Готовый перевод To Avoid Becoming a BOSS After Death, I Did My Best / Я сделал всё возможное, чтобы не стать БОССОМ после смерти: Глава 12

Хэ Цюньцин вошел следом за Цзян Тибаем. Музыка здесь зазвучала отчетливее, глуша остальные звуки. Погасив фонарь, Цзян Тибай погрузил их в полумрак; дальше пробираться пришлось почти на ощупь.

Как оказалось, неприметная дверь вела прямиком за кулисы. По обе стороны от нее тянулись узкие лестницы, уходившие наверх — к тяжелым занавесам, которые скрывали края сцены. В обычное время эти драпировки прятали актеров, ожидающих своего выхода.

Пользуясь тем, что грохот музыки заглушал их шаги, Цзян Тибай быстро увлек Хэ Цюньцина вверх по ступеням. Они скользнули в тень и затаились за бархатной портьерой.

Единственным источником света в репетиционном зале был тусклый, экономно приглушенный прожектор, выхвативший из темноты лишь небольшой пятачок сцены.

Поднимаясь, Хэ Цюньцин заметил, что на подмостках никого нет — гремела лишь фонограмма. Однако уверенность, с которой действовал Цзян Тибай, избавляла от сомнений, и Хэ Цюньцин послушно замер в укрытии. Лишь теперь, когда они затаились, сквозь гул мелодии пробился иной звук.

Где-то там, под сценой, кто-то плакал. Навзрыд, прерывисто, срываясь на удушливый, заглушенный крик.

— Я не нарочно... Правда не... А-а-а!

— Хорошо, ладно... Я не такая, слышишь? Послушай меня...

В паузах сквозь женские всхлипы прорывался мужской рык. Мужчина яростно, взахлеб что-то выговаривал, но от злости его голос так исказился, что разобрать слова или узнать говорившего было невозможно. Накал перепалки рос, рыдания и оправдания женщины становились все более истошными.

Хэ Цюньцин растерянно обернулся к напарнику, но Цзян Тибай даже не шелохнулся. Он весь обратился в слух.

Ситуация внизу стремительно ухудшалась: послышались глухие удары, возня и вскрики. Хэ Цюньцин дернулся, не в силах больше бездействовать, но Цзян Тибай железной хваткой удержал его за плечо и указал на противоположный край сцены.

— Не рыпайся, — едва слышно шепнул он. — Смотри туда.

Хэ Цюньцин всмотрелся в указанном направлении.

Там, на самой границе светового пятна, клубился глухой мрак. Он напряг зрение, и в этот миг в темноте что-то шевельнулось, едва заметно качнув край занавеса. Силуэт казался размытым и пугающим: стоило попытаться сфокусировать на нем взгляд, как он словно растворялся в тени.

— Что это такое? — прошептал Хэ Цюньцин.

Он напрягся всем телом, готовый к худшему, но в следующее мгновение из темноты проступило бледное, перекошенное от страха человеческое лицо.

Цзян Тибай поскреб пальцем висок и с облегчением выдохнул:

— А, это новичок.

Хэ Цюньцин одарил его тяжелым взглядом.

"Только не говори, что за «жуткую тварь» ты принял обычного игрока."

— Похоже, его-то я давеча и приметил, — как ни в чем не бывало добавил Цзян Тибай.

Волна искреннего презрения во взгляде Хэ Цюньцина стала почти осязаемой.

Сделав вид, что не заметил немого укора, Цзян Тибай с самым невинным видом оправдался:

— А что я? Этот тип шляется посреди ночи сам по себе. Видел ведь, что мы влипли, и хоть бы знак подал! Все новички здесь анонимы, а этот еще и крадется как вор. Не моя вина, что я обознался.

Как бы то ни было, Хэ Цюньцин немного успокоился. По крайней мере, теперь в зале находились трое игроков.

Вскоре раздались удаляющиеся шаги, скрипнула и захлопнулась тяжелая дверь — буйный мужчина ушел. Рыдания под сценой понемногу перешли в тихое, жалобное всхлипывание, пока и его окончательно не поглотила гремящая музыка.

Когда внизу избивали женщину, Цзян Тибай мертвой хваткой вцепился в Хэ Цюньцина, словно предугадав его порыв. Тот попытался вырваться, но пальцы напарника держали крепко, как стальные тиски.

"Так и знал! Вся его давешняя слабость — чистой воды притворство!"

— Не дергайся, — тихо предупредил Цзян Тибай. — Это все не по-настоящему.

Мучитель, к счастью, скрылся. Хэ Цюньцин открыл было рот, собираясь спросить, каков их дальнейший план, но не успел произнести ни слова: в голове вновь раздался тонкий, сверлящий свист.

Музыка оборвалась.

Хэ Цюньцин замер, боясь пошевелиться.

