Готовый перевод Hello, Raise My Pay / Здравствуйте, поднимите оплату: Глава 19

Глава 19

Намеренная ложь не осталась без последствий — Линь Ду всё же понёс заслуженное наказание. Как минимум сегодня на тёплое рукопожатие Цинь Ваньчжоу он мог больше не рассчитывать.

До конца сеанса на катке оставалось минут десять.

— Ты покатайся ещё, — сказал Цинь Ваньчжоу, — а я сбегаю в лавку по соседству, куплю воды.

Линь Ду шагнул было за ним:

— Я с тобой.

Цинь Ваньчжоу развернулся и упёрся ладонью ему в грудь:

— И не думай. Я за целый час заплатил — нечего дарить катку эти деньги.

Линь Ду послушно отступил и кивнул. Ваньчжоу тепло улыбнулся:

— Я быстро.

Оставшись на площадке, он послушно наматывал круг за кругом, то и дело бросая взгляд на вход.

Однако десять минут пролетели, а Цинь Ваньчжоу так и не появился. Линь Ду не стал задерживаться ни на секунду. Быстро переобувшись, он поспешил наружу.

На улице его разом окатило волной слепящего солнечного света. Зажмурившись на мгновение и вновь открыв глаза, он почти сразу отыскал взглядом Ваньчжоу.

Прижимая к себе две бутылки с водой, тот стоял в тени раскидистого дерева у входа в магазинчик. Прямо перед ним стояла девушка и увлечённо о чём-то говорила.

Линь Ду решительно направился к ним. Приближаясь, он расслышал обрывок фразы Ваньчжоу:

— Простите, видно, мне просто не суждено.

Слова прозвучали дежурно и вежливо, но Линь Ду почему-то уловил в этом мягком отказе отзвук искренней горечи.

Девушка замахала руками, смущённо улыбаясь:

— Ну что вы, не говорите так! Это я повела себя слишком навязчиво.

В этот момент Цинь Ваньчжоу поднял глаза и, заметив приближающегося Линь Ду, приветственно махнул ему рукой. Незнакомка обернулась. Столкнувшись взглядом с Линь Ду, она виновато улыбнулась ему, на прощание кивнула Ваньчжоу и поспешно скрылась в толпе.

— Что тут у вас? — поинтересовался Линь Ду.

— Да так, познакомиться хотели, — Цинь Ваньчжоу протянул ему бутылку минералки. — Ледяную тебе нельзя, взял комнатной температуры. Пойдёт?

Линь Ду скользнул взглядом по пластику и взял воду. На тёплых стенках выступили капли конденсата, перекочевавшие со второй, ледяной бутылки, которую Ваньчжоу оставил себе. Медленно прокручивая бутылку в ладони, Линь Ду спросил:

— Отказал?

— А сам как думаешь? — Ваньчжоу, похоже, окончательно забросил светскую вежливость. Он небрежно свинтил крышку со своей бутылки и, запрокинув голову, сделал несколько жадных глотков.

— Но почему «не суждено»? — не отставал Линь Ду.

Цинь Ваньчжоу опустил руку, неторопливо вытер губы тыльной стороной ладони и так же не спеша закрутил крышку. Подумав секунду-другую, он одарил Линь Ду весьма двусмысленным взглядом:

— Потому что я признался, что я по парням.

Линь Ду почуял в этих словах намеренную уловку, тонкий намёк. Однако его лицо не выдало ни единой эмоции. Он лишь едва заметно склонил голову набок и ровным, размеренным голосом спросил:

— И это правда?

Обычно, когда Цинь Ваньчжоу по-настоящему хотел кому-то отказать, он выстраивал целую стену из веских аргументов. В ход шла любая вдохновенная ложь, в которую — чисто ради убедительности — он мог подмешать крупицу истины.

Но Линь Ду обожал докапываться до сути.

Всего из нескольких брошенных фраз он безошибочно вычленил то единственное, что было искренним.

Почему Ваньчжоу заговорил о неслучившемся счастье?

Да потому, что он действительно не мог позволить себе никаких отношений. Ни с кем и никогда.

Все эти годы он вел почти затворническую жизнь. Беспощадно, словно садовник, обрезающий сухие ветви, он оборвал все прежние связи и знакомства, чтобы целиком посвятить себя заботе о младшем брате, Цинь Цзаочуане. Любовь для него оставалась непозволительной роскошью, да и дружба стоила слишком дорого. Обычный человек с весьма скромными ресурсами, он попросту не имел ни времени, ни сил платить по этим счетам. Провести чёткую границу и никого не впускать в свою душу — в этом заключалось его последнее, базовое милосердие к окружающим.

Не задайся он целью соблазнить Линь Ду, он никогда не выкроил бы время на глупые прогулки по аллеям и уж точно не провёл бы целый час на роликовом катке.

Ему и в голову не пришло бы тратить силы на возведение этого хрупкого, призрачного замка отношений.

