Готовый перевод Madison's Recipes: The End / Рецепты Мэдисон: Тени викторианского Лондона: Глава 5

Стивен вместе с маленькой Шарлоттой стоял посреди просторного холла. Шарлотта была вне себя от восторга — ей еще никогда не доводилось видеть столь огромный дом. Картины на стенах, скульптуры в углах и витражное стекло на окнах... Подобной красоты она отроду не видывала.

— Папа! Кто нарисован на той картине? Это старшая барышня? — Шарлотта указала пальчиком на полотно, висевшее прямо по центру главного зала, и подёргала Стивена за рукав.

— Должно быть… да, наверное, она.

Услышав слова дочери, Стивен еще раз внимательно оглядел масляную полотняную живопись. Женщина на картине действительно имела некоторое сходство с той барышней, что запечатлелась в его памяти, однако манеры и аура казались совершенно иными.

— Добрый день.

Стоило Стивену замереть перед картиной, как короткая фраза из двух слов заставила его мгновенно вернуться в реальность. Девушка стояла у верха лестницы — точно так же, как и в тот вечер, — и смотрела на него. Сердце Стивена невольно забилось быстрее: юная госпожа была так прекрасна, словно сошла со страниц живописного альбома. Уходя из особняка в ту ночь, он все еще сомневался, не привиделось ли ему всё это в иллюзорном сне, но теперь он радовался, что это была чистая правда.

— До-добрый день! — Стивен всё еще немного нервничал, и язык у него слегка заплетался.

Девушка неторопливо спустилась по лестнице. Умей Стивен рисовать, он бы сию же секунду установил мольберт, чтобы запечатлеть ее грациозную поступь, но, увы, он не обладал столь виртуозным мастерством кисти, как Шассерио.

— Мм.

Когда девушка почти подошла к ним, ее взгляд упал на Шарлотту, вцепившуюся в штанину Стивена. Она слегка приподняла брови, выказав легкое удивление, но тут же скрыла его за улыбкой.

— А это кто?

— О, это моя дочь Шарлотта, о которой я вам рассказывал. Ну же, Шарлотта, поздоровайся со старшей барышней.

Шарлотта робко жалась к ноге отца. Сама она не понимала почему, но ей казалось, будто эта старшая барышня смотрит на нее как-то странно. Подняв голову, девочка встретилась взглядом с ожидающими глазами отца, затем снова перевела взгляд на девушку, немного помедлила и тихо произнесла:

— Старшая барышня, желаю вам благополучия.

— Ха-ха-ха, дети часто бывают застенчивыми. Шарлотта, это та самая добрая старшая барышня, о которой папа тебе рассказывал.

Услышав слова отца, Шарлотта снова подняла глаза на стоявшую неподалеку девушку. Во взгляде ребенка не было и намека на радость — лишь свойственные этому возрасту детское недоумение и страх. Она моргнула, и ее влажные глазки казались готовыми вот-вот прослезиться.

Маленькая Шарлотта попятилась на два шага назад, прячась за ноги Стивена, молча надула губки и опустила голову. Стивен был озадачен: его дочурка всегда отличалась жизнерадостным и послушным нравом, что же с ней сегодня? Но, подумав немного, он списал всё на сильное волнение при виде столь роскошного поместья.

Стивен с улыбкой взъерошил золотистые волосы Шарлотты. Девушка слегка поджала губы и пригласила их присесть на диванчик у гостиной. Слуга уже заварил чай. Усевшись на место, Стивен несколько раз яростно потер ладони о бедра — он по-прежнему нервничал. Сегодня старшая барышня казалась еще пленительнее, чем в тот вечер; возможно, из-за дневного света он мог разглядеть даже рыжие пряди ее волос, спадавшие на ухо.

— Вы сегодня прямо из дома приехали?

Нежный голос девушки приятно щекотал слух, и Стивен несколько раз терялть ход мыслей, засматриваясь на нее.

— Да, я пришел вернуть зонт.

Стивен протянул девушке зонт. Когда она взяла его, то все еще чувствовала исходившее от него тепло — судя по всему, Стивен сжимал его в руке довольно долго. Такая простодушная неуклюжесть выглядела весьма мило.

Шарлотта сидела рядом со Стивеном, наблюдая, как отец и старшая барышня завязали непринужденную беседу. В этот момент ее охватила тревога: а вдруг барышня услышала, как шумно они вежли себя по дороге сюда? Вдруг она не любит шумных детей? Чем больше она думала об этом, тем сильнее пугалась, всё крепче и крепче сжимая оборки своего платья.

Когда Стивен закончил беседовать со старшей барышней и собрался уходить, маленькая Шарлотта набралась храбрости, выпустила отцовскую руку и подбежала к коленям сидевшей на диване девушки, крепко обняв ее за ноги. Сидевшая с чашкой чая в руках старшая барышня от такого неожиданного маневра слегка вздрогнула, и чай в чашечке немного пролился.

Обнимая девушку за ногу, Шарлотта закричала всхлипывающим голосом:

— Старшая барышня, пожалуйста, не сердитесь на Шарлотту! Шарлотта так сильно любит старшую барышню, вы такая красивая, самая красивая старшая сестра из всех, кого я видела! Больше я никогда не буду шуметь, буду вести себя послушно, можно Шарлотта в следующий раз снова придет сюда с папой?..

Маленькая Шарлотта говорила и постепенно скатывалась в рыдания — так, будто стоявшая перед ней девушка действительно хмурилась и говорила ей: какая ты шумная.

Девушка слегка расширила глаза, глядя на девочку, которая без лишних слов повисла у нее на ноге, и нахмурилась. Она подумала: вроде бы она ничего подобного не говорила? Однако перед Стивеном ей нельзя было показывать свое недовольство, поэтому ей оставалось лишь с унылым вздохом протянуть руку и символически погладить Шарлотту по голове.

— Я не сержусь на тебя. Приходи в следующий раз.

Она поднялась с дивана, взяла заплаканную Шарлотту за руку, подошла к Стивену и с улыбкой произвела:

— Какая же у мистера Стивена прелестная дочка.

— Ха-ха-ха, главное, чтобы она не доставляла вам хлопот, — Стивен почесал затылок. — Вообще-то она очень послушная, а сегодня… наверное, просто испугалась такого огромного дома.

— Сколько ей лет?

— Пять, совсем недавно день рождения справила.

— О-о… — протянула девушка многозначительным тоном, а затем, бросив взгляд на светлое небо за стеклом окна, произвела: — Уже поздно. Может, поужинаете с нами перед уходом?

— Нет-нет, в другой раз! Сегодня я и так без спросу побеспокоил вас, мне самому неловко.

Стивен взял Шарлотту за руку, собираясь уходить, как вдруг вспомнил об одном крайне важном вопросе. Повернувшись к девушке, он спросил:

— С-совершенно верно, я ведь до сих пор не спросил вашего прекрасного имени, прошу прощения, я всё время забывал…

— Элизабет.

— Мм?

— Элизабет Ланкастер.

Элизабет сидела на диване в гостиной в белоснежном платье, выпрямившись и с серьезным видом глядя на сидевшего перед ней мужчину. Шло время, и ее взгляд начал блуждать. Она не смела слишком долго смотреть на этого статного и привлекательного доктора — его холодные зрачки лишали ее всякого чувства безопасности.

http://bllate.org/book/36641/4557041