Почувствовав, что парень больше не рвется в бой, Цзян Тибай удивленно покосился на него. Простодушный Новичок Си присмирел и тихо сидел в углу, будто судьба несчастной жертвы его больше не занимала.

Удовлетворенный этим, Цзян Тибай отвернулся.

"Вот и славно. Ни к чему строить из себя благородного спасителя. Излишнее рвение только вредит делу."

По боковой лестнице послышались легкие, почти невесомые шаги. Кто-то поднимался на сцену.

Хэ Цюньцин инстинктивно зажал уши ладонями, но пронзительный свист рождался где-то внутри черепной коробки. Это не помогало. Липкий, удушливый страх перед неведомой тварью, которая подбиралась все ближе, лишь сильнее сдавливал грудь.

Оглянувшись, Цзян Тибай нахмурился при виде его бледного лица и беззвучно, одними губами спросил: «Ты чего?»

Хэ Цюньцин проигнорировал вопрос. Его взор был прикован к просвету между центральными портьерами. Там, у верхних ступеней лестницы, из темноты медленно соткался силуэт и ступил в тусклый круг света.

Холодный белый луч упал на плечи вошедшей, и они тускло заблестели в темноте, точно подтаявший снег.

Она была поразительно худой, хрупкой и беззащитной. Ссутулившись и судорожно обхватив себя руками за живот, она медленно, с трудом волоча ноги, сделала шаг вперед.

Хэ Цюньцин забыл, как дышать. На женщине не было ни лоскута одежды!

"Нет, не смотри туда, отвернись!"

Он поспешно отвел глаза, но в то же мгновение свист в ушах превратился в невыносимый гул. Цзян Тибай придвинулся ближе, его голос растерял всю былую небрежность и прозвучал на редкость сурово:

— Смотри на нее, если жить хочешь. Не смей отворачиваться.

Превозмогая себя, Хэ Цюньцин медленно повернул голову обратно. Взгляд его все равно метался, не в силах долго задерживаться на фигуре незнакомки — настолько жалкой и беззащитной она выглядела. Это была совсем молоденькая девушка.

Ее лицо распухло от слез, оставлявших грязные потеки на щеках. Оказавшись под лучом прожектора, она словно устыдилась своей наготы: поспешно засеменила к краю сцены, стремясь поскорее уйти в спасительную тень.

Там, в темноте, лежала груда вещей. Девушка лихорадочно натянула их на себя.

Когда она отвернулась и на секунду убрала руки от живота, на деревянные доски пола с глухим стуком упали тяжелые багровые капли. Пат, пат...

В панике она снова прижала ладони к телу, но когда развернулась, Хэ Цюньцин успел разглядеть ее тренировочный костюм. Ткань ниже груди стремительно наливалась влажной, почти черной кровью.

Девушка снова беззвучно заплакала. Она терла окровавленные ладони о бедра, пыталась утереть катящиеся из глаз слезы, отчего все ее лицо покрылось кошмарными разводами. Шатаясь, она вновь вышла на середину сцены.

Единственный прожектор превратил ее бледное, испачканное лицо в жуткую маску. И тут в тишине зала из ниоткуда вновь загремела музыка.

Девушка вздрогнула, послушно поднялась на цыпочки.

И начала танцевать.

Хэ Цюньцин оцепенело наблюдал за этим безумием. Ни с чем подобным в своей жизни он не сталкивался и теперь совершенно не понимал, что делать.

Лишь спустя несколько мгновений он осознал, что движения незнакомки — это та самая хореографическая партия из спектакля, которую они разбирали днем. Из-за тяжелой раны она едва шевелилась, не делая резких па, но именно эта немощность, сквозь которую проступало отчаяние, делала картину невыносимо жуткой.

Вдруг противоположный занавес резко качнувлся. Хэ Цюньцин вскинулся: притаившийся в тени Новичок А пулей вылетел из своего укрытия и бросился на танцующую девушку!

Раздался короткий, похожий на предсмертный хрип животного вскрик — и нападающий сбил ее с ног.

Не теряя ни секунды, парень выхватил плотную тряпку и грубо запихал ее жертве в рот. Девушка отчаянно извивалась под ним, из-за чего ком ткани съехал, практически полностью закрыв ей лицо.

Следом в ход пошла заготовленная веревка — Новичок А без тени жалости принялся связывать несчастную по рукам и ногам.

Цзян Тибай перевел взгляд со сцены борьбы на застывшего напарника. На его губах снова заиграла двусмысленная, прощупывающая усмешка:

— Ну что? Не хочешь благородно броситься на выручку?

Хэ Цюньцин промолчал, отчего улыбка Цзян Тибая стала лишь шире.

"Рад бы помочь, да не могу."

С каждым грубым движением Новичка А невидимый свисток в голове Хэ Цюньцина завывал все яростнее, напоминая закипающий чайник. Звук нарастал, перед глазами поплыли серые круги. Этот ультразвук был куда чище и пронзительнее того, что преследовал их в коридорах. Становилось ясно: кем бы ни являлась эта несчастная танцовщица, она представляла куда большую угрозу, чем те твари внизу.