Солнечные лучи, пробиваясь сквозь листву, дробились на золотые пылинки. Они хаотично вспыхивали в волосах Цинь Ваньчжоу, ложились бликами на кончик носа Линь Ду и дрожали на его ресницах. В кронах деревьев истерично, надрывно трещали цикады.

И посреди этого оглушительного зноя Линь Ду смотрел на него поразительно спокойным взглядом.

— Так ты действительно по парням?

Цинь Ваньчжоу горько, с усмешкой покачал головой.

Открывать душу он, конечно же, не собирался. Их связь не предполагала доверительных исповедей.

Поэтому он привычно усложнил правила игры, перебросив мяч обратно на половину поля соперника:

— А тебе как кажется?

Простой закрытый вопрос, требующий однозначного «да» или «нет», превратился в теннисный мяч, который они упрямо перекидывали друг другу.

Но даже в этой скрытой дуэли, в этой взаимной проверке на прочность никто не переходил черту. Оба действовали тонко, сдержанно, бережно оставляя друг другу пространство для маневра.

Линь Ду не стал упорствовать и мягко перевёл тему:

— Пойдём обратно?

— Да, — на этот раз Цинь Ваньчжоу вилять не стал и ответил прямо. Бесконечная ментальная эквилибристика вымотала его, однако профессиональный долг требовал держать марку до конца. Он вежливо уточнил: — Или тебе нужно, чтобы я сходил с тобой куда-то ещё?

Линь Ду покачал головой:

— Проводить тебя?

— Не стоит. Спасибо, — мягко отказался Ваньчжоу.

— Хорошо, — не стал настаивать Линь Ду. — Тогда до завтра.

Цинь Ваньчжоу взглянул на него — сейчас Линь Ду выглядел на редкость покладистым и послушным.

По выходным он всегда безукоризненно чтил личные границы Ваньчжоу. Вот только стоило им разойтись, как этот парень мгновенно преображался и начинал заваливать его бесконечным потоком сообщений в мессенджерах.

Уголки губ Цинь Ваньчжоу дрогнули в слабой, ироничной улыбке.

«До завтра, ходячая проблема», — мысленно вздохнул он.

Ваньчжоу так легко откланялся ещё и потому, что с самого утра его озадачил сообщением Ду Тяньлэ. Тот под благовидным предлогом пригласил его на обед — якобы выслушать отчёт о проделанной работе.

По уровню навязчивости эти двое стоили друг друга.

Местом встречи оказался пафосный ресторан японской кухни со шведским столом и претензией на аутентичную атмосферу. Хостес поприветствовала Цинь Ваньчжоу на ломаном японском и проводила в отдельную кабинку.

Ду Тяньлэ уже сидел там, уткнувшись в телефон. Заметив гостя, он небрежно толкнул в его сторону планшет для заказа блюд и ткнул пальцем в экран:

— Выбирай что хочешь. Ни в чём себе не отказывай.

Чистейшая музыка для ушей.

Ваньчжоу внезапно подумал, что несносный характер Ду Тяньлэ порой можно очень даже легко терпеть.

Хотя Цинь Ваньчжоу искренне любил японское аниме и кинематограф, к кухне Страны восходящего солнца он относился прохладно. Выбрав несколько сытных горячих блюд, чтобы просто набить желудок, он перешёл непосредственно к делу и добросовестно зачитал отчёт.

— Вы что, ходили гулять в парк? — Ду Тяньлэ попытался подцепить палочками упитанный ломтик лосося, но тот выскользнул и шлёпнулся обратно на тарелку. — Надо же, какой здоровый досуг.

— Приобщаю Линь Ду к матушке-природе, укрепляю его иммунитет, — невозмутимо отозвался Ваньчжоу, отправляя в рот кусочек своей порции. — А то он от пары глотков холодной воды готов слечь с несварением.

— Ну, не такой уж он и хлипкий, — со второй попытки Ду Тяньлэ всё-таки донёс рыбу до соусника с васаби. — Он вообще-то саньда занимается.

Цинь Ваньчжоу замер с занесёнными палочками, его брови недоверчиво поползли к переносице:

— Саньда?

— Ага. С начальной школы колотит всех без разбору, так до сих пор и не бросил. Если этот парень за что-то берётся, то это на всю жизнь. Упёртый до безобразия, — на лице Тяньлэ отразилась кислая мина. — А иначе с какого перепугу я бы стал нанимать человека для этих грязных интриг? Да я его физически одолеть не могу, мать его.

— Надо же, так ты всё-таки отдаёшь себе отчёт, что мы занимаемся подлостью, — пробормотал Ваньчжоу, неразборчиво пережёвывая мясо. Но тут до него внезапно дошёл истинный масштаб катастрофы. Он спешно сглотнул, округлив глаза, и испуганно выдохнул: — Погоди-ка... Если всё вскроется и наш заговор выплывет наружу... он ведь меня не покалечит?

http://bllate.org/book/36934/4786889