Готовый перевод Echoes of Qionghua: The Immortal's Tribulation / Эхо Цюнхуа: Скорбь Бессмертного: Глава 8

Е Яо без особой надежды попытался высвободить ладонь. Поняв, что ничего не выйдет, он уставился на брата жалобным, просящим взглядом. Е Юань лишь заговорщически усмехнулся в ответ. Решив, что над ним издеваются, мальчик тут же насупился, напустив на себя напыщенно-холодный, неприступный вид, и уставился строго перед собой. Он, привыкший к вечным капризам и нежностям братика, даже опешил от такой резкой перемены. В душе у него шевельнулось странное чувство — смесь легкой щемящей грусти и искреннего веселья.

Силуэты величественных строений, до этого скрытые туманной дымкой, постепенно обретали четкие очертания. Е Юань стряхнул наваждение и принялся внимательно осматриваться.

Дорога под их ногами, прямая и гладкая, была вымощена бледно-желтым камнем; на ней легко могли бы разминуться десятка два путников. По обе стороны тянулись бассейны с хрустально чистой водой, а впереди высилась монументальная лестница. Е Юань мысленно сосчитал ступени: сначала пять, затем еще девять — скрытый намек на исключительное положение ордена Цюнхуа среди прочих школ бессмертия.

У главных ворот стоял юноша лет пятнадцати-шестнадцати. Его одеяние по крою напоминало то, что носил Цзун Лянь: белоснежное, с синей каймой и изысканным, строгим узором по подолу. Впрочем, одежда старейшины выглядела куда богаче и солиднее, да и поверх нее был накинут глубокого синего цвета жилет. «Должно быть, все дело в разнице чинов», — смекнул Е Юань и поспешил отвести взгляд, приняв благообразный и сосредоточенный вид.

Заметив приближение старейшины, молодой адепт почтительно склонился, сложив ладони в ритуальном приветствии.

— Ученик Сюань Е приветствует шишу Цзун Ляня.

Цзун Лянь по привычке потянулся было погладить бороду, но вовремя вспомнил, что держит за руки обоих приемышей. Смущенно кхекнув, он опустил руки.

— А, Сюань Е. Почему сегодня ты на часах? Чжун Гуан ведь собирался отправить всю вашу братию в Долину Раздумий за то, что Сюань Ци посмел ему перечить. Разве не так?

Сюань Е добродушно усмехнулся и неловко почесал затылок.

— Младший брат Сюань Ци действительно погорячился, так что наказание мы заслужили. Учитель строговат, но все делает ради нашего же блага.

Тут взгляд адепта упал на сирот, которых старейшина крепко держал за руки. Юноша восторженно округлил глаза.

— Шишу Цзун Лянь, неужели это... они?!

— Твой наставник лает, да не кусает, — благодушно отмахнулся Цзун Лянь, будто и не заметив крайнего изумления собеседника. — А эти двое... Хе-хе, настоящие самородки! Лично отыскал, когда спускался к подножию!

— Поздравляю вас, шишу! Раз они удостоились вашей похвалы, то их кости и духовные каналы наверняка... наверняка... — От волнения Сюань Е даже начал заикаться.

— Ха-ха-ха! — Цзун Лянь довольно прищурился, упиваясь чужим восхищением, и лишь спустя пару вздохов продолжил: — Ладно тебе. Зная нрав Чжун Гуана, он бы ни за что не отпустил тебя с поста просто так. Твои названые братья ведь все еще томятся в Долине Раздумий?

Юноша вновь смущенно поскреб макушку, но быстро посерьезнел.

— Все верно, шишу. Пока вы отсутствовали, приглядывать за оружейной в Павильоне Пяти Духовных Мечей вызвался шишу Мо Янь. Так вот, буквально только что прибегал младший брат Сюань Мэн. Передал, что древний меч Чжаньлу внезапно засиял и запел на своей подставке. Похоже, клинок пробуждается!

— Чжаньлу?! — возопил старейшина.

Не помня себя от возбуждения, он резко развернулся и припустил направо, увлекая за собой спотыкающихся ребятишек. Проходившие мимо адепты Цюнхуа даже бровью не повели — зрелище взмыленного мастера-оружейника было для них делом привычным. Несчастный Сюань Е, наплевав на приличия, ловким и явно заученным движением ухватил Цзун Ляня за край развевающегося рукава — ровно настолько, чтобы затормозить безумный порыв, но не покатиться следом.

— Шишу! Да постойте же вы, выслушайте до конца! Глава ордена вместе с мечом ждет вас во Дворце Цюнхуа! Они не в той стороне!

