Готовый перевод The Heartthrob Little Beauty is Targeted Again / Очаровательный милашка снова под прицелом: Глава 26

Склонив голову, Чэн Чаолинь упивался теплом пальцев Юй Дэна, скользивших по его лбу. Знойный дух боялся даже моргнуть — вдруг эта нежность окажется лишь зыбким наваждением, рожденным его собственным безумным желанием?

Помолчав, Чэн Чаолинь тихо переспросил:

— Ты хочешь сказать, жена... что теперь будешь только со мной?

Юй Дэн кивнул.

— Только со мной? Ни с кем больше? — вновь выпытывал покойный муж.

Юй Дэна лишь позабавила эта его въедливость:

— Ну конечно.

"Подумаешь, ведь особое задание Чэн Сяо уже выполнено. Теперь-то уж точно можно сосредоточиться на Чэн Чаолине и спокойно завершить миссию"

В этот миг Чэн Чаолинь понял: потребуй Юй Дэн от него чего угодно, он исполнит без колебаний.

Вся ярость и обида, некогда терзавшие злого духа, рассеялись без следа, уступив место куда более глубокому, всепоглощающему желанию.

— Поймал тебя на слове, жена.

[Черт, опять экран погас? У нашего Дэнъдэна столько секретов, вечно всё самое интересное прячут!]

[Думаю, у Малыша просто какие-то особые скрытые квесты, и он отключает трансляцию, чтобы мы не мешали.]

[Очень даже похоже на правду. Но вообще обалдеть — в таком сложном изменяющемся сценарии выжило целых пять игроков!]

[Да это всё благодаря нашей Прелести! Он же столько сюжетных веток открыл. Да и монстры из-за него стали куда смирнее, особенно дворецкий.]

[Ой, Малыш еще не вышел из игры... Неужели нам покажут дополнительные сцены? Господи, этот жуткий призрак сейчас вылитая послушная собачка! Стоп... Что?! Стрим вырубился?!]

Экран перед сотнями тысяч зрителей окончательно потемнел, высветив надпись: "Трансляция завершена". Поскольку основная сюжетная линия Юй Дэна подошла к концу, а впереди оставалось лишь секретное задание, Главная система попросту оборвала эфир.

Сам Юй Дэн, разумеется, даже не заметил, что его аудиторию опять оставили в темноте. Злой дух уже крепко сжимал его в объятиях.

— Так что за дело у тебя ко мне, милый? — спросил Чэн Чаолинь.

Юй Дэн слегка прикусил губу:

— Ну... то самое, о чем я говорил раньше.

"Печать..." — мгновенно догадался Чэн Чаолинь, и его недавняя радость заметно угасла.

Юй Дэн поднял глаза на своего покойного мужа, который совсем недавно выбрался из заточения. На душе стало паршиво, слова застревали в горле:

— Я...

Злой дух был слишком умен. По нерешительности юноши и по тому, как внезапно исчезли все гости усадьбы, он уже догадался о сути происходящего. Юй Дэн не хотел, чтобы он стер это место с лица земли.

Чэн Чаолинь послушно отдал выбор в руки возлюбленного:

— Тебе непременно нужно это сделать, верно?

Юй Дэн едва слышно угукнул.

Чэн Чаолинь негромко вздохнул:

— Что ж, тогда я не стану сопротивляться.

"Надо же, покойный муж тоже такой послушный..."

Юй Дэн немного помолчал, а затем неожиданно спросил:

— Чэн Чаолинь... как думаешь, ты уже отомстил им?

Тот на мгновение задумался и покачал головой:

— Пожалуй, не совсем. Я хочу сравнять это гнездо порока с землей, Дэнъдэн.

"Так и знал, что задания столкнутся лбами"

Дополнительный квест никак не уживался с особым поручением. Стоило наложить печать, как разрушение усадьбы становилось невозможным. Выходило, что сам мир игры... активно мешал Чэн Чаолиню довести месть до конца? Странно все это.

Чэн Чаолинь тоже прекрасно понимал эту нестыковку, и в его глазах промелькнула горькая усмешка.

— У меня есть идея, — улыбнулся он, заметив недоумение на лице юноши. — Но сперва делай со мной все, что задумал, моя прелесть.

Юй Дэн тихонько вздохнул и под руководством Системы Ноль-Один мысленно сосредоточился на призыве системного контракта, который должен был вновь сковать злого духа печатью.

