Готовый перевод The Drama Queen's Catch and Release / Золотой Святой: Расплата за прошлое: Глава 3

Я вышел в туалет, — торопливо пояснил он.

Тао Хуэй с сомнением посмотрел на него: В дежурке есть туалет, какого чёрта тебя понесло справлять нужду сюда?

Понимая, что Тао Хуэй затеял придирки из-за зависти — ведь капитан передал пост охраны именно ему, — Ши Цинь немедленно напустил на себя самый простодушный вид и тихо произвел: Замкапитана сказал, что мне тоже нужно патрулировать, вот я и решил посмотреть, заранее привыкнуть.

Так какого хрена ты мусор на эту машину бросаешь? — Тао Хуэй тут же ухватился за повод, чтобы поддеть его. — Ненавидишь богатеев? Если поступит жалоба, пострадает вся наша служба безопасности.

Ши Цинь потерял дар речи, но, бросив взгляд за спину Тао Хуэя, заметил, как из офисного здания вышел Ван Гуанцян. Заметив происходящее, тот направился прямо к ним широким шагом.

И тогда, как он и ожидал, Тао Хуэй, словно найдя надежную опору, в шутливой форме принялся жаловаться прямо при нем. Его идиотские ужимки ничем не отличались от поведения какого-нибудь школьника.

Тао Хуэй: Брат Цян, ты только посмотри, какой Чжао Вэй забавный: использованную туалетную бумагу на чужую машину бросает, да еще и к дворникам лезет. Увидит хозяин авто — и нам снова жалобы прилетать.

Кулаки Ши Циня, засунутые в карманы брюк, крепче сжались. Он повернулся к Ван Гуанцяну и поспешил оправдаться: Замкапитана, я ничего не бросал. Она уже торчала в дворниках, я просто проходил мимо, заметил и решил попутно убрать мусор.

Тао Хуэй пожал плечами: Вот как? Оказывается, вон оно что. Мог бы и пораньше сказать.

Солнце палило нещадно. Ван Гуанцян бросил взгляд на раскрасневшееся и смазливое личико молодого охранника и взмахом руки прекратил эту маленькую сценку, велев Тао Хуэю сначала возвращаться на дежурство.

Тао Хуэй хотел было что-то возразить, но Ван Гуанцян остановил его предостерегающим взглядом.

Ван Гуанцян: Чего раскричался в такую жару? Малыш Вэй здесь новенький, чего не понимает — подскажи по-хорошему.

Понял, — небрежно бросил Тао Хуэй, обращаясь к Ши Синю: Машины на территории трогать нельзя. Тут как-то раз один охранник увязался сфотографироваться на фоне роскошной тачки и выложил в сеть — шуму было много, очень дурная слава пошла.

Ши Цинь мысленно выругался: Когда у меня были деньги, ты, блядь, еще понятия не имел, где ошиваешься!

Спорить с идиотом он не стал, покорно промычалм угу и уже собирался тихонько ускользнуть, как вдруг заметил, что из офисного здания за их спинами появляется высокая фигура.

Тот был одет в самую обычную рубашку и классические брюки, но выделялся из толпы настолько резко, что казался совсем не похожим на остальных. От макушки до пят от него веяло породистой роскошью — вовсе не дешевым шиком нувориша, а самой настоящей, бросающейся в глаза статью. Этот человек казался полной противоположностью тому Чжоу Яню, что сохранился в памяти Ши Циня. Знакомым в нем осталось разве что лицо, а всё остальное казалось донельзя чужим.

Настолько чужим, что Ши Цинь внезапно оробел, и следом накатила волна жгучего унижения.

Бывший одноклассник шаг за шагом приближался к ним своими длинными ногами. Ши Цинь не смел смотреть прямо, лишь украдкой следя за ним периферическим зрением. Он изо всех сил впился ногтями в ладони, заставляя себя держаться ровно, — больше всего на свете он боялся выдать посторонним свое странное состояние.

Он наспех бросил Ван Гуанцяну, что возвращается на пост, и тут же шарахнулся за припаркованную рядом машину, инстинктивно вжавшись в ее тень так, чтобы полностью скрыть ноги.

Стоило ему отойти недалеко, как сзади донеслись голоса. Обрывки фраз долетали глухим, неразборчивым гудением, но голос Чжоу Яня он вычленил безошибочно и предельно ясно.

Спасибо, — слегка кивнул Чи Янь, а его взгляд случайно скользнул мимо охранника и упал на неровно покачивающуюся вдалеке фигуру.

Обычно богатеи, которых они встречали, либо задирали нос к небу, либо в глубине души ни в грош не ставили таких бедолаг, как охранники. Ван Гуанцян замахал руками, заговорив в крайне любезном тоне: Ой, да бросьте вы! Чей это мусор — пес его знает. Раз у нас недосмотр в управлении, мы уже всё убрали. Извините за доставленные неудобства!