Старейшина натужно кашлянул. Поняв намек, Сюань Е тут же разжал пальцы. Одернув подол и пригладив одежду, Цзун Лянь мгновенно напустил на себя невозмутимый, величественный вид. Вот только Е Юань, снизу вверх подглядывавший за стариком, отчетливо разглядел, как в густых усах расплывается довольная, едва ли не до ушей, ухмылка.

— Кхм... Что ж, тогда поспешим. А ты, Сюань Е, не отвлекайся и неси службу как подобает.

Юноша простодушно осклабился:

— Рад бы, шишу, да не могу. Мне пора возвращаться под замок, в Долину Раздумий.

Они вихрем пронеслись по мощеной мостовой, огибая колоссальное изваяние богини. Наконец Цзун Лянь, все так же волоча за собой Е Юаня и Е Яо, бесцеремонно распахнул тяжелые резные створки величественного чертога.

— Брат Тай Цин! — сокрушительным эхом разнесся его зычный голос под сводами зала. — Где Чжаньлу?! Где он?!

— Цзун Лянь! Как смеешь ты поминать имя главы всуе! — громыхнул в ответ суровый, сочащийся чистой яростью голос.

Е Юань взглянул искоса. На него взирал юноша — на вид не старше шестнадцати лет, со снежно-белыми, коротко остриженными волосами. В таком сакральном месте могли находиться лишь избранные лица ордена Цюнхуа. Но чтобы столь юный на вид адепт отчитывал самого старейшину, да еще и называл его просто по имени... «Да уж, — подумал мальчик, — слухи не врут: в Цюнхуа полно скрытых тигров и затаившихся драконов».

— Полно тебе, младший брат Чжун Гуан. Оставь свою суровость, — примирительно отозвался статный мужчина, стоявший подле беловолосого юноши. Несмотря на серебро в шевелюре и окладистой бороде, выглядел он крепким мужем лет пятидесяти, не более. — Будто ты впервые видишь Цзун Ляня и не знаешь его повадок.

— Где Чжаньлу? Где клинок, спрашиваю?! — Цзун Лянь и ухом не повел на выпад Чжун Гуана. Старик лихорадочно обшаривал глазами каждый угол в поисках легендарного оружия.

— Кхм-кхм. Цзун Лянь, — раздался сухой кашель. Пожилой мужчина, сидевший во главе зала, окинул присутствующих пронзительным, цепким взором. Его взгляд на миг задержался на притихших детях, а затем вернулся к взбудораженному оружейнику. — Меч никуда не денется. Может, сперва представишь своих спутников?

— О-о! — Цзун Лянь так и просиял. С гордостью истинного коллекционера он подтолкнул двоих братьев вперед. Пятеро уставились на испуганных детей. — Знакомьтесь: Е Юань и Е Яо! Настоящие жемчужины, отыскал на большой земле! Мало того, что умны не по годам, так мальчишка еще и умудрился самостоятельно постичь водные чары! Хе-хе, не зря я...

— Цзун Лянь, ты ведь за Чжаньлу пришел, верно? — Тай Цин негромко хмыкнул, бесцеремонно обрывая излияния соратника, и сделал знак молчаливому старцу. Тот бережно вынес длинный, изящный футляр. — Со дня кончины основателя нашего ордена этот священный клинок спал беспробудным сном. И вдруг сегодня...

Глава не успел договорить — Цзун Лянь коршуном кинулся к ларцу.

Тай Цин удовлетворенно хмыкнул и перевел взгляд на замерших детей.

— По закону ордена каждому неофиту надлежит пройти Иллюзорный мир Мгновения, — заговорил он ровным, весомым тоном. — Однако я привык доверять чутью нашего мастера оружия. Да и ваш врожденный дар не подлежит сомнению. Посему сегодня мы сделаем исключение. Вы принимаетесь в орден без испытаний. Твое даосское имя отныне — Сюань Юань, а твое — Су Яо. С этого мгновения вы — мои личные ученики. Позже ваш старший брат Сюань Чжэнь покажет вам обитель.

Договорив, Тай Цин покосился на Цзун Ляня. Тот уже извлек Чжаньлу из ножен: клинок мерцал лазурью и фиолетовыми искрами, глухо вибрируя в заскорузлых руках оружейника, который застыл с блаженным, отсутствующим видом. На строгом лице главы ордена на миг промелькнула хитрая, почти озорная улыбка. Поймав недовольный взгляд блюстителя дисциплины Чжун Гуана, Тай Цин мгновенно посерьезнел и уставился прямо перед собой, будто ничего не произошло.

Е Юань едва заметно усмехнулся. Похоже, здешние старейшины — те еще актеры, и судить о них по первому впечатлению явно не стоит...