В воздухе вспыхнула тонкая нить бледно-золотого света, связавшая их души воедино.

В отличие от обычного человека, вроде его приемного сына Чэн Сяо, Чэн Чаолинь как могущественный призрак ощущал эту силу гораздо острее. Он отчетливо чувствовал, как нерушимые узы натягиваются между ним и Юй Дэном.

Он сощурился и в самый последний миг, когда печать уже почти сомкнулась, властным усилием воли заморозил процесс.

— Ой? — Юй Дэн удивленно пошевелил пальцами, пытаясь ухватить тающие золотые искры. — Что случилось?

— Не спеши.

Чэн Чаолинь легким взмахом руки разогнал клубящуюся тьму. Перед взором Юй Дэна вновь предстали коридоры усадьбы, а в самом углу, сжавшись от непереносимого ужаса, дрожали уцелевшие члены семьи Чэн.

Они были грешниками, палачами, которые теперь сами ждали своего приговора.

Юй Дэн всматривался в эти искаженные страхом лица несколько секунд, после чего негромко спросил:

— А среди них есть те... кто ни в чем не виноват?

Посмотрев на него, Чэн Чаолинь мгновенно уловил его мысль. Тяжелые дубовые двери усадьбы со скрипом распахнулись, и плотные потоки черного тумана мягко вытолкнули наружу тех немногих, кто действительно не имел отношения к давней трагедии.

Дворецкий Дун обернулся, бросив долгий взгляд на стоящую в обнимку пару, и уверенно шагнул в ночную мглу. Чэн Чаолинь вежливо кивнул ему на прощание, а затем пояснил Юй Дэну:

— Дядя Дун когда-то служил мне верой и правдой. После моей кончины ему пришлось несладко, поэтому я поделился с ним частью своей призрачной силы.

"Вот оно что", — мысленно кивнул юноша. Теперь понятно, почему в первый же день пребывания здесь этот старик нагнал на всех такого жути.

Чуть поодаль Линь Чжиюэ тоже все поняла. Она напоследок низко поклонилась Чэн Чаолиню и Юй Дэну, после чего сама шагнула за порог, растворяясь в серой дымке.

— Постой... А как же мисс Линь? — забеспокоился Юй Дэн, глядя ей вслед.

— Не переживай за нее, — мягко отозвался призрак. — Она давно мечтала покинуть эти стены.

Чэн Чаолинь нежно коснулся губами щеки юноши. Черный туман вокруг них взметнулся до самого потолка, превращаясь в бушующее темное пламя.

— А теперь, дорогая моя жена... просто попробуй меня остановить.

Юй Дэн растерялся:

— А?..

Но черное пламя уже хлынуло во все стороны, за секунды пожирая стены, мебель и перекрытия. Огонь безжалостно уничтожал все на своем пути.

Юй Дэн похлопал ресницами и наконец сообразил, к чему клонит его покойный муж.

"А-а, вот оно что!"

Юноша тут же включился в игру. Схватив призрака за рукав, он изо всех сил изобразил панику, хотя его глаза при этом так и сияли от восторга:

— Стой! Прекрати немедленно! Прекрати!

Злой дух послушно закивал, однако в следующее мгновение вся усадьба со страшным грохотом рухнула, превращаясь в груду обломков.

Чем дольше Чэн Чаолинь оставался на свободе, тем безграничнее становилась его власть над этим миром. Если бы не сдерживающие алгоритмы Главной системы, он давно сравнялся бы силой с божеством.

Всесокрушающая тьма стирала с лица земли Усадьбу семейства Чэн. Оставшиеся члены семьи метались в панике, пытаясь спастись.

— Я виновата! Братец, прости меня! — в истерике закричала Чэн Чжаося, зажимая уши руками. — Я не должна была поддаваться алчности и вредить тебе! Не должна была позволять Вэньхао издеваться над Чжиюэ... А-а-а! — Ее искаженное, полубезумное тело мгновенно вспыхнуло черным пламенем и за пару секунд осыпалось серым пеплом.

Чэн Чаолинь даже не соизволил дослушать их запоздалые лицемерные мольбы о пощаде. Вокруг него сплошной стеной гремели обвалы.

Юй Дэн завороженно наблюдал, как некогда величественное поместье превращается в прах.

"А ведь в этом что-то есть..." — весело подумал он.

Пожалуй, единственным, кто сейчас рвал и метал, была Главная система.

