Готовый перевод Every World Is a Crematorium / Каждый мир — поле боя для разбитых сердец: Глава 11

Но даже несмотря на это, гнев, доведенный до предела, вырвался наружу.

— Се Гуйянь, что ты творишь? — Сюй Яньчжу крепко ухватил Се Гуйяня за плечи и начал трясти его, пытаясь привести в чувство.

— Се Гуйянь!

Послышался холодный голос, каждое слово в котором было отчеканено. Увидев, что Се Гуйянь все еще не пришел в себя, Сюй Яньчжу силой приподнял его подбородок. Голова Се Гуйяня откинулась назад, а в уголках глаз заблестели слезы.

— Се. Гуй. Янь, — произнес Сюй Яньчжу по слогам.

Се Гуйянь наконец немного протрезвел. Смутно расслышав, как кто-то зовет его по имени, он с трудом разлепил глаза. Стоило ему взглянуть вперед, как он тут же встретился с ледяным, пронизывающим взглядом, скрытым за линзами очков Сюй Яньчжу — глубоким и непроницаемым.

Се Гуйянь еще не успел понять, что произошло и почему Сюй Яньчжу вдруг возник перед ним, как услышал:

— Се Гуйянь, разве я не учил тебя, что нельзя пить? Ты даже не заметил, как кто-то схватил тебя за лодыжку? — в его голосе сквозил неконтролируемый гнев.

Се Гуйянь от такой взбучки окончательно растерялся. Его покрасневшие глаза ошарашенно смотрели на Сюй Яньчжу.

Сюй Яньчжу с негодованием смотрел на него:

— Почему ты всегда такой непослушный? Неужели нельзя взяться за ум?

Се Гуйянь склонил голову набок, его заторможенный мозг медленно пытался осознать сказанное:

— ...?

— Неужели нельзя хоть раз не заставлять меня волноваться? — продолжал Сюй Яньчжу.

Се Гуйянь наконец среагировал:

— ...Нет, подожди, я что, постоянно заставляю тебя волноваться?

Их перепалку заметили одногруппники, многие обернулись в их сторону. Увидев это, Сюй Яньчжу поднял Се Гуйяня и, позволив тому опереться на себя, направился к выходу из кабинки.

— Он напился, я заберу его, — бросил он.

Чжао Цюаньшэн преградил ему путь:

— Кто ты такой? Я не могу позволить первому встречному увести его.

Поскольку именно он организовал эту встречу, он должен был хоть немного позаботиться о безопасности остальных.

Сюй Яньчжу, пребывавший в дурном расположении духа, холодно ответил:

— Спроси у него, кем я ему прихожусь.

От этой суматохи Се Гуйянь постепенно протрезвел. Услышав вопрос, он встретился взглядом с Сюй Яньчжу, в чьих глазах отчетливо читалась сдерживаемая ярость. Чжао Цюаньшэн перевел взгляд на Се Гуйяня. Помолчав немного, тот произнес:

— Я знаю его, мы пойдем.

В этот момент Се Шэньхай отложил кости и подбежал к ним, приобняв Чжао Цюаньшэна за плечи:

— Эй, да они старые друзья. Не волнуйся, пойдем лучше играть дальше!

Сказав это, Се Шэньхай увел Чжао Цюаньшэна, на прощание подмигнув Се Гуйяню. Сюй Яньчжу больше не произнес ни слова и вывел Се Гуйяня из бара.

На улице Сюй Яньчжу сухо спросил:

— Знакомый?

Он посмотрел на Се Гуйяня, который, будучи пьяным, казалось, еще не до конца пришел в себя. Сюй Яньчжу продолжил:

— В старшей школе ты во всеуслышание заявлял, что я твой парень. А теперь я всего лишь знакомый? — он сделал особый акцент на последнем слове.

Се Гуйянь ответил:

— ...В старшей школе я был неразумным.

Не ожидая такого ответа, Сюй Яньчжу сначала опешил, а затем раздраженно усмехнулся:

— Значит, теперь ты стал разумным?

Се Гуйянь посмотрел на него и произнес:

— Ты сейчас... ведешь себя не так, как обычно.

Сюй Яньчжу замер. Он понял, что его гнев, вызванный всплеском собственнических чувств, мог напугать Се Гуйяня. Он поправил очки, стараясь подавить ярость и вернуть себе привычный холодный и невозмутимый вид.

— Ты хоть понимаешь, что там произошло? — спросил Сюй Яньчжу.

Се Гуйянь пробормотал:

— ...Кто-то схватил меня за лодыжку? Но... ведь не все же любят мужчин, может, это просто недоразумение. К тому же, в той кабинке были все наши одногруппники, они бы точно не позволили случиться чему-то плохому, верно?

Вспомнив, как виновато выглядел тот человек, Сюй Яньчжу был уверен, что у того были недобрые намерения.

— Не стоит всегда считать, что все вокруг такие наивные.

Выслушав столько упреков, Се Гуйянь вдруг стал подозрительно спокойным:

— Значит, я наивный, я непослушный, я не берусь за ум и постоянно заставляю тебя волноваться. Так, что ли? — голос Се Гуйяня звучал медленно и тягуче, но в этой тишине сквозило нечто неясное.

Воздух словно застыл, но под этой неподвижностью скрывались опасные течения. Сюй Яньчжу сжал оправу очков, глядя на Се Гуйяня тяжелым взглядом, затем поджал губы. Он почувствовал легкую растерянность и не знал, что ответить.

Помолчав некоторое время, Сюй Яньчжу потер переносицу:

— Ты же знаешь, что я не это имел в виду.

— А что тогда? — голос Се Гуйяня, пропитанный алкоголем, был вязким и нежным, словно он нашептывал любовные признания.

Но, вдумавшись в слова Се Гуйяня, Сюй Яньчжу снова замер.

Се Гуйянь почувствовал, как к горлу подкатил ком. Он был ужасно обижен. Он и так выпил лишнего, голова кружилась, а Сюй Яньчжу, едва появившись, сразу набросился на него с обвинениями.

Что значит — почему ты такой непослушный?

Что значит — неужели нельзя взяться за ум?

И еще — неужели нельзя не заставлять волноваться?

Каждая фраза, казалось, выдавала скрытое недовольство, которое он копил в себе долгое время. Возможно, эти слова давно зрели в сердце Сюй Яньчжу, и сегодня, не справившись с эмоциями, он наконец выплеснул всё, что держал внутри.

— Я не блещу умом, с самого детства был безнадежным учеником. Как бы ты ни старался мне помочь или научить чему-то, я всё равно остаюсь никчемным, — продолжал Се Гуйянь.

Сюй Яньчжу перебил его:

— Ты же знаешь, что меня это не волнует. Ты сейчас пьян, давай вернемся домой и выспимся, а завтра обо всем поговорим. Будь умницей.

Интуиция подсказывала Сюй Яньчжу, что нельзя позволять Се Гуйяню продолжать в том же духе.

Се Гуйянь не обратил на него внимания:

— Я действительно не берусь за ум, поэтому еще в школе всеми правдами и неправдами пытался тебя закадрить... Наверное, ты просто устал от меня, поэтому и согласился по принуждению?

http://bllate.org/book/36754/4572573