Готовый перевод The Spoiled Blind Girl Becomes a Daddy's Darling / Слепой капризный принц и его властный опекун: Глава 9

Цзи Синлу проглотил лапшу и кивнул.

— На самом деле ничего особенного, в детстве произошел небольшой несчастный случай… а потом появилась эта боязнь, но всё не так серьезно, как ты думаешь!

У него во всем теле твердым был только язык, а смелости и ног словно вовсе не существовало.

А еще, пожалуй, округлый зад.

Хотя он бросил эту легкую фразу про небольшой несчастный случай, Шэн Фань понимал, что дело обстоит куда сложнее, однако расспрашивать дальше не стал и произнес:

— Судя по твоим словам, ты и спать ложишься при включенном свете?

Цзи Синлу кивнул:

— Оставляю включенной маленькую прикроватную лампу.

Маленький избалованный господин, который на людях вел себя надменно и непревзойденно, помыкая абсолютно всеми, на самом деле плохо видел в темноте, из-за чего всегда реагировал с завидным опозданием, а еще боялся темноты и даже спать ложился только при зажженном свете.

Звучало даже как-то трогательно и мило. Разве это не полный крах созданного образа?

Эта мысль мелькнула в голове у Шэн Фань на секунду, но тут же угасла.

Впрочем, это никак не отменяло того факта, что он был глупым и отвратительным человеком.

Расправившись с лапшой и допив чай с молоком, Цзи Синлу отправился умываться, а уходя, не забыл прихватить с собой ту самую маленькую лампу-грибок.

Шэн Фань подумал, что, наевшись и напившись, тот сразу отправится спать, но, к его неожиданности, спустя мгновение Цзи Синлу вернулся обратно — уже умытый, он улегся на его диван, прихватив с собой небольшое одеяло.

Шэн Фань удивился:

— И ужин съел, и умылся, спать не собираешься?

Цзи Синлу на сей раз ничего не ответил, лишь молча глядя на него из темноты.

Казалось, он безмолвно обвинял Шэн Фаня в том, что его упреки и попытки выпродворить гостя были донельзя бессердечными.

Шэн Фань пошел на уступку:

— Ладно, делай что хочешь, только не шуми.

Из-за отключения электричества делать было абсолютно нечего, и Цзи Синлу оставалось лишь уткнуться в телефон. Яркий свет в темноте резал глаза, поэтому он убавил яркость экрана до предела и, щурясь при свете своей лампы, принялся пялиться в дисплей.

Даже в таком положении он упорно продолжал сидеть в телефоне, и Шэн Фань просто не знал, что и сказать, но останавливать его не стал.

Когда Шэн Фань закончил писать новую версию плана, прошло уже два часа.

Прежний хозяин тела вел разгульный образ жизни и расставлял на ключевые посты исключительно угодных людей, передав всю власть в компании кучке бедных родственников и совершенно не заботясь о том, что те творят бесчинства и набивают карманы за чужой счет.

Шэн Фань пробыл здесь всего полмесяца, но уже изобрел тысячу и один способ понизить их в должностях и урезать зарплаты, переведя в периферийные отделы, и наконец вернул бразды правления в собственные руки.

Риски уменьшились, однако Шэн Фань отчетливо осознал и другое: сейчас среди его подчиненных не было ни одного толкового и надежного человека, поэтому многое приходилось делать самому.

Ничего, постепенно всё наладится, — Шэн Фань сладко потянулся.

Для всего нужно время, ведь он сам попал сюда совсем недавно и ко многому еще не успел привыкнуть, хотя сам процесс адаптации не казался слишком уж сложным.Разве что некий пресловутый молодой господин Цзи порой вызывал у него странную, едва уловимую головную боль.

Сохранив документ и выключив компьютер, Шэн Фань перевел взгляд на диван и обнаружил, что Цзи Синлу неизвестно когда заснул.

Оперевшись головой о руку, он некоторое время вот так смотрел на него сквозь расстояние, размышляя о чем-то своем.

По правде говоря, юный господин Цзи был невыносим до мозга костей, но даже такой железобетонный натурал, как Шэн Фань, был вынужден признать, что внешность у Цзи Синлу и впрямь была очаровательной, можно даже сказать — красивой.

В оригинальной книге автор уделял этому пушечному мясу не так много внимания, упомянув лишь вскользь: «Хотя Цзи Синлу выглядит весьма мило, словно послушный ребенок, на самом деле характер у него на редкость скверный».

