Готовый перевод The Lady and the Farmhand / Госпожа и батрак: Цена любви: Глава 9

Только… не послышалось ли ему это? Когда Янь Чэньшань повернулся и уходил, ему вроде бы послышался легкий смешок?

Этот смешок был настолько тихим и неуловимым, что Су Жун даже не успел толком разобрать его, как он развеялся в холодном ветру.

Су Жун, сообразив всё с некоторым запозданием, вдруг почувствовал себя мышкой, над которой потешается кот, и в один миг вспыхнул от стыда и гнева, едва сдерживаясь, чтобы не броситься за Янь Чэньшанем и не притащить его обратно.

Этот Янь Чэньшань… неужели он и вправду думает, что у меня нет способа как следует тебя проучить!

Су Жун с досадой прикусил губу, холодно усмехнулся, накинул на плечи привычную шубу и вышел за дверь. Стоило ему распахнуть её, как лицо обдал колючий порыв морозного ветра, заставив Су Жун слегка вздрогнуть. Выдохнув, он увидел, как в воздухе поднимается облачко белого пара, после чего плотно запахнул воротник, спрятав в густом меху половину лица, и широким шагом направился в сторону кухни.

Янь Чэньшань, вполне предсказуемо, находился именно там, и теперь Су Жун во что бы то ни стало вознамерился как следует посмотреть на этого приграничного дикаря.

Хотя зимнее солнце светило ярко, тепла оно почти не давало.

Су Жун нарочно выбрал в сухом уголке двора защищенное от ветра место, велев Линь Да вынести из его кабинета массивное кресло тайши. Поверх него постелили толстую мягкую подстилку, и теперь Су Жун, укутавшись в белоснежную лисью шубу, полулежал в кресле, подперев щеку рукой и принимая нарочито ленивую позу.

А перед его глазами трудился Янь Чэньшань, которому было велено колоть дрова — пока не переломанно полсарая, отдыхать не смей.

Янь Чэньшань сбросил тесную верхнюю одежду, оставшись лишь в темно-синей нижней рубахе. Рукава были закачаны до локтей, обнажая крепкие предплечья с рельефными, плавными линиями мышц. Широкая кисть с резкими суставами уверенно сжимала топор, в другой руке он держал полено, пристроив его на жернове, занес топор, пару раз опустил, проверяя удар, а затем взмахнул рукой и с размаху обрушил лезвие вниз.

Удар был такой силы, что палка мгновенно разлетелась надвое. Янь Чэньшань снова поставил толстые куски дерева вертикально, прикинул вес в руке и опять разрубил их пополам.

Движения были ловкими и уверенными — сразу видно человека, который привык к подобной работе.

Су Жун сменил позу на более удобную, продолжая наблюдать за тем, как работает Янь Чэньшань, и лениво качнул рукой в сторону. Линь Да тут же, проявив завидную сообразительность, подал свежезаваренный чай.

Су Жун сделал пару маленьких глотков, смакуя напиток, и окинул взглядом гору дров, выросшую рядом с Янь Чэньшанем, который при этом вовсе не выглядел уставшим.

И впрямь дикарь.

Су Жун мысленно фыркнул, а вслух бросил Янь Чэньшаню:

— Хватит колоть, этого на первое время хватит. Ступай стирать одежду.

Янь Чэньшань замер, прервав движение, и поднял взгляд на Су Жуна.

Су Жун, целиком утонувший в белом меху, казался одновременно ленивым, своенравным и невероятно избалованным. Стоило ему только появиться во дворе, как он тут же принялся погонять Янь Чэньшаня работой, а отдав приказ, вальяжно уселся рядом наблюдать за процессом. И вот теперь, не успели даже закончить с дровами, как последовало новое поручение — стирка.

Видно было, что он явился сюда лишь ради того, чтобы поизмываться над человеком, вот только тот, над кем измывались, похоже, вовсе не был против.

Янь Чэньшань отозвался согласием, опустил рукава, сложил наколотые дрова в угол, а затем вернулся в комнату за деревянным тазом и бросил туда собранную с утра грязную одежду.

Су Жун чуть приподнялся в кресле, заметив в тазу ослепительно белое пятно.

Это была именно та одежда, которую он сменил этим утром.

Уголки бровей Су Жуна едва заметно дрогнули, когда он увидел, что Янь Чэньшань уже набрал воды и уселся стирать.