[Обнаружены критические колебания системного кода]

Электронный голос Главной системы, примчавшейся на место катастрофы, сорвался на визг:

— Игрок Юй Дэн! Почему вы не выполняете поставленную задачу?!

Почему он преспокойно стоит и смотрит, как злой дух разносит весь сценарий на куски?!

Юй Дэн обиженно надул губы:

— Да как это не выполняю? Я только этим и занят! Разве не видно? Я тут, между прочим, собственной жизнью рискую, пытаясь его удержать!

— Но... — Главная система взглянула на дымящиеся руины, на которых камня на камне не осталось, и едва не зависла от перегрузки.

— Чэн Чаолинь уже согласился запечататься! — Юй Дэн пренебрежительно махнул рукой в сторону завалов. — К тому же фундамент-то уцелел. Вы же у нас такая сильная и могущественная Система, игроков пачками воруете. Неужели отстроить заново одну усадьбу для вас проблема?

Выдав эту гневную тираду, юноша мысленно захлопал в ладоши.

"Ух ты, надо же, какой я сегодня находчивый и острый на язык!"

Главная система лишь бессильно выдала:

—...

Не найдя подходящих аргументов и давясь глухой яростью, она растворилась в воздухе, оставив после себя лишь ворох заглючившего программного кода.

Усадьба семейства Чэн перестала существовать. По крайней мере, на этот раз бесконечный кошмар и порочный круг насилия были разорваны.

Юй Дэн облегченно перевел дух. Квесты завершены, значит, пора возвращаться в Центр игроков?

Стоило ему об этом подумать, как в ушах раздался прерывистый механический писк.

[Пип... Пип... Обнаружена неустранимая системная ошибка. Выход заблокирован. Игрок Юй Дэн временно задерживается в игровом пространстве]

— А? — Юй Дэн поспешно позвал: — Ноль-Один! Тунтун!

Однако в ответ тишина.

"Да что опять стряслось-то?.."

— Жена ведь обещала побыть со мной... А сам уже рвется уйти, — раздался у самого его уха тихий, умоляющий шепот Чэн Чаолиня. — Пожалуйста, не бросай меня...

От растерянности и подступившей паники у Юй Дэна глаза заблестели от слез:

— Но мне правда нужно идти!

— Смотри, здесь больше ничего не осталось, только ты и я, — Чэн Чаолинь взмахнул рукой, гася последние очаги пламени, и с тоской посмотрел на груду обломков. — Побудь со мной еще совсем немного.

Юй Дэн в замешательстве теребил край рубашки:

— Ну и как я, по-твоему, должен с тобой сидеть?..

— Давай проведем обряд как полагается, — не раздумывая, предложил покойный муж. — Позволь мне взять тебя в жены по-настоящему.

Юй Дэн замялся, покусывая губу.

— Сделай это ради меня, пожалуйста. Пожалей своего бедного мужа.

Их прежний брак был лишь жалкой ширмой для чужих грязных интриг. У них не было ни празднества, ни благословений, они даже ни разу не виделись при жизни.

А когда Чэн Чаолиня подло убили собственные родственники, Юй Дэн в одночасье стал юным вдовцом, и их нелепый союз окончательно потерял всякий смысл.

Эта несправедливость тяжким камнем лежала на сердце злого духа.

— Это быстро, — вкрадчиво нашептывал призрак. — Нам нужно лишь поклониться друг другу. — Он прикрыл глаза, стараясь скрыть промелькнувшую в них отчаянную надежду: — Можешь считать, что мы просто разыгрываем сценку, моя прелесть.

"В самом деле?.. Хотя в этой игре мы и так постоянно примеряем на себя чужие роли..."

Поколебавшись еще немного, Юй Дэн сдался под натиском этого тоскливого, молящего взгляда.

— Ладно... Только поклонимся, и все.

Он просто физически не мог отказать этому жуткому призраку, который сейчас вел себя как послушный, побитый пес.

Поняв, что его уступка близка, Чэн Чаолинь тут же решил зайти чуть дальше, постепенно выпуская наружу свою темную, ненасытную натуру.

— Я слышал, ты надевал то чудесное платье перед этим негодяем Чэн Сяо. Должно быть, ты был невероятно красив. Жаль, мне не довелось на это взглянуть.

Юй Дэн недоуменно моргнул:

— Чего?..

— Позволь и мне полюбоваться тобой, жена.