Пустяки. — Солнце слепило глаза, и Чи Янь отвел взгляд.

Не видит меня, не видит меня, не видит меня...

Выбравшись за пределы парковки, Ши Цинь поспешил уйти в тень деревьев. Он прихрамывал еще сильнее, тело то и дело перекашивалось при ходьбе. Потревожив старую траву, он почувствовал, как в лодыжке заныло, и едва не растянулся на земле. Не удержавшись, он тихо выругался, проклиная небеса, землю и этого мудака Тао Хуэя, из-за которого его первый рабочий день пошел коту под хвост.

Но даже выругавшись, он не почувствовал облегчения и перенес всю злость на старого одноклассника. Во всем был виноват Чжоу Янь, который вылез как из-под земли и испортил ему всё удовольствие от с таким трудом добытой работы.

Чтоб тебя...

Чем больше Ши Цинь думал об этом, тем более жутко ему становилось. В выпускном классе у Чжоу Яня появился телефон — подержанная нокия с полностью стертыми кнопками, до того убогая, что жалко смотреть. А теперь? Одна машина стоит несколько миллионов, одежда на вид простая, но явно дорогая, на запястье часы... Если он раскатывает на такой роскошной тачке, неужели эти часы дешевка?

Блядь, да его сто процентов кто-то содержит!

Этот сраный педераст Чжоу Янь! В свое время он бесстыдно настрочил ему любовное письмо, из-за чего Ши Циня потом поднимали на смех друзья, то и дело подкалывая за его женоподобную внешность, и опозорили на весь белый свет. Какое у Чжоу Яня вообще есть право спрашивать его: Ты еще человек?! Да кто из нас блядь не человек?!

Разозлив себя до липкого пота, Ши Цинь наконец выдохся.

Глядя на маячивший впереди пост, он на мгновение растерялся и замедлил шаги. Погруженный в кучу сумбурных мыслей, он совершенно упустил из виду ступеньки перед будкой охраны. В тот самый миг, когда нога зацепилась за край, все его тело резко окоченело.

Эй! — Ван Гуанцян на лету подхватил молодого охранника снизу за ягодицу и, лишь надежно зафиксировав на ногах, отчитал: Смотри под ноги, не хватало еще грохнуться!

Ощущение от только что прикоснувшейся к нему ладони еще не развеялось, а волоски на затылке Ши Циня встали дыбом, точно от ожога, заставив инстинктивно сжать кулаки.

Не прошло и нескольких дней с начала работы, как он уже угодил в ситуацию, когда его лапает за задницу какой-то мужик. Его передернуло от омерзения, но он не смел и пикнуть — винить оставалось не чужую распущенность, а собственную слепоту.

Малыш Вэй, ты отлично себя показал, тот автовладелец просил тебя поблагодарить, — сказал Ван Гуанцян и хлопнул Ши Циня по плечу. — Заходи в будку, у меня к тебе дело.

Благодари своих предков в коленях! Колосья мне сдалась твоя благодарность?!

В груди Ши Циня бушевала такая ненависть, что с момента появления Чжоу Яня всё валилось из рук. Его раздражало абсолютно всё, и даже давно зажившая старая травма вновь начала тупо номить.

Погодите-ка... поблагодарить?

Да с чего бы этому хмырю по фамилии Чжоу быть таким вежливым?

Ши Цинь вспомнил мрачное лицо Чжоу Яня в те годы — казалось, еще секунда, и тот бросится в драку. Тогда он впервые воочию столкнулся с бурей чужих эмоций, вырвавшихся наружу.

Он поднял руку и вытер пот со лба, внезапно прозревая: а не мог ли Чжоу Янь просто-напросто его не узнать? Вполне вероятно! Если бы узнал, разве стал бы вести себя так спокойно при въезде на территорию парка?

Он бы по меньшей мере вытаращился на него.

Глава 3. Старые счёты

Добавь меня в Вичат, все рабочие оповещения скидываются в общий чат.

Ван Гуанцян взглянул на по-прежнему разрумянившегося юнца и вытащил из кармана телефон. Если возникнут вопросы, можешь писать мне напрямую в личку.

Извините, замкапитана, у меня нет Вичата, — Ши Цинь засунул руку в карман брюк, нащупал аппарат и спросил: Я могу записать ваш номер телефона? Подойдет?

Увидев, что в руках у Ши Циня какая-то потрепанная дешевая звонилка сбитая вкривь и вкось, Ван Гуанцян даже опешил. Лю Цзяньго уже упоминал, что малому хромому приходится туго, но чтобы настолько... как у него вообще может не быть нормального смартфона?