Янь Чэньшань не стал использовать горячую воду, подогретую на кухне, а зачерпнул полную бадью прямо из колодца неподалеку. Хотя колодезная вода и теплее озерной, в разгар зимы от нее неизбежно замерзали руки, и Су Жун воочию видел, как пальцы Янь Чэньшаня покраснели от холода.

Янь Чэньшань, судя по всему, тоже почувствовал стужу: немного потерев белье, он сжал покрасневшие пальцы в кулаки, чтобы согреть, а затем снова склонился над тазом.

Тонкие губы Су Жуна слегка сжались, и он машинально отвел взгляд.

В этот момент со двора вбежал Линь Да, держа в руках стопку бумаг. Подойдя к Су Жону, он протянул ему буклет со словами:

— Хозяин, вот опись хозяйской кладовой. Поглядите, какой подарок лучше преподнести к предстоящему через пару дней банкету?

Благодаря вмешательству Линь Да, Су Жун отвлекся и перевел внимание на список. Небрежно перелистнув страницы, он указал на несколько позиций и произвел расчет:

— Шуйская узорчатая парча, нефритовые пионы и еще двадцать лянов серебра. Парчу перебери, рисунок выбирай с парными цветами, символизирующими гармонию, а нефритовые пионы возьми парой, размером с ладонь будет в самый раз.

Линь Да кивнул, записывая указания, но заметив, что Су Жун вдруг замолчал, поднял голову и увидел, что тот снова уставился в сторону Янь Чэньшаня — взгляд хозяина был прикован к его покрасневшим рукам.

Спустя мгновение Су Жун снова зашевелился, развернувшись в другую сторону. Его длинные бледные пальцы захлопнули буклет, а голос прозвучал мягко и безразлично:

— Отрежь еще кусок новой ткани, пусть сошьет себе новое платье.

Стоило произнести эти слова, как все находившиеся рядом замерли, и атмосфера вокруг мгновенно стала тяжелой и натянутой.

Су Жун плотнее запахнул шубу, скривил губы в холодной усмешке и бросил:

— Чего уставились? Раз уж он теперь мой слуга, а приличной одежды у него нет, люди еще подумают, будто я измываюсь над ним.

Янь Чэньшань шевельнул губами, собираясь что-то ответить, но Линь Да перебил его на полуслове:

— Хозяин, на пошив одежды тоже нужно время. Сейчас лавки готового платья все закрыты, а ночи нынче стоят лютые, без теплого наряда ему придется тяжко.

На лице Су Жуна промельчало колебание. Лишь спустя долгое время он вернул опись Линь Да и протянул слова так, будто сам еще не до конца принял решение:

— Пойди принеси то платье, пусть наденет его, думается мне, оно должно быть ему впору.

Янь Чэньшань моргнул, не до конца уловив смысл сказанного Су Жоном, а Линь Да тем временем первым рассмеялся, поддакивая хозяину:

— То платье в самый раз! Я припоминаю, комплекция у вас схожая, так что должно подойти.

Лицо Су Жуна слегка омрачилось, но он лишь молча кивнул.

Увидев это, Линь Да махнул рукой Янь Чэньшаню и позвал:

— Иди сюда, проводишь меня за своей новой одеждой, это ведь щедрый дар самого хозяина.

Янь Чэньшань поднялся на ноги. Его высокая фигура прямо высилась на ледяном ветру, непоколебимая, как сосна, однако с места он не сдвинулся, а вместо этого прямо спросил:

— Какая еще одежда? Мне положено работать, носить слишком хорошие вещи мне ни к чему.

Су Жун холодно фыркнул, и чашка, которую он только что приподнял, с легким звонком вновь опустилась на столик.

— Никакая не роскошная ткань, просто старая одежда, которую все равно списали со счетов. Валяется без дела, пылится, а если не носить — так ее только на тряпки пустить да выбросить.

Линь Да скривился от неудовольствия и принялся отчаянно делать знаки Янь Чэньшаню, надеясь, что тот попридержит язык.

Кто бы мог подумать, что Янь Чэньшань нынче уперлся почище барана. Стоя на прежнем месте, он держался с достоинством, без раболепий, и лишь покачал головой:

— Если хозяин приготовил эту одежду в подарок кому-то другому, я принять ее не могу.

http://bllate.org/book/36570/4545410