***

Поддавшись на уговоры злого духа, Юй Дэн облачился в алое свадебное одеяние. Он стоял посреди дымящихся руин — хрупкий, неописуемо прекрасный, с яркими чертами лица, от которых захватывало дух.

Из клубящейся тьмы прямо перед ними соткался свадебный помост.

В воздухе все еще пахло гарью и порохом. Окружающий мир казался вымершим, безмолвным, но в этой тишине явственно ощущалось первобытное, дикое напряжение.

Юй Дэн отказался от традиционного красного покрывала на голову. Следуя подсказкам Чэн Чаолиня, он неловко поклонился призраку, завершая этот скромный, тихий обряд.

— Ну вот и все, — выдохнул удовлетворенный призрак, бережно прижимая юношу к себе. — Теперь ты снова принадлежишь мне.

Вспышка черного тумана — и помост растворился, уступив место просторной, богато убранной спальне. Точно такой же, какую Чэн Чаолинь создал в день своего освобождения.

Вот только на сей раз шелковые простыни и тяжелые балдахины сияли торжественным, праздничным алым цветом.

Чэн Чаолинь аккуратно уложил юношу на постель. Огненно-красный шелк одеял и свадебного наряда делал кожу Юй Дэна ослепительно белой, почти прозрачной.

Черные как смоль волосы разметались по алым подушкам, а пухлые влажные губы манили своим румянцем. Контраст был настолько резким, что у призрака помутилось в голове.

Сжав тонкую талию юноши, Чэн Чаолинь заглянул в его глаза с неприкрытым обожанием и уверенно накрыл его губы своими.

Их дыхание слилось в одно. Горячий язык призрака безжалостно проник в податливый рот Юй Дэна, увлекая его в глубокий, тягучий поцелуй, от которого губы юноши быстро припухли и заблестели.

Юй Дэн совсем захмелел от этой ласки. Едва дыша, он непонимающе пробормотал:

— Ты... что ты делаешь? Мы же уже сыграли свадьбу...

— А после свадьбы, любимая жена, всегда следует первая брачная ночь, — обнажил свои истинные намерения злой дух.

Юй Дэн в ужасе распахнул глаза. Что?! Про этот кошмар никто не предупреждал!

Черный туман вокруг зашевелился с утроенной силой. Тонкие жгуты мглы воровато скользнули под подол свадебных одежд, обвивая лодыжки юноши и медленно поднимаясь выше.

Холодные, влажные прикосновения коснулись чувствительной кожи бедер, ласкаясь и щекоча, словно умоляя о дозволении.

Юй Дэн попытался брыкаться, заливаясь густой краской:

— Бесстыдник!.. Отпусти!

Но от его робкого сопротивления злой дух лишь сильнее распалялся. Желание, которое он насилу сдерживал последние дни, лавиной обрушилось на его разум.

— Ты прав, — охотно согласился Чэн Чаолинь, перехватывая его ноги. — Я ведь злобный призрак, откуда у меня взяться совести?

Послушный туман одобрительно заколыхался, продолжая свои бесстыдные ласки.

Юй Дэн не на шутку испугался. Сжавшись в комок, он зашептал:

— Нельзя! Я не хочу!

"Знаю я эти ваши брачные ночи! От них потом все тело ноет и болит! Ни за что!"

Чэн Чаолинь на секунду замер, а затем медленно отстранился.

Алый шелк его одеяния уже давно сполз вверх, обнажая изящные изгибы тела и белизну бедер.

Длинные пальцы призрака, покрытые легкими мозолями, скользнули по нежной коже с внутренней стороны бедра.

Даже от этого невесомого прикосновения Юй Дэн вздрогнул — кожа в этом месте была слишком чувствительной.

— Тогда давай я сделаю тебе приятно по-другому? Можно? — тихо спросил Чэн Чаолинь.

Юй Дэн не сразу понял, о чем речь. Он нахмурился и попытался свести колени, чтобы защититься от назойливых пальцев.

— Мне неприятно... прекрати...

Вглядываясь в сердитое личико своего капризного супруга, Чэн Чаолинь виновато вздохнул:

— Моя вина. Сначала я должен позаботиться о твоем удовольствии.

Юй Дэн в недоумении наблюдал, как призрак опускается ниже, склоняя голову между его коленей.

А в следующий миг из его горла не смогло вырваться ни звука.

Злой дух — бережно, хоть и немного неумело — принялся ублажать своего капризного и невероятно желанного супруга.