Шэн Фань прожил почти тридцать лет и еще не встречал по-настоящему «милых» мужчин в полном смысле этого слова, да и его эстетические вкупы, казалось, вовсе к этому не располагали — до тех пор, пока он не встретил Цзи Синлу в мире романа.

Каштановые кудри, бледная кожа, янтарные глаза, сладкая улыбка, ямочки на щеках и едва заметные клыки.

Когда Шэн Фань увидел его впервые, он даже не мог точно описать свои чувства — ровно до того момента, пока не подошел заговорить. Стоило Цзи Синлу открыть рот, как вся иллюзия окончательно разбилась вдребезги.Еще секунду назад юный господин перешучивался с кем-то, его глаза сияли от радости, а на губах играла довольная улыбка. Но стоило ему обернуться и увидеть, кто перед ним, как он тут же насупился, а его тон стал угрожающим:

— Так это ты и есть Шэн Фань? Тетя только что показывала мне твое фото. Говорю тебе: в семье Цзи тебе не рады, так что советую по добру по здорову убираться отсюда!

Шэн Фань промолчал.

Похоже, некоторые вещи хороши лишь на расстоянии.

Сейчас Цзи Синлу спал, и во сне он выглядел удивительно покладистым. В теплом, мягком свете лампы-гриба его профиль казался еще нежнее, лишившись своей привычной агрессивности.

Шэн Фань бесшумно подошел ближе. Похоже, электричество сегодня уже не дадут, а оставлять Цзи Синлу спать в кабинете — не лучшее решение. Ночью станет прохладно, он простудится, а потом снова побежит жаловаться тете и дедушке. В любом случае, нужно отправить его спать в свою комнату.

С этой мыслью Шэн Фань протянул к нему руку, но в тот самый момент, когда он почти коснулся его, ресницы спящего дрогнули.

Цзи Синлу сам не понял, как заснул с телефоном в руках. Вероятно, из-за неудобной позы голова слегка затекла, и, с трудом разлепив глаза, он тут же встретился взглядом с Шэн Фанем, стоявшим у дивана.

Рука Шэн Фаня все еще замерла в воздухе, а выражение лица было мрачным и зловещим — неужели он хотел воспользоваться его сном, чтобы расправиться с ним?!

— ...Ты что-то хотел?Той ладони всё же суждено было опуститься на его макушку. Шэн Фань постучал его по голове и велел:

— Иди спать в свою комнату. Я не собираюсь слушать твой храп.

Цзи Синлу широко раскрыл глаза, отказываясь верить услышанному:

— Ты серьезно говоришь, что я храплю? Я отроду не храпел!

И добавил:

— К тому же, если ты еще раз распустишь руки, я подам на тебя в суд! Потребую выдать судебный запрет на приближение!

Шэн Фань, засунув руку в карман брюк, залился смехом:

— К чему такие крайности? Разве я сильно тебя ударил? В прошлый раз в машине я даже десятой доли силы не приложил.

Если хочешь подать на меня в суд — ради бога. Помочь тебе собрать улики? Боюсь, тебе будет неудобно, так что я могу сам сделать фото для доказательств.

Цзи Синлу: «…»

Он же просто так ляпнул, неужели Шэн Фань решил воспринимать всё всерьез?

Не можешь переспорить — так хоть убежать сможешь? Цзи Синлу сел на постели, натянул тапочки и перед уходом прихватил свое любимое маленькое одеяло, бормоча под нос:

— Ладно-ладно, с таким человеком всё равно каши не сваришь.

Он уже повернулся, чтобы уйти, но вспомнил, что сегодня вечером отключили электричество, и снова обернулся, глядя на крошечный ночник-грибок, стоявший на журнальном столике.

Эту вещь принес Шэн Фань.

Шэн Фань догадался о его намерениях и махнул рукой:

— Забирай, знаешь ведь, я человек щедрый.

— Тц.

Лучше бы он ничего не говорил. Стоило Шэн Фаню заикнуться об этом, как Цзи Синлу тут же решил, что тот просто красуется. Сколько вообще может стоить этот светильник?

Цзи Синлу унес ночник-грибок в комнату и поставил на прикроватную тумбочку. В темном помещении этот слабый источник света отбрасывал тусклое желтоватое сияние, почему-то давая ему ощущение покоя.

Закутавшись в одеяло, Цзи Синлу, которого и так клонило в сон, быстро провалился в глубокий сон.

Шэн Фань же вернулся в свою гостевую спальню.

