Готовый перевод Even Fierce Ghosts Cry When They See Me / Даже свирепые призраки плачут, когда видят меня: Глава 23

Стоило Цинь Му осознать нахлынувшую эмоцию, как дыхание его перехватило, а зрачки резко сузились. Внезапное чувство отозвалось в самой душе гулким, оглушительным ударом колокола. Накатило дурманящее, со сладостной примесью головокружение — столь туманное и прекрасное, что вырываться из него не хотелось вовсе.

«Что это со мной?»

Помотав головой, чтобы разогнать туман, он постепенно вернул ясность мысли — и тут же опешил. По телу разлилась жаркая, откровенно недвусмысленная волна. Ужаснувшись, Цинь Му почувствовал, как лапы подогнулись, и мгновенно распластался на кровати, пытаясь скрыть неожиданные физиологические изменения.

Цзян Нин к этому моменту уже справился с собственными чувствами. Заметив странное поведение кота, он с недоумением спросил:

— Ты чего?

Цинь Му замотал головой так усердно, словно игрушечный барабанчик, и залепетал:

— Ничего, ничего! Всё в порядке!

«Ничего», как же.

Впрочем, на смертельную болезнь это похоже не было. Видя, что кот откровений выдавать не намеревается, Цзян Нин не стал настаивать и повернулся к Нефритовому Малышу, который уже успел умоститься обратно на свой необработанный камень.

Малышу казалось, будто проклятое кольцо только что вытянуло из него каплю сил. Головка всё ещё гудела и кружилась, как бы он ни тряс ею, так что разговор хозяина с котом прошёл мимо его ушей. Почувствовав на себе взгляд Цзян Нина, дух искренне расстроился. Сжав пухлыми ручонками голову, он жалобно пробормотал:

— Хозяин, у меня голова кружится...

Цзян Нин был искренне благодарен духу за то, что тот помог проявить скрытые знаки в дневнике. Заметив его беспомощный вид, юноша смягчился. Коснувшись пальцем духа, он тихо сказал:

— Сосредоточься. Я дам тебе немного энергии Темного Инь.

Нефритовый Малыш тут же послушно выпрямился.

С кончика пальца Цзян Нина сорвалась крошечная черная капля, не больше горошины, и мгновенно впиталась в тело духа. Тот вздрогнул. Чернота расплылась внутри него катастрофически быстро: в мгновение ока сочно-зеленый нефритовый человечек превратился в кусок обугленного угля. С глухим «бух» дух опрокинулся навзничь и замер на камне плашмя, не в силах даже шевельнуться.

Цзян Нин онемел.

«Такое ощущение, будто я только что зверски расправился с ребёнком».

Цинь Му, всё так же распластанный на кровати, лениво скосил глаз на чернеющую «головешку» и с раздумчивым равнодушием бросил:

— Не переживай. Просто он хапнул слишком много энергии Иньша разом и не успевает её переварить. К утру всё усвоит.

Цзян Нин облегчённо вздохнул и выразительно взглянул на кота, давая понять: «Подвинься, я ложусь».

Цинь Му, словно гусеница, неуклюже отполз на край матраса. Проследив за его странными движениями, Цзян Нин ещё раз подозрительно переспросил:

— Точно всё нормально?

Кот вильнул хвостом и уставился в стену, избегая встречного взгляда:

— Да нормально всё, просто вставать лень.

Цзян Нин лишь хмыкнул, не придав этому значения. Переставив камень с духом на прикроватную тумбочку, он откинул одеяло и лёг. Вскоре в комнате воцарилось ровное, спокойное дыхание уснувшего человека.

***

В непроглядной тьме затеплился золотистый огонек.

От тела лежащего на кровати черного кота начала отделяться мягкая аура. Золотистое сияние разрасталось, пока из плоти не выскользнул полупрозрачный силуэт.

Это был невероятно привлекательный юноша. На нем был простой спортивный костюм, слегка отросшие волосы спадали на лоб, а черты лица отличались открытой, яркой красотой — из тех, что принадлежат обаятельным, «солнечным» парням. Зависнув в воздухе, он смотрел сверху вниз на спящего Цзян Нина. В его взгляде мешалось невероятное количество чувств: нежность, привязанность, глубокое доверие, жалость... и неистребимое, терзающее душу смятение.

