего он опустил глаза и отправил собеседника в черный список.

Он тяжело вздохнул перед зеркалом, и этот вздох тут же потонул в гудении стиральной машины. Сплеснув водой на зеркало, он наблюдал, как капли змейками стекают вниз. Сюй Инбай повернулся, и на его спине постепенно проступил темный узор татуировки.

Его белая спина была разделена надвое: с одной стороны красовалось живописное, готовое распуститься крыло, а другая зияла пугающей пустотой.

То был тотем крыльев, чьи перья тянулись от плеча до самого предплечья — казалось, при любом движении они вот-вот взмахнут и взмоют ввысь, вот только крыло это было выбито лишь наполовину, отчего выглядело ущербным и незавершенным.

Спалось ему тревожно, всю ночь снились обрывочные сны, и больше всего запомнилось то, что они были связаны с Се Чэнфэном.

Тот даже во сне молчал, просто стоял перед ним с невероятно упрямым взглядом.

Сюй Инбай спросил его:

— Почему ты так на меня смотришь?

Се Чэнфэн холодно ответил:

— Ты мне не веришь.

На следующий день Сюй Инбай проснулся в холодном поту от какой-то нелепой кошмарной сказки. Резкий рывок вверх испугал Сяобая: котенок подбежал к самой руке хозяина и начал настойчиво толкать его маленькими лапками.

— Мяу~ Мяу~

Этот нежный молочный голосок немного успокоил Сюй Инбая. Он снова опустился на постель, бережно прижал Сяобая к сгибу локтя, шумно выдохнул и невнятно бормотал:

— Пять минут, полежу еще пять минут.

— Мяу~

— Мм? Проголодался?

Сяобай даже не пытался вырываться из-под его руки, лишь методично облизывал ему пальцы. У кошек языки шершавые, с крошечными шипиками, и это было довольно щекотно и колко.

Пяти минут полежать Сюй Инбаю все же не удалось. Он встал, вымыл и расставил миски, налил свежей воды, насыпал корму, а когда пушистый хозяин наелся и напился досыта, поймал его, запихнул в кошачью переноску и вышел из дома.

Помня о недавнем дорожном происшествии, Сюй Инбай оставался глух к недовольному мяуканью и толчкам, которыми котенок всю дорогу сотрясал сумку.

Завернув за угол, он увидел владельца круглосуточного магазинчика, который издали замахал ему рукой. Подойдя ближе, тот сказал:

— Эту машину тебе надо бы забрать. Вчера людей было мало, а днем тут постоянное движение, оставлять ее здесь не очень удобно.

Вчера события развивались слишком стремительно: Сюй Инбай привез Се Чэнфэна прямиком в больницу, а велосипед оставил у входа в магазин. Хозяин лавки, пару раз видевший Сюй Инбая раньше, помог закатить его внутрь.

Сюй Инбай, придерживая переноску, огляделся по сторонам, но подходящего места поблизости не нашёл. Поблагодарив владельца магазина, он закинул сумку на грудь, перекинул ногу через раму велосипеда и покатил к книжной лавке.

Цяо Цзин как раз выставляла у входа штендер. Заметив подъезжающего на велосипеде знакомого, она удивленно протянула:

— Ты, и вдруг решил приехать на велосипеде? Какой ленивец!

Велосипед был легким, крутить педали оказалось совсем не тяжело, но по дороге он невольно вспоминал Се Чэнфэна — его крутой, непринужденный стиль и лучезарную улыбку, когда уголки глаз взлетают вверх.

Сюй Инбай похлопал по сиденью и, вспомнив вчерашнее сообщение от Се Чэнфэна, ответил ей:

— Да, купил новый.

Цяо Цзин с заметным удивлением моргнула и подняла большой палец:

— Неплохо, тебе действительно полезно подвигаться. На вид совсем хилый.

Сюй Инбай не стал оправдываться, закатил велосипед внутрь и прислонил к боковой стене книжной лавки. Когда в магазин начали заходить первые посетители, он поднялся наверх, в маленькую комнатку на третьем этаже, захватив с собой кота. Сяобай прекрасно знал эту комнату — едва оказавшись на свободе, он тут же приступил к своим ежедневным инспекциям.

В углу пылились аккуратные стопки плотной бумаги. Сюй Инбай опустился прямо на пол и принялся перебирать листы, лежавшие обратной стороной вверх. На них были набросаны карандашные скетчи; от времени и отсутствия должного ухода некоторые страницы успели пожелтеть.

На тех нескольких листах, что попались ему первыми, был изображен Сяобай. Просмотрев еще парочку рисунков, Сюй Инбай поднялся, установил мольберт у окна, бросил взгляд на увлеченного своими делами кота, тихо улыбнулся и, взяв карандаш, принялся за деталировку.

В тихой комнате раздавалось лишь шуршание грифеля по бумаге, изредка прерываемое мягким мяуканьем Сяобая. Человек и кот наслаждались царившим вокруг умиротворением.

http://bllate.org/book/37029/4607784