Когда девушка обессилела и затихла, парень выдернул кляп из ее рта и, тяжело дыша, навис над ней:

— Отвечай мне, быстро! Тот ублюдок, что только что ушел... это был Го Цин?

Девушка едва дышала, ее сознание угасало от потери крови. Новичок А выхватил откуда-то перочинный нож и приставил лезвие к ее горлу:

— Говори, сука, или я обдеру с тебя шмотки и оставлю валяться прямо здесь! Завтра утром вся труппа полюбуется!

Из горла жертвы вырвался тихий, прерывистый стон.

— Д-да... это... он... — выдавила она сквозь слезы.

— Кто вы друг другу? Он тебя изнасиловал? Что здесь произошло? Го Цин — главный зачинщик всего этого дерьма?! — посыпались вопросы. Игрок торопился, видя, что НПС вот-вот испустит дух.

Девушка лишь слабо мотнула головой, угасая на глазах. Несмотря на понимание, что перед ним всего лишь порождение проклятой игры, Хэ Цюньцин почувствовал, как спина покрывается липким потом. Пальцы сами собой сжались в кулаки.

Вдруг голова жертвы резко дернулась назад.

Оба наблюдателя вздрогнули: шея несчастной выгнулась под совершенно диким, неестественным углом, будто хребет переломился пополам.

Новичок А, сидевший верхом на ней, остолбенел. Но Хэ Цюньцину пришлось еще хуже: в следующую секунду остекленевшие, подернутые мутной пеленой глаза девушки замерли, уставившись точно в тот угол занавеса, где они прятались.

Их заметили. В этом мертвом, лишенном жизни взоре читалась безмолвная, леденящая душу мольба о спасении.

Хэ Цюньцин оцепенело замер. Кровь застыла в жилах — и дело было не в жалости, а в безумном ультразвуке, который теперь выжигал ему мозг, вызывая приступы дурноты и дикое головокружение.

— Тащи сюда этого придурка, — резко скомандовал Цзян Тибай.

Но Хэ Цюньцин понимал: поздно.

Кошмарное видение замерло, но невыносимый свист перерос в оглушительный грохот, разрывавший барабанные перепонки. Сил терпеть эту пытку больше не осталось. Подгоняемый сводящим с ума шумом, Хэ Цюньцин выскочил из своего убежища и рванулся вперед.

Цзян Тибай не успел среагировать — его ладонь лишь рассекла воздух. Лицо его мгновенно помрачнело.

— Ты чего творишь, Новичок Си? — крикнул он вслед. — Девчонку пожалел?

Помогать он не спешил, однако развернувшаяся далее картина заставила его изумленно прищуриться. Хэ Цюньцин, мчавшийся со скоростью урагана, подлетел к сцене борьбы и вместо того, чтобы броситься к жертве, мертвой хваткой вцепился в плечи ошарашенного Новичка А и резко рванул его назад!

"Какого черта он творит?"

Цзян Тибай нахмурился. Поведение парня не укладывалось в логику. Неужели он выскочил не ради спасения несчастной барышни? Хэ Цюньцин не просто не стал бить нападавшего игрока — он демонстративно держался как можно дальше от лежащего на полу тела.

— Ты... ты еще кто? — выдохнул Новичок А, с размаху приземлившись на копчик от мощного рывка.

— Ты вообще соображаешь, что делаешь?! — яростно выплюнул Хэ Цюньцин.

Он сразу узнал этот голос — это был тот самый парень, с которым они переговаривались прошлым вечером. Новичок А.

— Новичок Си? — расслышав неподдельное отвращение в его тоне, пробормотал тот. — Погоди, все не так! Это... она не человек! Это просто NPC! Мне нужны зацепки!

С этими словами он упрямо вскочил на ноги и снова потянулся к связанной девушке.

— Помоги мне! Посмотри на нее! Ее изнасиловали и придушили, это же очевидно! Она ключевой персонаж этой локации, у нее куча информации!

— Да ты совсем больной! — Хэ Цюньцин ошарашенно отступил на шаг.

— Да иди же сюда! — раздраженно крикнул Новичок А. — Ищи зацепки вместе со мной! Не трусь, это просто игра, мы никого не убиваем. Я помогу тебе, и мы выберемся отсюда живыми!

— Нет, эта девка...

— Думаешь, она опасна? — Новичок А дико оскалился. — Знаю я! За этим-то я ее и связал... А-а-а!

Договорить он не успел. С оглушительным треском деревянные доски сцены под ними разошлись в стороны. Пол разверзся провалом, и Новичок А вместе с бездыханной фигурой танцовщицы с криком рухнул в кромешную тьму открывшейся бездны.

http://bllate.org/book/36656/4717427