Вилла насчитывала целых пять спален, но Цзи Синлу потребовал самую большую — с уверенностью и совершенно естественно, ведь куда бы он ни пришел, он везде ведет себя как хозяин. Шэн Фаню было лень с ним спорить, и он просто уступил ее.

В тишине и темноте в его голове совершенно неожиданно раздался механический голос:

— Хозяин, я думал, он тебе очень неприятен.

Этот голос в его голове принадлежал не кому иной, как системе Шэн Фаня — тому самому важнейшему золотому пальцу, благодаря которому он и смог обосноваться в этом мире из книги. Система не только помогала ему освежить в памяти сюжет оригинального произведения и подсказывала, как двигаться по сюжетной линии для выполнения задач, но и оказывала поддержку в его карьере.

По словам системы, если задание будет выполнено безупречно, она сможет наградить Шэн Фаня еще одним желанием, любым, не связанным с деньгами и материальными ценностями.

Только вот Шэн Фань пока не знал, чего еще он мог бы пожелать. Разве есть что-то, чего нельзя купить за деньги? Шэн Фань пока не придумал ответа и решил отложить этот вопрос на потом.

— Неприятен? Просто считаю его не слишком милым, до отвращения тут далеко. Что такое, неужели по-твоему я произвожу впечатление человека, способного препираться с ребенком?

Система: «……»

Разве это не вы только что пришли в ярость и от души отлупили пушечное мясо по мягкому месту?

Или же у вас просто были скрытые мотивы, и всё это наказание — лишь предлог, а на самом деле вам просто хотелось поиздеваться над человеком? Простите систему за то, что она не человек и не способна понять их запутанные мысли.

—

На следующий день Цзи Синлу проспал чуть ли не до полудня. Из-за слишком долгого сна в организме начался легкий недостаток кислорода, и в голове до сих пор стоял туман.

Долго вглядываясь в окно, он отметил, что сегодня выдался на редкость солнечный денек, и солнце светило весьма приятно. Вот только самому Цзи Синлу отчего-то стало скучно.

Он уже больше года как окончил университет. Раньше, в студенческие годы, он тоже любил погулять, и чем бы он ни занимался — будь то безделье или пустая трата времени, — рядом всегда были друзья, готовые поддержать любое безумие и разделить веселье.

Теперь же после выпуска все разбежались кто куда, вернувшись в круги своего привычного уровня. Он-то, избалованный молодой господин, мог и дальше жить за счет семьи, но вот кому-то вроде Сяо Юя приходилось крутиться повсюду ради куска хлеба.

Жизнь обычных офисных работников протекала в хлопотах, но была наполненной. Раньше на многочисленных тусовках Цзи Синлу слушал их рассказы об офисных забавах — то про изнурительное перетягивание каната с начальством, то про подковерные интриги с коллегами, — но сам мог лишь отделаться дежурной улыбкой.

Влиться в это у него так и не получалось.

Казалось, Шэн Фань был прав: те, с кем он постоянно общался, были лишь собутыльниками, не способными предложить ничего глубже поверхностных разговоров.

Посидев какое-то время в задумчивости, Цзи Синлу молча нащупал под подушкой телефон и открыл «Моменты» Цзян Мина.

Раз уж на тех друзей положиться нельзя, ему тем более нужно крепче вцепиться в Цзян Мина. С малых лет именно Цзян Мин относился к нему искреннее всех остальных. Всё остальное — второстепенное, и Цзи Синлу ни за коем случае не мог позволить кому-то снова увести его.

Однако, едва открыв ленту, Цзи Синлу тут же заметил в публикациях Цзян Мина кое-какую гадость.

Фотография была сделана на фоне того самого аукционного зала. Цзян Мин стоял вплотную к какому-то парню, их разделяло слишком маленькое расстояние, отчего всё выглядело весьма двусмысленно.

Этого парня звали Линь Чжихэ. Обычный альфонс из бедной семьи, который поступил в тот же университет, что и Цзян Мин, и познакомился с ним в университетском клубе.

Именно с той поры Линь Чжихэ стал появляться в поле зрения всё чаще. Поначалу Цзи Синлу не придавал этому значения, пока не заметил, что имя этого типа звучит из уст Цзян Мина с пугающей частотой. Тут-то в нем и проснулось чувство опасности.

Никто и никогда не смеет отнимать у него единственного друга и близкого друга детства!

Неудивительно, что в тот день на аукционе Цзян Мин, не договорив с ним, глянул в телефон и сразу куда-то ушел — оказывается, его приманил этот обходительный выскочка!

http://bllate.org/book/36799/4579723