«Я только что... действительно испугался за него? Встрепенулся от чувства к нему?»

«Но ведь он мужчина! Как я могу испытывать подобное к парню?!»

«И всё же в ту секунду я всем сердцем захотел уберечь его. Защищать всю жизнь...»

«Нет, бред. Я не должен западать на мужчин. Мне всегда нравились девушки. Я не гей!»

Перед глазами снова всплыло то короткое мгновение, когда на лице Цзян Нина промелькнула незащищенность и хрупкость. И пусть Цинь Му находился в бестелесной форме, в районе груди всё равно отозвался призрачный, трепетный удар.

Прижав ладонь к сердцу, он стиснул зубы и изо всех сил попытался заглушить нарастающий сумбур.

Он-то надеялся, что жар в теле — лишь инстинктивный всплеск кошачьей физиологии, потому и решился покинуть оболочку. Но без плотских оков ощущение стало только острее и ярче.

Впрочем, чему удивляться? С какой стати обычный кот стал бы испытывать вожделение к человеческому телу?

Склонившись ниже, Цинь Му завис прямо над Цзян Нином и принялся вглядываться в его черты.

Густые темные брови, длинные пушистые ресницы, ровная спинка носа и точеные, тонкие губы. Внешность безупречная, спору нет. Вот только при первой встрече его это нисколько не трогало! Значит, дело не в банальном влечении к красивому лицу... Неужели он и впрямь... запал на него?

«Но он же мужчина...»

— Мяу!

Раздирающие думы прервал резкий кошачий вопль.

Цинь Му вскинул голову и обомлел. Черный кот, оставшись без его духовного гнёта, обрел контроль над собственным телом. Теперь зверь стоял на кровати, выгнув спину и вздыбив шерсть, и настороженно гипнотизировал духа диким взглядом.

Цинь Му первым делом испуганно глянул на Цзян Нина. Тот лишь слегка нахмурился во сне, но глаз не открыл. Дух с облегчением перевел дыхание.

Этот кот был родным питомцем Цзян Нина по кличке Хуаньхуань. Они прожили бок о бок три года, пока в тело не вселился Цинь Му. Кот с хозяином были искренне привязаны друг к другу, а Цинь Му подавлял сознание животного целых три месяца. Выпустить бедолагу проветриться казалось вполне справедливым.

Улыбнувшись, Цинь Му тихо шепнул коту:

— Пошли, выведу тебя прогуляться, нечего хозяину мешать спать.

С этими словами он скользнул к окну.

Хуаньхуань, будто тоже понимая, что шуметь нельзя, до этого лишь приглушенно урчал в горле. Заметив движение, он с легкостью спрыгнул с кровати и мягкими шагами подобрался к подоконнику.

Цинь Му едва коснулся пальцем оконного засова — под действием его воли защелка плавно отошла, и рама слегка приоткрылась.

Кот запрыгнул на подоконник, поддел створку лапой и ловко выскользнул наружу. Очутившись на улице, он обернулся и требовательно замяукал.

Цинь Му добродушно усмехнулся:

— Иди-иди, умница. Я гулять не пойду, бегай сам.

И легким взмахом руки захлопнул окно.

Кот за стеклом одарил его откровенно презрительным взглядом, но настаивать не стал. Удовлетворенно вильнув хвостом, он спрыгнул с карниза и в пару слитных прыжков растворился в ночи.

Цинь Му застыл.

«Постой-ка... Кажется, я упустил кое-что важное...»

«Чёрт!»

Его осененный догадкой разум обожгла ужасная мысль:

«Я же только что ощутил гон! И когда выскочил из плоти, тело кота... находилось в самом разгаре весеннего приступа! И куда он теперь рванул?!»

Лицо Цинь Му мгновенно позеленело от ужаса.

«Ах ты паскуда мелкая! Стой! Не смей делать это своим телом, пока я в нём живу! Погоди-и-и!»

Бестелесный дух метнулся вслед за ним, насквозь пробив стекло, и стремительной тенью понесся по следу удравшего кота.

http://bllate.org/book/36921/4833226