А если придет оповещение, мне можно будет позвонить? Хоть один гудок, я подойду к дежурке и посмотрю, — голос Ши Циня звучал мягко, а сам он держался максимально услужливо.

Видя, как жалко и неуверенно выглядит молодой охранник, Ван Гуанцян продиктовал свой номер. Записав контакт Ши Циня, он поинтересовался: Ну как тебе здесь в первые дни? Капитан Лю человек занятой, попросил меня приглядывать за тобой, так что если возникнут трудности — обращайся в любой момент.

Всё отлично, — Ши Цинь убрал телефон в карман. — Спасибо, замкапитана.

Да брось, зови меня просто братом Цяном, как и остальные, — Ван Гуанцян снова перевел тему: Общежитие компания предоставляет, но питание — за свой счет. Где обедал сегодня? Уже освоился с окрестностями?

Ши Цинь не любил фамильярничать, а уж называть братом старого хрена, который только что лапал его за задницу — пусть даже из лучших побуждений, чтобы поддержать — было выше его сил. От одной мысли об этом его мутило.

Поэтому он попросту пропустил первую часть вопроса мимо ушей и коротко бросил: Я принес еду с собой, уже освоился.

Сам готовишь? Надо же, молодец, — Ван Гуанцян поднялся, уступая ему место. — Садись, и больше не бегай куда попало. Здесь на посту работа непыльная, а перевод сюда действительно выглядит нечестно по отношению к остальным ребятам, могут и затаить обиду, подкинуть проблем капитану Лю.

Спасибо за предупреждение, замкапитана, — на словах согласился Ши Цинь, хотя в душе был категорически не согласен: ему-то зарплату платят куда меньше, чем остальным, вот это действительно нечестно.

Ладно, мне пора работать.

Громкий голос наконец удалился. Опустившись на стул, Ши Цинь с досадой закинул ногу на ногу и кончиками пальцев стал медленно, круговыми движениями разминать ноющую косточку левой лодыжки.

Он массировал ногу и одновременно смотрел на залитый ярким солнечным светом пол у окна. В кронах деревьев непрекращающимся хором трещали цикады — шумно, но как-то умиротворяюще.

Только вот надолго ли это умиротворение...

Только что все мысли Ши Циня крутились вокруг бывшего одноклассника: он снова и снова гадал, узнал ли его Чжоу Янь. Было бы просто чудесно, если бы нет.

Когда настанет его очередь заступать на патрулирование, он будет выбирать те здания, куда Чжоу Янь точно не совался. На худой конец можно попросить Лю Цзяньго перевести его в ночную смену, чтобы их графики вообще не пересекались.

Разобравшись с позитивным сценарием, Ши Цинь принялся обдумывать худший вариант. Самый паршивый исход — потерять работу, но по сравнению с вопросом жизни и смерти это сущие пустяки. Пожалуй, лучше просто отсидеться в будке, а когда Чжоу Янь будет выезжать из парка, снова показаться ему на глаза и посмотреть на реакцию.

Подумаешь, какой-то шлюхин сын, которого кто-то содержит! На людях вырядился франтом, а кто знает, что он вытворяет в постели, если его каждую ночь тиранит богатый папик? Судя по всему, управлять таким Мерседесом не так-то просто.

От этой мысли Ши Циню стало легче, а от былого чувства неловкости не осталось и следа. По крайней мере, у него есть гордость: он не продает лицо и не подстилается под мужиков, а пробивается в жизни собственным трудом — всяко круче этого Чжоу Яня!

В итоге, просидев сиднем до самых сумерек, он так и не дождался, пока этот черный Мерседес выедет со стоянки. То ли тот уже уехал через парадный вход, то ли черт его разберет.

Когда в семь часов прозвучал сигнал окончания смены, Чжоу Янь так и не появился.

В животе громко заурчало. Ши Цинь проголодался — в обед он перекусил лишь пресной лепешкой, так что думать о старом знакомом уже не осталось никаких сил. Прихрамывая, то ускоряя, то замедляя шаг, он поплелся к помещению охраны у восточных ворот.

Стоило ему подойти к дверям, как до него донеслись обрывки разговора двух охранников, обсуждавших роскошную иномарку.

Деньги: Интересно, кто владелец такой тачки? Нам за всю жизнь миллион не заработать, а у богатеев одна машина пять мультов стоит. Разве не бесит?

Чжан: Да мало ли кто там... Много ли у этих толстосумов честных денег?

Пять миллионов... сумма примерно совпадала. Ши Цинь тут же призадумался: неужели Чжоу Янь уехал только что?

Он заглянул внутрь и, убедившись, что проклятого Тао Хуэя поблизости нет, переступил порог дежурки, приветливо улыбнувшись: Братья Цянь и Чжан, я сменился.

http://bllate.org/book/36943/4596267