Е Яо изо всех сил старался держать лицо, но то и дело косился на сурового Чжун Гуана, чье детское лицо так не вязалось со старческим скрипучим голосом. От неловкости он крепче сжал ладонь брата.

— Ха-ха-ха! Ну конечно! Теперь-то все ясно! — Внезапно взревел Цзун Лянь.

Меч Чжаньлу то и дело бил его током, пуская мелкие фиолетовые разряды по пальцам, но старик упорно не выпускал рукоять. Он нетерпеливо поманил Е Юаня к себе. Стоило мальчику сделать шаг, как лазурное сияние клинка вспыхнуло с новой силой, а гул сделался чистым и звонким. Старик хитро прищурился. Тай Цин и остальные старейшины понимающе переглянулись; в их глазах затеплилось искреннее одобрение.

— Ну же, А-Юань, коснись рукояти, — мягко скомандовал оружейник, направляя руку мальчика к вибрирующему от нетерпения клинку.

Е Юань послушно кивнул. Он не мог оторвать взгляда от Чжаньлу, испускавшего волны лазурно-фиолетового света. Внутри шевельнулся странный отголосок — словно далекий зов звал его по имени. Мальчик протянул ладонь и бережно обхватил рукоять. Кожа не ощутила ни холода стали, ни жесткости оплетки. Напротив, сквозь пальцы в самое сердце хлынуло мягкое, ласковое тепло. Будто он встретил старого, верного друга после вековой разлуки.

Подчиняясь внезапному порыву, он легко взмахнул клинком. Крошечная фиолетовая молния сорвалась с острия, и тончайшая полоса духовной энергии мгновенно перерубила стоявший поодаль массивный медный подсвечник. Тяжелая подставка с тихим шипением рухнула на пол, срезанный край мгновенно обуглился и почернел.

— Великолепно! — восторженно выкрикнул Цзун Лянь.

— Брат, ты невероятный! — захлопал в ладоши Е Яо.

Их голоса вывели мальчика из оцепенения, и он наконец отвел завороженный взгляд от клинка.

— Кхм, — Тай Цин величественно кашлянул, скрывая улыбку, и обратился к Е Юаню: — Чжаньлу — древний артефакт, повелевающий стихиями Воды и Грозы. В сокровищницах Цюнхуа найдется едва ли пара клинков, способных сравниться с ним по мощи. Я искренне рад, что сегодня он признал тебя своим господином. Похоже, твой учитель не прогадал, избавив тебя от вступительных испытаний...

Цзун Лянь от подобных речей аж поперхнулся. Осознав, куда клонит глава, он тут же возмущенно вклинился в разговор:

— Постойте, глава! Что это вы заладили: «учитель» да «учитель»? Я первый нашел мальчишку и...

— А теперь позвольте вашему наставнику представить остальных, — Тай Цин и глазом не моргнул, пропустив протест мимо ушей. Он ласково подтолкнул детей к сидевшим старейшинам. — Это старейшина Величия Чжун Гуан. Рядом с ним — старейшина Воинской строгости Цин Ян. А чуть поодаль — старейшина-распорядитель Мо Янь.

В сокровищнице Тай Цин с нескрываемым превосходством посмотрел на мечущего громы и молнии Цзун Ляня. Он довольно улыбнулся:

— А вон тот сердитый старик — старейшина Меча Цзун Лянь. Вы можете звать его шишу... Ну или просто господином старейшиной.

Цзун Лянь задрожал, помрачнел от злости и глубоко нахмурился. Почуяв неладное, Тай Цин поспешно кликнул юного адепта лет тринадцати, дал ему короткие указания и велел увести детей подальше от греха.

Стоило тяжелым дверям захлопнуться, как изнутри донесся оглушительный грохот — будто опрокинули тяжелую утварь. А следом раздался истошный вопль старейшины Меча:

— А ну верни мне ученика, старый плут!

— Ступай в Долину Раздумий на месяц, бузотер! — яростно рявкнул Чжун Гуан.

Сквозь общий шум едва пробивался дребезжащий голосок Цин Яна:

— Братья! Глава! Прекратите немедленно! Только не заклинания Грома! И ради всех богов, не используйте Заклинание пламени! Здесь же все деревянное, вспыхнет вмиг! Мы едва закончили ремонт после прошлого раза! Мо Янь, да брось ты этот чертов ларец, помоги их растащить!..

И под конец до ушей удаляющихся детей донесся тихий, полный вселенской скорби вздох молодого адепта-проводника:

— И так каждый месяц...

Е Юань невольно усмехнулся. Он бережно вложил Чжаньлу обратно в ножны, затянул пояс и переглянулся с братом. Поняв друг друга без слов, дети зажали рты ладонями, беззвучно рассмеявшись.

http://bllate.org/book/36661/4689897