***

Ноги Юй Дэна на мгновение натянулись как струны, после чего бессильно опали на простыни.

Взгляд его затуманился, устремившись в пустоту под балдахином, дыхание сбилось, а уголки глаз порозовели, словно их коснулась нежная кисть художника, оставив влажный след спелой вишни.

Чэн Чаолинь шумно сглотнул, поднимая потемневший взгляд:

— Ну как? Тебе понравилось, солнце мое?

Юй Дэн, никогда прежде не испытывавший подобной сладостной истомы, лежал совершенно растерянный и лишь капризно пробормотал:

— Нормально... сойдет...

Улыбка призрака стала еще шире, а в глазах вспыхнул опасный огонек.

— Что ж, раз я угодил тебе, то теперь твоя очередь проявить ответную ласку.

Юй Дэну потребовалось немало времени, чтобы его затуманенный разум смог переварить эти слова.

Впрочем, думать ему больше не пришлось.

Горячая плоть призрака, твердая и пугающая, прижалась к его шелковистому бедру.

"Ужас какой... Зачем оно такое огромное..."

Лицо юноши мгновенно вспыхнуло до самых ушей:

— Ты... ты что задумал?! Извращенец! Мерзавец!

Дыхание Чэн Чаолиня стало прерывистым и тяжелым. Он крепко прижал к себе дрожащее тело юноши, зарывшись лицом в изгиб его шеи, и тихо зашептал:

— Пожалуйста... Я буду очень нежно. Обещаю, тебе не будет больно.

Голова Юй Дэна шла кругом. Он на мгновение поддался этому вкрадчивому шепоту, но очень скоро осознал, что все обещания призрака — наглая ложь.

Каким бы ласковым ни пытался казаться Чэн Чаолинь, для изнеженного, чувствительного Юй Дэна любые прикосновения этого горячего, твердого естества казались невыносимыми. Ему было и щекотно, и больно одновременно.

И уж конечно, "быстро" это не закончилось!

Вскоре его темные глаза снова наполнились горькими слезами.

Юй Дэн без разбору сыпал обиженными ругательствами:

— Ублюдок!.. Ненавижу тебя! Прекрати!

Чэн Чаолинь непрестанно осыпал его лицо и шею поцелуями, пытаясь отвлечь от неприятных ощущений, но при этом ни на секунду не замедлял своих настойчивых движений.

За последнее время призрак изрядно наловчился целоваться, так что Юй Дэн то и дело забывался в его объятиях, уплывая от реальности.

В самый последний миг Чэн Чаолинь нежно прижал губы к его влажному, покрасневшему веку.

Сладкий аромат юноши смешался с терпким, тяжелым запахом любви.

В этот момент Система Ноль-Один наконец сумел пробиться сквозь призрачный барьер и подал голос:

— Хозяин? Вы меня слышите?

В то же мгновение Чэн Чаолинь уловил едва заметное колебание пространства. Он понял: его драгоценный гость вот-вот исчезнет.

Глаза злого духа зловеще потемнели. "После всего, что произошло между нами сегодня... ты ведь уже никогда не сможешь меня забыть, правда, Дэнъдэн?"

— Не забывай меня, жена... — прошептал он с затаенной тоской.

Но Юй Дэн уже ничего не соображал. Он не слышал ни призрака, ни Систему.

Его ресницы слиплись от слез, а подол прекрасного алого наряда превратился в жалкие лохмотья, едва прикрывавшие искусанное тело.

Его стройные, округлые бедра все еще мелко дрожали от пережитого напряжения.

Нежная белая кожа сильно покраснела, а в одном месте образовалась небольшая ссадина. Из-за грубого трения ноги горели как в огне, и юноша физически не мог их свести.

"Как же больно..."

Чэн Чаолинь сокрушенно вздохнул и принялся аккуратно разминать его затекшие мышцы, без конца покорно извиняясь:

— Прости меня, маленький мой. Это все я... Я чудовище, я последний негодяй.

Кожа Юй Дэна была белее свежевыпавшего снега, особенно там, куда никогда не заглядывало солнце.

Вот только сейчас этот чистый снег был безжалостно запятнан следами чужой страсти.

Липкий, влажный налет пачкал его бедра.

Юй Дэн из последних сил смерил призрака яростным, полным обиды взглядом.

— Это все из-за тебя... — всхлипнул он, с тоской глядя на свои исцарапанные бедра. — Весь меня испачкал...

http://bllate.org/book/36931/4875948